Чтение онлайн

И если эта наиболее количественная группа посетителей, определённо создавала свой музыкальный фон внутреннему убранству бару, то вторая, чуть менее многочисленная группа выпивох, предпочитала всякой деятельной игре типа бильярда, не менее интригующую игру под названием: «игры разума». Эта компания большой суровости и требовательности к этой жизни, что было очень живо написано на их лицах, умственно находясь везде, всё же физически занимала свой стоящий прямо напротив стойки бара, сдвинутый из двух столов столик. Что, возможно, в каких других случаях не слишком позволительно, но когда на эти движения решаются постоянные завсегдатаи бара, которые к тому же не столько требовательны, а скорее, более чем иной посетитель, усердны в своём употреблении (не успел официант исполнить заказ, а он уже вновь назрел у них в головах и на столе. И теперь подумайте, сколько бы им пришлось ждать, займи они дальний в углу столик), то разве им откажешь.

Ну а как все знают, что когда в таком специфическом помещении собирается в одном месте столько суровых лиц, то они очень строги, как к окружающему, так и друг к другу. И стоит только кому-нибудь из них забыться и слишком громко заявить о себе: «Да Я», то тут же своё слово берёт чей-то жаждущий справедливости кулак, который, конечно, понимает желание заявившего это, если не выделиться, то, как минимум не забыть себя, но зачем же с большой «Я» буквы. После чего кулак обрушивается на этого зазнайку и отправляет его под стол подумать над своим, теперь уже маленьким «я».

«Говори, да не заговаривайся». – Удовлетворённо кивнул носителю этой справедливой руки – Левому, не формальный лидер этой компании мастер Дзен, прозванный так за свою приверженность этой школе духа, ну и заодно за любовь к звенящим сталью ботинкам.

«А если бы он ему отправил свой посыл левой». – Умственно почесав свои челюсти, подумали над альтернативными перспективами, оказавшегося под столом невыдержанного на язык, своего, а теперь не своего товарища, оставшиеся за столом более воздержанные на язык господа. Да-да, эти господа совершенно безошибочно определили сторону, применённую в своих справедливых целях руки Левого, который только для особых случаев придерживал свою основную руку, в честь которой он, в некоторой степени и был так прозван. Ну, а что касается самой мысли этих господ, то она, как и все остальные, редко у кого задерживаются в головах и быстро перемещаются в ноги. Где они, создав свою уютную атмосферу, утяжеляют ноги и, в конечном счёте, отправляют слишком многодумающих о себе, подумать в более комфортное горизонтальное положение – вниз на пол.

Ну, а зная непреложную истину, что каждый человек постоянно о себе думает, то можно без труда догадаться, что в столь комфортном для своего мыслительного процесса положении, в скором времени оказалось не малая часть посетителей этого думного заведения.

– Ну, что скажешь? Мысли есть? – поглядывая в зал, сделав глоток из кружки, спросил Тишину Точь.

– Хм. Если бы их даже не было ни одной, то они прямо с ходу напрашиваются и, пожалуй, не дадут пройти мимо. – Усмехнулся в ответ Тишина, поглядывая на эту деятельную, занимающую своё центральное место компанию суровых парней, глядящих на мир сквозь призму своей справедливости.

– А знаешь, какая мысль напрашивается при виде этой серьёзности лиц? – Тишина повернулся к рядом с ним сидящему Ростику, и спросил его. На что Ростик, хоть и имел, что сказать по этому поводу, который вытянув свои ноги в проходе, так и напрашивался на запинание и тревожную запись в своей памяти, всё же решил, что неуверенность в пожатии плечами, будет наилучшим ответом для него.

– Эх, ты. Всё тебе, разжуй и положи в рот. – Несмотря на словесное недовольство, Тишина был вполне доволен таким ответом Ростика, позволяющим ему не отталкиваясь от чужих слов, саму развить свою тему.

– Всякая серьёзность, как и в нашем случае, сквозящая на лицах этой невесёлой компании, это всего лишь остановившаяся на одном мнении человеческая мысль, которая руководствуясь своей избранностью, зиждущейся, на как ему кажется, на более рациональным подходе к жизни, закрепощает его на одном, то есть на себе. И если в двух словах сказать, то он становится очень уж прогнозируемым, что даже в некотором роде расслабляет. – Тишина сделал паузу и, откинувшись на спинку дивана, видимо демонстрировал, как это раскрепощает. Затем немного пораскрепощался и, вновь вернувшись к столу, продолжил:

– Ну а всё это даёт широкий манёвр для действий, чем, наверное, грех не воспользоваться и, в конце концов, кто-нибудь, да и воспользуется. – Тишина вновь замолчал, внимательно посмотрев на входную дверь бара.

