Чтение онлайн

— Ой, Кариночка, приве-е-ет! — пискнула Милана, заметив меня на крыльце. Она захлопала нарощенными ресницами такой длины, что они наверняка создавали аэродинамическое сопротивление при моргании. — А мы тут Соню ждем. У тебя тут так прикольненько! Прям деревня-деревня! Воздух такой… ну, травяной!

Я мысленно досчитала до трех.

— Привет, Игорь. Здравствуй, Милана. Это называется кислород. В городе его мало, — ровным тоном ответила, спустившись по ступенькам к калитке.

Я перевела строгий взгляд на бывшего мужа, игнорируя розовое недоразумение рядом с ним.

— Игорь, чтобы в девять вечера она была дома. У нее завтра утром репетитор по математике, экзамены на носу. И умоляю, не кормите ее фастфудом, у нее на прошлой неделе гастрит обострялся. Никакой колы и бургеров.

Игорь деловито кивнул, пытаясь сохранить вид сурового и ответственного отца.

— Не волнуйся, Карин. Мы заедем в нормальный ресторан.

— Ой, да! — тут же встряла Милана, подпрыгнув на своих танкетках так, что ее грудь едва не вырвалась из кроп-топа. — Мы пойдем в этот… как его… веганский бутик-кафе! Там так круто! Я там всегда заказываю такие зелененькие смузи с семенами чихуахуа!

Я замерла.

Соня рядом со мной издала звук, похожий на сдавленный кашель, и отвернулась, чтобы скрыть лицо.

— С семенами чиа, Милана, — медленно, по слогам произнесла я, глядя прямо в ее наивные, голубые как безоблачное небо глаза. — Чихуахуа — это собака. Собак в смузи не кладут. Даже в веганских бутиках.

Блондинка ничуть не смутилась. Она надула губки, густо намазанные блеском, и дернула Игоря за рукав.

— Ну да, я так и сказала! Игорюш, ну скажи, я же так сказала? Они просто так смешно называются! Ой, Сонечка, какая у тебя сумочка прикольная, это что, с Алика? А Игорюша мне вчера новую «баленсиагу» купил, представляешь?

— Представляю, — буркнула Соня, закатывая глаза. — Пап, поехали уже, мы на сеанс опоздаем.

Игорь неловко кашлянул, явно чувствуя себя неуютно под моим скептическим взглядом.

— Ладно, Карин, мы погнали. В девять привезу. Давай, Сонь, прыгай на заднее.

Я проводила взглядом внедорожник, пока он не скрылся за поворотом нашей тихой улицы. Вздохнула, наслаждаясь тишиной «травяного воздуха», и покачала головой.

Семена чихуахуа.

Господи Иисусе.

Наш брак с Игорем вообще был классической иллюстрацией к пособию «Как не надо делать, если тебе девятнадцать». Никакой великой, всепоглощающей истории любви с надрывом, серенадами и звездами с неба там не ночевало.

Были студенческая вечеринка, дешевое вино, порвавшийся презерватив и, как закономерный итог — две яркие полоски на тесте.

А дальше включилась паника в глазах двух второкурсников и мамино предобморочное: «Карочка, мы же приличная семья, что люди скажут! Надо срочно в ЗАГС!».

И мы пошли.

Я запихнула свой токсикоз в белое платье, похожее на торт безе, и мы стали «ячейкой общества».

Справедливости ради, я честно пыталась сделать из этого брака успешный стартап. С моим уже тогда проклевывающимся железобетонным характером я взяла нашу семью как бизнес-проект. Мы закончили универ, я пахала на двух работах, потом открыла свой первый, еще крошечный фитнес-зал в арендованном подвале.

Мы растили Соню, обустраивали этот дом.

Проблема заключалась в том, что я росла, развивалась и перла вперед как бронепоезд, а Игорь… Игорь предпочитал комфортно ехать в вагоне-ресторане. Его устраивала должность менеджера среднего звена, устраивало пиво по пятницам и диван по выходным. Рядом со мной ему было слишком напряжно, а мне рядом с ним — смертельно скучно.

Мы развелись поздно. Катастрофически, непростительно поздно.

По-хорошему, эту лавочку надо было сворачивать курсе на пятом нашей семейной жизни, когда стало окончательно ясно, что мы говорим на разных языках и у нас кардинально разные скорости. Но у меня, как и у миллионов других женщин, включилась стандартная, бракованная прошивка в голове: «У ребенка должен быть отец», «Ипотека же общая», «У других еще хуже», «Ну он же не бьет и не пьет».

Мы делали искусственное дыхание этому трупу целых десять лет.

Тянули дохлую лошадь брака, пока я не поняла, что у меня от нее уже грыжа позвоночника и нервный тик. Развод стал не трагедией, а скорее плановой хирургической операцией — больно, неприятно, куча бумажной волокиты, но зато потом температура спала, и дышать стало так легко, что закружилась голова.

Игорь съехал, оставив мне дом и Соню (справедливости ради, алименты он платил исправно и дочь любил), а через полтора года нашел себе Милану.

Глядя на нее, я Игоря даже не осуждала. Наоборот, понимала.

Со мной нужно было постоянно держать планку, соответствовать, принимать решения. Быть мужем Карины Игоревны — это та еще работенка на износ.

А с Миланой… с Миланой можно расслабиться. У нее в голове гуляет свежий сквозняк, губы пахнут клубничным вейпом, а главной жизненной проблемой являются семена чихуахуа. Никакого стресса. Идеальный силиконовый вакуум для мужчины, уставшего от сильной женщины.

Я усмехнулась своим мыслям, развернулась и пошла по вымощенной камнем дорожке обратно к дому.

Тишина большого, пустого дома всегда действовала на меня успокаивающе. Никакого визуального шума, никаких разбросанных мужских носков или глупых разговоров. Только моя крепость, где всё подчинено моим правилам.

Зашла в прихожую, скинула кроссовки и потянулась к заднему карману джинсов. Телефон там настойчиво завибрировал, сообщая о новом уведомлении.

Я достала мобильный, ожидая увидеть сообщение от Риты с очередным отчетом по кассе или ссылку на новые тренажеры, которые мы планировали закупить.

Но на экране горел значок приложения «VelvetRoom».

Мое сердце тут же предательски ухнуло вниз, в живот, вспомнив вчерашнюю VIP-комнату, неоновый свет и горячие, жесткие руки малолетки Баженова.

Я закусила губу, чувствуя, как по телу мгновенно разливается фантомный жар.

Личное сообщение от пользователя Mr.V для SweetSinner.

Я перестала дышать. Он никогда не писал мне в личку. Никогда. Он даже ни кому не отвечал в комментариях. Мой палец слегка дрогнул, когда я, чувствуя себя глупой школьницей, нажала на иконку сообщения.

«Привет, Сладкая Грешница. Хочешь поиграть по-настоящему?»

Телефон едва не выскользнул из моих вспотевших ладоней прямо на керамогранит прихожей.

Отшвырнула телефон на поверхность кухонного острова, словно он раскалился.

Я мерилась шагами по просторной гостиной: от панорамных окон к камину, от камина — к кухонной зоне, и обратно.

Мои шаги гулко отдавались в идеальной тишине огромного, пустого дома. Дыхание сбилось, пульс стучал в висках так, будто я только что отбегала часовое кардио на максималках.