Чтение онлайн

— Перестань, — раздраженно рявкнул дракон, — я просто хочу, что бы ты тоже поприсутствовала.

— Да как вам не совестно? — пропищала я. — вы только что… с ней… не смейте меня трогать вашими грязными руками!

— Они чистые, — только и заметил Арктур.

А я, повернув голову, только и могла наблюдать, как с каждым шагом колышется его иcсиня-черная тугая коса, змеей спускающаяся меж лопаток.

***

Честно говоря, я думала, что тащит он меня в спальню. Нужнo было придумать, чем и как обороняться, а внутренний голос противно хихикал и приговаривал: ещё парочка таких поцелуев, и бастионы падут, позорно и бесславно. Не знаю, что должна чувствовать девушка, которую дракон на плече несет в свою пещеру. В те минуты, кажущиеся бесконечными, меня одолела странная, почти невозможная смесь ощущений. Я была зла. Даже не так, я была в ярости, которая поглотила даже страх. Мне хотелось расцарапать его самодовольную физиономию и украсить ее приличным фингалом. Но вместе с этим — о, ужас, что бы сказал мой папенька? — я вдруг поняла, что довольна происходящим. Вот такое странное довольство, необъяснимое совершенно…

До спальни он меня не донес, резко сгрузил на пол в кабинете. И только я вдохнула поглубже, намереваясь высказать все, что думаю, вот так, глядя прямо в эти глаза, наполненные чарующей зеленью, как дракон приложил палец к моим губам.

— Тихо.

— Вы…

— Я сказал, помолчи, — уже раздраженно добавил он и приказал, — садись на стул.

И подтолкнул в нужном направлении, к однoму из неудобных деревянных стульев с высокими резными спинками.

— Что вы собираетесь делать?

И вот в это мгновение действительно стало страшно. Лорд-дракoн, очевидно, задумал нечто оригинальное, и при этом собирался устроить все так, чтобы и я поучаствовала. Вглядываясь в его смуглое лицо, отмечая крошечные детальки, вроде давным-давно рассеченной и зашитой брови, хищного носа, придающего лорду несколько зловещий вид, этих его изогнутых в полуулыбке губ, которыми oн так неожиданно сладко меня целовал… я ждала ответа.

— Зачем я вам здесь, саннор? — уже почти шепотом.

Глаза Арктура внезапно полыхнули обжигающе-ярко, словно две только что отчеканенные золотые монеты. Он покачал головой, а сам потянулся к шелковому шнуру для вызова прислуги и несколько раз дернул.

— Затем, таури, что мне хотелось бы обозначить границы своих владений и все окончательно разъяснить моему молочному брату.

— Но… — я безнадежно покраснела.

сли дракон сейчас начнет выяснять отношения с магом, то Фейдерлин сразу поймет, кто донес. Не поплатиться бы…

— На тебе его запах! — особенно зло прошипел Арктур, — а я тебя ему не отдам!

«А меня здесь кто-нибудь спрашивает?» — уныло подумала я, но вслух спросила:

— А вам я зачем, саннор? Вы меня не знаете, мы практически не знакомы. К тому же, у вас есть Таша и Катрина Фейдерлин. Не многовато ли будет?

Лорд-дракон ткнул в меня указательным пальцем и с совершенно искренним удивлением спросил:

— Ну и чтo? Какое все это имеет значение?

И добавил весомо:

— Ты — женщина, твоя задача просто повинoваться.

— Вы так и не ответили на мой вопрoс, зачем я вам, — борясь с накатывающей паникой, проблеяла я. С ним бессмысленно спорить, что-то доказывать. Пожалуй, он даже не понимает, почему мне неприятно то, что он был с Ташкой.

Арктур весело подмигнул.

— Я понял, откуда этот запах. Ты моя таури, и это определяет все.

— И… что это значит? — почти беззвучно выдохнула я.

Предчувствие подсказывало, что ничего хорошего ждать не приходится.

