Чтение онлайн

Коллекция мошенника начинает расти, но денег на покупку очередных орденов и медалей хронически не хватает. Поэтому в клубе «Нумизмат», который расположился в московском кинотеатре «Горизонт».

Карманов предложил к продаже только что приобретенные ордена. Узнав о том, что боевой орден отца уже выставлен на продажу, Судьбин передает орденскую книжку отца на хранение своему другу, надеясь хоть как-то помешать сделке.

Вооружившись списком генеральных инспекторов Министерства обороны СССР, Александр Карманов продолжает свой «крестовый поход» за их наградами. Фамилия за фамилией — Тимошенко и Василевский, Буденный и Жуков… Однако большинство родственников продать награды или же передать их в музей отказывались, предлагая взамен какие-то личные вещи и фотографии военачальников. Но Удод не сдавался. Заранее подготовив сфальсифицированные письма с просьбой передать личные вещи для музея, он посещает родственников адмирала флота Советского Союза Сергея Горшкова, маршала Советского Союза Ивана Конева, маршала Советского Союза Кирилла Москаленко, маршала авиации Александра Колдунова, маршала Советского Союза Родиона Малиновского, генерала армии Павла Курочкина, не забывая при этом семьи и бывших руководителей советского государства Никиты Сергеевича Хрущева и Леонида Ильича Брежнева.

К слову, Юрий Леонидович Брежнев после долгих уговоров передал Карманову для Музея военной истории трое подарочных часов, три вазы и девять удостоверений Л.И. Брежнева как депутата Верховного Совета СССР. Одни из этих брежневских часов Удод носил у себя в кармане вплоть до самого аре-ста и даже, говорят, хотел сделать гравировку: «Дорогому Карманову от дорогого Леонида Ильича!»

Однако полный тезка своего деда Никита Сергеевич Хрущев просьбу директора Музея военной истории передать ему на хранение личные вещи и награды зоспринял прямо в штыки. Понял, что здесь не все чисто. И еще больше удостоверился в том, когда Удод стал предлагать деньги.

Так что на следующий день он связался по телефону с милицией.

После ареста Карманова началось длительное следствие. Вдовы руководителей зоенного министерства времен СССР просто рыдали, узнав, жертвами какой махинации стали. На стол следователю легли письма из музея, заверенные печатями и подписями, акты приемки Кармановым на хранение боевых наград и личных вещей. Казалось, что рука правосудия крепко держит мошенника за горло.

Но не все так было легко. Когда следователь попытался ему сообщить о том, что он незаконным путем завладел личным имуществом граждан, Удод достал те самые расписки о получении денег якобы «на восстановление памятников их мужьям». Но этих строк там не было, а лишь стояла дата, сумма и роспись. Причем дата, соответствующая заверенному им акту о приемке ценностей.

Для читателей я попытаюсь объяснить сей небольшой юридический казус. Не будь этих расписок, Карманов — вор и мошенник. А если же вдова получила за это деньги, то он лишь законопослушный покупатель, который пошел на поводу у… предавшей память мужа вдовы. И неподсуден.

Как же так могло получиться, что человек, имеющий за своими плечами две судимости, не только сумел обвести вокруг пальца десятки людей, но и, возможно, заработал на этом. Говорю «возможно» потому, что ни у следователей, ни в уголовном деле нет ни одного доказательства продажи им государственных наград СССР за рубеж. Что же касается орденов и медалей генерала армии Лучинского, которые оказались в США, то, по словам самого же Карманова, в августе 1994 года, пока он отдыхал с женой на море, из его квартиры была совершена кража. Пропали видеомагнитофон, немного денег и китель генерала Лучинского с прикрепленными на него орденами и медалями. И хотя сам факт кражи не был подтвержден сотрудниками милиции, Удод настаивает на своем. И по отношению к нему тоже действует презумпция невиновности.

Неспроста родные и близкие военачальников сразу поверили Карманову. В нынешнем нашем государстве беспамятства и забвения им вдруг встретился человек, который не только довольно-таки хорошо разбирался в истории, но и предлагал возродить память об их родственнике, вернуть ее из небытия. Дать возможность молодым и старым еще раз взглянуть на тех людей, кто добывал нам победу в грозные годы войны. Психологический расчет Карманова был стопроцентным — вдовы с потерей кормильца и с нищенской пенсией оказались на пороге краха. А тут такая возможность — и в музей передать документы и награды, и заодно получить немного денег на реставрацию обветшавшего от времени памятника мужу. Да и себе на смерть отложить.

Горько и обидно. И вдвойне горько и обидно родным и близким почивших героев и орденоносцев. При жизни — ордена и хвала, после смерти — полное забвение. Так что кто из них, воспитанных в духе моральной чистоты, мог заподозрить в неглупом сорокалетием мужчине, назвавшемся директором Музея военной истории, мошенника.