– Что, думаешь, этот кто-то, вот так прямо сейчас и появится в створе двери бара. – Заметив такую внимательность Тишины, не смог промолчать Точь, который всё же, не смотря на свой скептицизм, развернулся и тоже увлёкся наблюдением за входной дверью.

– Я не думаю, а уже слышу прорывающееся нетерпение серьёзных людей, чьи кулаки уже счесались об стулья под собой, а зубы, выговаривая слова, так полны скрежета, что только глухой не увидит в их глазах безумство ярости. Ну а это, как раз самое время для появления праведника, который услышав, что его призывают, изменил своё направление хода и повернул сюда. – Тишина замолчал, дав своим спутникам возможность услышать отражение его слов. Но Ростик, как бы не прислушивался, но кроме фоновой музыки, звона бокалов и сопровождающей всё это разговорных вибраций воздуха и время от времени повизгивания татуированных баб, ничего не услышал. Но Тишина, судя по его сосредоточенному виду, кажется, что-то слышит.

– Всё, я уже слышу приближающие шаги праведника. – Тишина, так это резко заявил, что Точь не сумел закончить начатое – свою зевоту, которая застыла на его с открытым ртом лице, ну а Ростик, и вовсе дёрнувшись, пролил содержимое бокала на стол. Но Тишина в своём полном сосредоточении не обращает внимание на эти неуклюжести своих спутников, когда перед ним стоит видимость неизбежного, которое уже приблизилось, и стоит в каких-то пару шагов от входной двери в бар.

– Он не войдёт без необходимого стечения звуковых обстоятельств. – Тишина, а вслед за ним и Ростик поворачивают свои головы в сторону игроков в бильярд, которые видимо сговорившись с Тишиной, затихли и лишь один из них, нацелившись кием на шар, готов, разбив установленные в начальную позицию игровые шары, таким образом, разрушить возникшую тишину.

«Стогк!», – вслед за ударом игрока звучит отзвук недовольного бильярдного шара, на который налетел пущенный игроком шар. Ну а он, придав ускорение шарам, таким образом, раскидал их по зелёной поверхности бильярдного стола.

«Свирст!!»,– Резкостью открытия двери, вызвав воздушные колебания и соответствующий будоражащий души звук, зафиксировав в своей руке входную дверь, сквозь дверной проём, из тёмной глубины улицы вовнутрь посмотрели чьи-то глаза.

– Тихо. – Из глубины себя тихо прошептал Тишина, повернувшись в сторону входной двери бара. Но ему на этот раз не нужно было ничего говорить, когда все присутствующие в баре, кроме разве что неусыпно играющей музыки, вдруг почувствовали, чему поспособствовала влетевшая с улицы пасмурная свежесть воздуха, и что им без промедления необходимо посмотреть в сторону входной двери. Что все, без лишних разговоров и проделали, правда, только ненадолго.

«Имеющие уши, да услышат. Я иду!», – Вцепившись ногтями в стол, не сводя своего взгляда с входной двери, Ростик, да услышал, а что не услышал, то домыслил. Но поднявшийся шум в баре, явно говорил о том, что уши имел только он, когда у всех остальных и других дел полно.

– А он мне кого-то напоминает. – Повернувшись к Ростику, усмехнулся Точь.

«Ты давай, не отвлекай». – Строгий взгляд Тишины не дал развить мысль Точу, который ничего другого не ожидая от них, вновь развернулся для того чтобы понаблюдать за развивающимися событиями. А они действительно не стояли на месте и вошедший в бар обычный молодой человек, чей вид не вызвал ни у кого интереса, само собой дал ему большую свободу передвижений.

– Хм. – Звучно отреагировал Ростик, увидев совершенно не то, что он ожидал увидеть.

– Не спеши делать выводы. Видимость всегда обманчива. – Уже в свою очередь отреагировал на это «хм» Ростика Тишина. – К тому же запомни, что видимость многослойна и обманчива до конца. И было бы странно думать, что ты раз обманувшись, не будешь обманут дальше. Да и к тому же любой праведник никогда не спешит, а всегда даёт шанс. Ну ладно, смотри и запоминай. – Тишина, заметив появившиеся движения, вновь перевёл своё внимание на вошедшего. А он между тем, обведя своим взглядом тех, кто находился внутри помещения бара и, наметив что-то для себя, двинулся прямо к намеченной, пока что промежуточной цели.