— Это значит, дорогая, что ты идеально мне подходишь и в состоянии родить мне несколько сыновей, которые станут драконами, — радостно сообщил он.

Я закусила губу и умолкла.

Нет, наверное, что-то нужно было ответить. Но что? Я — рабыня. На его острове. В его власти. И ежели саннор дракон решил, что именно от меня необходимо иметь детей, то что я могу сделать?

Только сбежать с Фейдерлином.

Но, выходит, путь к бегству теперь отрезан, и отрезала я его сама?

Я невольно сникла на стуле. Весь мой запал куда-то делся. Остались лишь глубокая печаль и осознание того, что, как бы я не трепыхалась, у меня нет шансов освободиться.

— А как же чувства? — все-таки проговорила я, — разве вам хочется жить с женой, с которой, возможно, вам будет скучно и неинтересно?

Арктур задумался — но всего лишь на мгновение. Потом шагнул ко мне, склонился, заглядывая в лицо. Радужки по-прежнему золотились, в обрамлении черных пушистых ресниц.

— Таури — пара дракона, которая может родить драконов, — тихо сказал он, — никто не упустит своего шанса получить наследника.

Я опустила взгляд, сцепила на колени дрожащие руки.

— И потом, — голос Арктура сделался едва слышимым, — в тебе есть еще что-то. Я не понимаю, почему меня так к тебе тянет. Это нечто бoльшее, чем просто желание заполучить свою самку… Нечто большее…

И в этот миг, с порога, раздался знакомый голос:

— Арктур? Что за спешка? Что случилось?

Лиар Фейдерлин запнулся, разглядев меня, но затем прошел внутрь кабинета, остановился у стола. О, как он шел! Он стелился по полу, словно песчаная гадюка. А лицо — наигранно-расслабленное, словно ничего не происходит. Только вот глаза снова полны битого стекла, и выдержать его взгляд невозможно…

А я… мне очень хотелось исчезнуть. Просочиться сквозь какую-нибудь незаметную щелку на потолке, лишь бы не чувствовать, как тяжелый взгляд ползет по телу, как будто срывая одежду, обнажая, зарываясь под кожу и почти причиняя боль. Но все, что я могла — это понуриться на стуле и стиснуть пальцами сиденье.

— Здравствуй, Лиар, — тем временем произнес дракон. Размеренно так, спокойно — но это спокойствие скорее предвестник бури.

Фейдерлин остановился в двух шагах oт стола, и получилось так, что исчез из поля моего зрения: меня собой загородил лорд-дракон.

— Ты меня позвал.

— Да, позвал, — тихий смешок, от которого мурашки по коже, — а ты меня обманул. Ты мне сказал, что девушка, которой я обязан жизнью, потеряла расcудок и лежит овощем, никого не узнавая и ничего не понимая. Но ты, мой брат, забыл, что драконы хорошо пoмнят запахи.

— Когда ты меня спрашивал, она и лежала овощем, — в голосе Фейдерлина похрустывал лед, — я ж не знал, что она очухается.

— Вот и прекрасно, что она, как ты изволил выразиться, очухалась. Но теперь, брат мой… Знаешь, это решение зрело долго. Но все-таки я решил дать тебе свободу. Ты ведь давно жаловался, что тебе надоел остров? Так что я выделяю тебе приличное содержание и отпускаю на все четыре стороны. Равно как и твою сестру.

— Ты раздумал жениться? — равнодушно поинтересовался фейдерлин, — но отчего? Она родит тебе сына…

— Никого она мне не родит, и ты это знаешь, — оборвал Арктур, — посему я не вижу смысла вообще затевать этот брак.

Я покосилась на дракона: он стоял как раз сбоку от меня, я видела его профиль — такие любят чеканить на монетах. А глаза уже полыхали углями. Еще я увидела, что кисть руки мелко подрагивает, словно дракон изо всех сил боролся с тем, чтобы не броситься на своего молочного брата.