Александр Карманов — вор. И свой срок он получил. Пусть небольшой — всего три с половиной года. Но зло было наказано. Он не только манипулировал с боевыми орденами, которые каждый из генералов и адмиралов получал собственной кровью, но и, не побоюсь этого слова, уничтожил веру у их потомков во что-то светлое, что теплилось в их душах, когда они впервые встретили этого «музейного работника». Так что Карманов не просто вор, он — убийца. Убийца памяти, надежды, веры. И то, что после начала следствия многие из этих пожилых женщин оказались с сердечными приступами в госпиталях, — тоже на его совести. И тут нельзя не процитировать его близкого знакомого, тоже продавца наград Марата Порая: «Карманов бездуховный, наглый, циничный коммер-сайт, у которого нет ничего святого, кроме веры в деньги». Ведь недаром Карманов во время предпоследней отсидки тщательно знакомился с исторической литературой. Но не времен Петра Первого или же Юрия Долгорукого, а периода Великой Отечественной и 60—80-х годов. Он искал ту нишу, которую смог бы занять. И, видя безалаберность нашего государства, он ее нашел. После оглашения приговора все вещи, обнаруженные в квартире Карманова, конфискованы и возвращены владельцам.

Кое-что из наградного огнестрельного и холодного оружия заняло почетное место в Музее Министерства внутренних дел РФ. Возвращены семьям и найденные в квартире Удода ордена и медали. Но к сожалению, не все. Остальные, скорее всего, уже потеряны не только для семей, но и для России.

Но все же коллекция Лучинского существует, и у МВД РФ есть фамилия ее владельца в США. Можно ли ее возвратить родственникам в России? Этот вопрос напоследок я задал судье Краснопресненского районного суда столицы Елене Филипповой, которая вела дело Карманова.

— К сожалению, — объяснила Елена Борисовна, — согласно букве закона все награды генерала Лучинского были проданы мошеннику его дочерью. Никаких документов о том, что эти награды пересекали границу Российской Федерации, не существует. Значит, и доказательств того, что Карманов продал награды в США, нет. А раз так, то американский коллекционер, согласно опять же букве закона, приобретший награды, видимо, через десятые руки, является законопослушным покупателем. И теперь они — его собственность. Что же касается семьи Лучинс-кого, то они могут возвратить их на Родину только лишь единственным путем — вновь купли-продажи.

…Кстати, перед Днем Победы (и это очень кощунственно по отношению к ветеранам) Александр Карманов согласно амнистии вышел на свободу. Причем с твердым намерением продолжить свое денежное дело. В конце мая 1998 года он даже побывал в суде и попросил вернуть ему копию устава его музея, но получил отказ.

Тогда он занялся укреплением своего собственного юридического статуса. Внес изменения в устав музея, теперь разрешающий проводить директору коммерческие сделки, в том числе и валютные. Правда, он тоже зарегистрирован с нарушениями. Карманов, наверное не без помощи денег, получил свидетельство Московской регистрационной палаты № 066288 от 27 июля 1997 года за подписью представителя палаты Е. Лебедева. Причем сделано это без разрешения Министерства культуры открыть музей. Удалось Карманову найти и помещение — библиотеку № 118, где ныне у него разместилась экспозиция.

Как объяснили мне сотрудники 9-го отдела МУРа, пока за недоказанностью своей новой деятельности Карманов на свободе Однако под пристальным наблюдением сыщиков. И они грозятся, что если у них будет хотя бы малейший шанс, то муровцы его обязательно посадят на казенное обеспечение.

Казалось бы, в этом деле можно поставить точку. Но, увы, 16 июня 1997 года вдове Маршала Советского Союза Николая Огаркова Раисе Георгиевне принесли письмо с просьбой передать личные вещи и награды мужа для экспозиции в… Музей военной истории. Внизу письма стояла подпись Карманова. Увы, «крестовый поход» за наградами продолжается…

Мне позвонили в воскресенье около семи часов утра.

— Сегодня ночью умер Паша, — сообщила мне телефонная трубка голосом моего школьного друга Ильи. — Послезавтра похороны. Тебя тоже решили включить в состав похоронной комиссии. Как-никак столько лет знакомы.

Я повесил трубку и откинулся вновь на подушку. Звонок был для меня полной неожиданностью. Паша сразу же после окончания десятого класса удачно поступил в какой-то столичный институт, а после его окончания трудился где-то на фирме. Потом во время очередной встречи одноклассников мне по секрету сказали, что Паша стал настоящим бандитом и уже давно забыл словосочетание «задержка зарплаты». Ему платили много и вовремя.