Чтение онлайн

— Леуедаеи… — выдавила из себя, и её голос оборвался. Она затихла, повернулась и встретилась взглядом с медовыми глазами незнакомца, который привлёк её взор немного раньше.

Дракон подошёл ближе. В каждом движении мужчины сквозила сила и уверенность, он был так близко, что девушка затрепетала, но бежать было некуда. Маленький шаг, и она упёрлась спиной в перила и несмело подняла глаза на дракона, который сказал:

— Мне никогда не выговорить вашего имени, принцесса. Я буду звать вас — Леда. Это имя напомнило, о горной ледяной речке близ моих имений. Она сноровиста, холодна, и столь красива, что постоянно манит меня. Но войти в неё я так и не решился.

Принцесса улыбнулась и царственно вскинула голову, словно пропустив его комплимент, холодно сказала:

— Вы слишком близко, дракон.

— Разве? — губы незнакомца раздвинулись в невинной усмешке, и он подошёл ещё ближе. И Леда почувствовала мужское тепло, которое окутало её гибкий стан. Рука дракона нежно скользнула по скуле, а оттуда вниз до ключицы.

Золотой взгляд гипнотизировал.

— Ваши карие глаза, Леда, просят… да они просто кричат, чтоб я вас взял.

Дракон нагнулся и почти коснулся её губ, но принцесса отклонилась и прошептала:

— Я даже не знаю вашего имени, — щёки Леды окрасились в розовый. Никто не смел себя так вести с королевской дочерью. И ни один мужчина не касался её уст, но она готова была ответить незнакомцу, потому что так решила.

— Мы не называем своего имени в Нижнем мире, Леда. Я — вождь клана Ки’арти… вы можете звать меня…

— Буду называть вас — мой дракон, — шепнула она.

Ки’арти улыбнулся, словно соглашаясь, и накрыл её уста своими. Поцелуй чужеземца был мягким, нежным. Он ласкал и соблазнял, пытался увлечь её в необузданный танец любви. Дракон делал это неторопливо и умело, словно не сгорал в огне страсти. Его руки прижали гибкий стан принцессы и сжали так сильно, что та лишь довольно вздохнула.

Поглощённые страстью, они забыли, где находились, но твёрдый голос спустил их с небес на землю:

— Ки’арти, хватит развлекаться с девицами, у нас ещё остались дела.

Темноволосый дракон скрестил руки, а кроваво-красные глаза сверкали насмешливо.

— Ли’варди, убирайся, — прорычал вождь клана и резко повернулся. Он стал так, чтобы скрыть принцессу. И ей повезло, что сумрак и мощная фигура дракона спрятали от чужого взгляда. Это скандал, если бы принцессу вдруг обнаружили в его объятиях.

Ли’варди пожал плечами и ушёл.

— Мы ещё встретимся, Леда, — прошептал её дракон. — И, если я тебе вдруг понадоблюсь, позови меня. Скажи, что принадлежишь клану Ки’арти, и я приду за тобой, где бы ты не была… если к тому времени буду всё ещё хотеть тебя, — тонкая улыбка скользнула по губам, дракон развернулся и скрылся. А принцесса ещё долго стояла на балконе, чтобы холодная ночь сумела охладить пылающее сердце, но этого так и не случилось.

Прошлое.

(Нижний Мир. Западные Земли. Окрестности дворца Эваари. 5 лет назад)

Принцесса переоделась в платье служанки и скрылась в ночи. Путь её лежал в лес, к старой хижине слепой ведьмы. Темноты она не боялась, как и густой кроны деревьев, которая пугала её тенями. Этот лес она знала как свои пять пальцев, и каждый куст, каждый камень был ей знаком.

Тропинка уходила вглубь векового леса. Леда медленно брела и прижимала к груди корзинку со снедью, которую несла Этте. Девушка вдруг вспомнила, как познакомилась с ведьмой, и на её лице проступила улыбка, такая тёплая, как солнечный июльский день.

Однажды будучи ребёнком, принцесса убежала от нянек и заблудилась. Ходила по лесу и не могла выбраться, а потом набрела на старый дом. Он был такой ветхий, ей казалась, что здесь никто не живёт. Крыша поросла мхом, скрывая от постороннего взора, а окошки были такими маленькими, что, казалось, свет не просачивался внутрь. Кривая деревянная дверь не заперта, но принцесса постучала на всякий случай, и не ожидала, что ответит скрипучий голос:

— Входите, Ваше Высочество.

Девушка осторожно нырнула внутрь старого дома, который погряз в полутьме. Обставлен он был скудно, но самое необходимое было. Простая деревянная мебель и куча склянок, которые испускали свои травяные ароматы в воздух. На печке стоял котёл, в котором булькал овощной суп. И даже кот в этом доме жил старый и усатый.

Женщина сидела за столом. Она была сутуленная и худая. На белоснежной голове покоилась коричневая косынка, старенькая, но чистая. И такого же цвета платье с заплатками на рукавах. Женщина была слепа, но глаза ей не были нужны, ибо она видела куда больше, чем люди и драконы.

— Откуда вы знаете? — прошептала девочка. — Что я — принцесса?

— Знаю много, только толку-то, золотко, — покачала головой женщина. — Меня звать Этта, ведьма я лесная.

— Я заблудилась, Этта, — грустно ответила девочка, осматривая ведьмин дом. На полу стояли плетёные корзины, заполненные травами, а на подоконнике высохшие пучки растений, которые были туго скручены.

— И это знаю. Вот делаю тебе подарок, — пробормотала Этта и кивнула в сторону. — Поди сюда и сядь рядом.

Девочка важно прошлась к женщине, приподняла юбки платья и села на низкий табурет в ногах ведьмы. Принцесса засмотрелась, как ловкие пальцы мастерят из травы и ниток, что-то похожие на куклу.

— Не вижу, — вздохнула женщина и покачала головой.

— Чего не видишь, Этта? — спросила девочка, скользя взглядом по слепым глазам. – Не вижу судьбу твою, золотко. Скрыта она от меня, а может, потому что тебе вырасти надобно. Иль норов силён, и ты сама судьбой правишь, — ведьма закряхтела. — Э-ка, всякое может быть. Знаешь, сколько навидалась?

Принцесса мотнула головой.

— То-то же. Стара я, — протянула девочке куклу, — держи, и в лес всегда бери с собой. Никогда не заплутаешь, а надо будет, кукла вмиг тебя к дому моему выведет. Поди, золотко, помешай суп и будем обедать.

Эти воспоминая были настолько яркие, что врезались в память девушки намертво. А сколько времени с тех пор утекло, что Этта ей, как бабушка стала. Вот и сейчас кукла с ней была, только не та, из детских воспоминай, а новая, которая оберегала от зла.

Принцесса вздохнула и побежала, увидев старый дом, который выглядел сейчас намного свежее, чем прежде. Хоть Этта и запрещала, но из-за принцессы дом снаружи облагородили. Починили крышу и поставить новенькую деревянную дверь с замком, впрочем, ведьма им всё равно не пользовалась, оставляя вход незапертым.

— Кого нелёгкая несёт среди ночи, — ворчала женщина, но увидев принцессу тут же улыбалась, — а это ты, золотко.

— Этта, я принесла тебе еды, — сказала Леда, поставив корзину на буфет, и села, как раньше на маленькую табуретку в ногах ведьмы. На коленях Этты умостился старый кот Файмон, которого женщина гладила. Принцесса подозревала, что Фай — фамильяр, но ведьма говорила, что он обычный рыжий кот, и лишь нечисть от её дома отгонял.