Чтение онлайн

Выстрелы прекратились. До сознания майора какое-то время доносились только отдаленные звуки осечек.

Левое плечо и правая нога Алана были окровавлены. Ему пришлось присесть, а потом и лечь на землю, но лег он тоже необычно — он лежал, как бы обнимая землю. Рамирес вспомнил этот прием, который он еще в детстве узнал от одного шамана.

Несколько солдат подбежали ближе и бросились к арестованному.

— Отставить! — закричал майор и предупреждающе выстрелил в воздух из пистолета.

— Он убил Эдванса!

— Я сказал «отставить»!! — проорал Рамирес опять. — Нам нужно доставить его живым.

— Я в порядке! — прокричал Эдванс, приближаясь к основной группе. Он был невредим, только выглядел слегка бледным и взъерошенным. — Разрешите доложить господин майор, — сказал он, подойдя ближе.

— Докладывайте.

— Но вам необходимо обязательно пройти со мной, сэр.

— Зачем, сержант?! Доложите сначала, что произошло!

— Вы должны это увидеть, сэр. Это… это... — Сержант был опытным бойцом и повидал многое, но такого выражения на его лице Рамирес еще не видел никогда.

Майор указал жестами остальным охранять Алана и двинулся за Эдвансом.

Еще не дойдя до места происшествия, он увидел квад­ратную ледяную стену толщиной в три дюйма и шириной в добрый ярд.

— Пойдемте, сэр, — сказал Эдванс, — самое удивительное — это даже не стена.

Когда они подошли еще ближе, майор заметил, что в толстую ледяную полосу вмерзла змея с открытой пастью. Она вмерзла в стену дважды. Ее хвост был на стороне Эдванса, почти все тело судорожно извивалось за ней, а голова была полностью вморожена в толщу льда.

На майора смотрели изумленные глаза мамбы, а на поверхности торчали только страшные зубы в открытой для укуса черной пасти. Лед уже успел подтаять и покрылся тонкой водяной пленкой.

— Моментальная заморозка! — медленно, с трудом выговаривая каждый звук, произнес он. По его спине прокатилась волна озноба.

Еще несколько мгновений ему понадобилось для того, чтобы взять себя в руки. Он развернулся и направился туда, где остался лежать путник.

Придя на место, он жестом отослал всех бойцов на приличное расстояние, чтобы они не могли его слышать. Они рассредоточились полукругом и опять взяли путника в прицел автоматов.

— Как ты это сделал? — полушепотом спросил он, присев на корточки.

— Не тот вопрос, майор, — задумчиво произнес Алан, внимательно рассматривая свою ногу.

Было видно, что он опять колдует, мудрит над своей открытой огнестрельной раной.

Майору не пришлось долго думать. Он и без Алана знал, что нужный вопрос уже давно пробивает себе дорогу в его сознании.

— Ты спас его! Зачем? — Голос Рамиреса дрогнул, в нем чувствовалась смесь разочарования, боли и восхищения.

— Кто-то из нас должен был сделать это, — спокойно ответил путник, внимательно посмотрев на Рамиреса.

У майора помутилось в глазах: он мгновенно вспомнил всех своих людей, которых потерял за долгие годы службы.

— Если это тебя успокоит: ты выбрал выполнение задания, но это был не твой выбор. Всего лишь выполнение устава, который уже почти заменил тебе разум. — Алан добил его своей прямотой.

— Да что ты знаешь?! — вскинулся майор. Бойцы занервничали, и ему пришлось сразу же сделать жест «Ок» и успокоиться самому.

Алан приподнялся, сел поудобнее и стал аккуратно раздвигать складки на правой штанине. Можно было заметить, что кровотечение из этой огромной раны уже каким-то чудом остановлено.

— Я о том, что ты необычный человек, Диего. Не пора ли тебе заняться действительно настоящим делом? — спокойно продолжал он. — Бегать по лесам и выполнять непонятные приказы — это уже не твое. Неужели ты это еще не чувствуешь?

— Перевербовать пытаешься?

— Освободить... — Их глаза встретились. — Естественно, твоя свобода будет мне тоже выгодна, потому что ты, скорее всего, станешь моим хорошим другом. Во всяком случае, я на это надеюсь.

— От чего освободить?

— Ты ведь уже сам это понял.

Волна озноба опять предательски захватила Рамиреса. Он не мог выразить это словами, но понимал, что уже точно знает, что предлагает ему Даймонд.

Он задумался и даже на мгновение забыл, что находится сейчас на важнейшей секретной операции внутренних войск в другой стране.

Его вернул на землю звук приближающегося вертолета. Вертолетов было несколько, и это было не по плану — должен был прилететь только один. Видимо, в штабе услышали перестрелку и решили подстраховаться.

— Я все сказал. Если ты захочешь кардинально изменить свою жизнь, ты сможешь найти меня еще раз. До встречи, Диего, — Алан поднял голову, закрыл глаза, поджал ноги к груди и обхватил их руками. — Я иду к тебе, — обратился он к кому-то неведомому, и его тотчас закружило в ураганном вихре, непонятно откуда взявшемуся в этих непроходимых джунглях.

Рамиресу моментально засыпало глаза землей и сухими листьями.

Осмотревшись, он даже не удивился исчезновению Алана. Майор абсолютно точно почувствовал: только что сама судьба встретилась с ним в образе этого человека.

2. София

Здравствуйте. Меня зовут Софи. Я расскажу вам историю, которая изменила всю мою жизнь, и надеюсь, что подобное случится с каждым из вас.

Начну я с событий годичной давности. Тогда я жила в пригороде Лондона в обычной английской семье. Через неделю мне должно было исполниться шестнадцать лет, из которых я уже три года провела без родителей.

Итак, год подходил к концу. Я лежала на кровати в своей каморке на чердаке и мысленно перебирала самые яркие дни своей жизни. Это, конечно, было время, которое я успела провести вместе с родителями. Я во всех деталях помнила, как мы выезжали на пикник, на берег небольшого озера близ Чикаго. Я вспомнила наш красивый и уютный дом в пригороде и некоторые путешествия, в которые мы ездили всей семьей. На уикэнд мы выбирались в окрестности озерного края, но иногда родителям удавалось освободиться от работы и мы уезжали далеко от дома, чтобы полюбоваться достопримечательностями нашей замечательной страны. Это были самые счастливые моменты моей жизни.

Я особенно любила вспоминать о них в «мрачные» дни, которых в последнее время у меня было немало. После гибели родителей в авиакатастрофе меня забрал к себе дядя по маминой линии из далекой Англии. Его звали Феликс Гриспинг, и, как я любила говорить про себя, этим было все сказано.

До этого я его ни разу не видела и даже не знала о его существовании. Более того, я ни разу за первые семь лет моей жизни не была в Англии. Родители, по всей видимости, вообще не общались с Гриспингами, хоть и были родственниками.