Чтение онлайн

Вэлькор был ненасытен на самом деле. Всегда. Ему было мало всегда, он вечно зачем-то гнался. В первые дни после свадьбы — хотел ее трепета и покорности. Стоило получить это — а Фэй довольно быстро начала уступать ему, и жадная натура Вэля сразу начала хотеть поддержки, чтобы неприязнь Фэй сменилась хотя бы принятием или смирением. Она смирилась после жароцвета, она поддержала его во второй драке с Дэлреем, да и Обратную Пляску помогла повернуть вспять. И этого Вэлю оказалось мало, он тут же захотел ее приязни. Хоть какой-нибудь, хоть легкой. Получил приязнь — захотел ее страсти, захотел ее любви. Получил и их согласно неведомому капризу Кхата, теперь хотел, чтобы в ее жизни даже не обозначилось это ее Запечатление и чтобы только его, Вэля Фэй и любила всем своим сердечком. И чтобы не боялась, да.

А как вспомнишь себя, задыхающегося от ярости и жаждущего ее боли и страха, так и хочется побить этого сопливого недоумка, который не смог вовремя взять себя в руки. Поэтому Вэль и согласился. Кто-то должен был защитить Фэй, хотя бы ту, слабую, едва не сломанную им же первой же брачной ночью. И действительно правильно, если это будет ее отец. Он защищал ее с первого же дня.

Первым ударом Джалкина была молния. Острая, сильная, заставившая исчерпаться два знака-предохранителя. Джалкин был явно в ярости. Ну что ж… Если уж детально, Вэль заслужил каждую секунду этой боли.

На ногах после первого удара устоять оказалось невозможным, Вэль нашел себя лежащим на земле и с минуту глядел в почти белое небо дуэльного подпространства, любуясь мелькающими перед глазами черными точками. Давненько он не давал никому себя ударить. Ну было в поединке с Дэлреем, но все-таки это не то, не считается. Там Дэлрею и пробить защиту Вэлькора удалось только во второй раз и то Вэль быстро восстановился.

Джалкин бить сразу не стал, он дождался, пока Вэль оклемается настолько, чтобы встать на ноги, только после этого приложил его еще одной молнией.

А говорили, что у чародеев после рождения ребенка-дракона слабело магическое ядро. По Джалкину это было как-то не заметно. Собственно, и Вэль-то не очень ощущал ослабления, даже наоборот — его магические приемы стали действовать куда эффективнее, пусть и непокорнее, а вот Али действительно слабела с каждым днем беременности. Ну магия так распоряжалась, спорить с ней было попросту невозможно.

И еще два знака на запястье иссякли.

— Да вы очень хотите меня отправить в чертоги Кхата раньше срока, отче, — усмехнулся Вэль, поднимаясь на ноги. — А кто же поможет вашей дочери сообразить вам внуков?

Второй удар Джалкина оставил после себя куда больше последствий, чем первый. По крайней мере мышцы бунтовали даже против того, чтобы Вэль себя удерживал на ногах. Да и выпрямить спину было тяжеловато. И все же гордость требовала стоять прямо, развернув плечи. Лорд Дернхельма не будет валяться на четвереньках и откашливаться от боли.

Джалкин глядел на Вэлькора задумчиво, будто размышлял. Их разделял всего лишь шаг.

— Значит, ты оценил мою дочь, а, сопляк? — хрипло поинтересовался князь Тэлонис.

— Вряд ли я ценю ее так, как она достойна, — Вэль криво улыбнулся. — Ну, давайте, отче, жарьте третий раз…

Вообще-то после третьего удара молнией ему предстояло восстанавливаться довольно долго. Это была, пожалуй, единственная форма магии, которая задевала не только физическое тело Вэля, но и делала тоньше и рыхлее его энергетическую форму, заставляя терять в боевой мощи. После первых-то двух ударов можно было сказать, что ближайшие пару дней и эмпатическое чутье Вэля будет несколько слабее. Гораздо слабее, если уж по-честному.

Но это было необходимо, в конце концов. Это закроет между Вэлькором и его тестем ряд нерешенных вопросов, проще будет объяснять потом, почему отцу Фэй не стоит вмешиваться в их семейные вопросы. Ведь Джалкин уже тревожился, причем, судя по всему, все сильнее и сильнее. И Вэль не мог его осудить.

От третьего удара Вэль пошатнулся, но на ногах устоял. Тесть двинул ему в нос. По-человечески. Кулаком. До разноцветных звезд перед глазами.

— И скажи спасибо, что моя дочь тебе улыбается, зятек, — тихо выдохнул Джалкин. — Иначе бы я тебе что-нибудь оторвал.

Вэль задрал голову вверх, чтобы кровью не закапать рубашку, а потом свернул подпространство.

— Вэль… — Ну конечно же он скажет ей спасибо. И не только за улыбки, но и за многое другое. Например, за это вот тепло, за это беспокойство, что накрыли его волной.

— Отче, ну зачем? — воскликнула Фэй сердито.

— Так положено, — сухо отрезал Джалкин. — В защиту твоей же чести, дорогая.

— Да видела я ту честь в лесу, голышом и в неприличной позе, — заявила Фэй, — Мой муж мне важнее целым!

Вот тут Вэль не удержался — Вэль захохотал, потому что, да, с каждым днем его цветочек смелела и расцветала все сильнее, теряла все больше этой ненужной наносной пыли фальши. Искренняя, дерзкая, очаровательная, опьяняющая силой своих эмоций. Та самая, которая заставила Совет Драконов поверить в их брак, а самого Вэля кормила со своих маленьких нежных ладошек. Не удержался — подхватил жену за талию и закружил. Тело этому совершенно не обрадовалось, оно не было готово к таким подвигам после поединка. Но если Вэль не мог позволить себе этой блажи, впору было готовиться к погребальной кремации.

А князя Тэлониса перекосило… Ох, княже, не ходите в чужое лордство со своим этикетом. Вэль и до Ухл-Горта не особенно любил все эти ужимки и “порядки”, а после двух лет среди прямых как острие ножа духов, которые существовали только в пределах собственных законов и не выдумывали себе ничего лишнего, Вэль относился к этикету с еще большим презрением.

Этикет требовал убирать эмоции за границу, вежливо улыбаться и притворяться, что ты ничего не имеешь против своего собеседника, в то время как ты его совершенно заслуженно глубоко ненавидишь… Ну и… Да, этикет часто лишал вот таких вот чудных моментов в жизни. Ну или, сильно осложнял жизнь. Вэль например уже год пытался отучить Мел дожидаться его за завтраком. Но нет же, упрямилась, как винторогая камарханская коза. Так же полагалось и все тут.

— Леди так не выражаются, — хихикнула где-то сбоку сестра Фэй.

— Я лучше знаю, как выражаются леди, — гордо заявила Фэй и осторожно коснулась своими теплыми ладошками щек Вэля.

— Ты в порядке? — шепнула обеспокоенно телепатически. Вэль до сих пор находил парадоксальным факт ее беспокойства о нем. Ведь он был сильнее ее, опаснее ее да и куда-как норовистее, а все равно — Фэй за Вэля тревожилась, вопреки всем его “стараниям”.

— Я прекрасно себя чувствую, милая, — Вэль ни словом не покривил душой. Вопреки тому, что ему пришлось пройти через неприятный сеанс выяснения отношений с тестем, настроение действительно было хорошим. Даже приглушенным, пострадавшим и ослабевшим чутьем Вэль ощущал, как ее нежность ластится к его коже. И она сама прижалась к нему, обвивая его шею руками. Нет, Вэль точно ценил ее недостаточно…