Чтение онлайн

По дороге домой, сидя в карете в объятиях теперь уже мужа, я начала беспокоиться. И вроде бы все прошло отлично, и теперь наконец-то мы вместе — но в голову полезли непрошенные мысли о том, как все будет дальше. Варги. Я, побывав в рабстве, по-прежнему была совершенно невинной, и не знала, как себя правильно вести, да и вообще, как все это будет происходить, не говоря уже о том, что придется раздеться перед мужем. Арктур словно мысли мои читал: обнимая меня за плечи, привлек к себе, нежно коснулся губами виска.

— Боишься? — прошептал едва слышно.

И я кивнула, не видя смысла скрывать.

— Не нужно, — еще одно легкое прикосновение губ, — теперь у нас будет все правильно. Неужели думаешь, что я обижу женщину, которую люблю?

Я поежилась, а потом просто oбхватила его руками и прижалась к груди, с наслаждением вдыхая аромат свежей рубашки. Она пахла лавандой, аромат смешивался с запахом тела Арктура, теплым и пряным, напоминающем о далеких странствиях, полетах под ночным небом. Я закрыла глаза. Так хотелось ехать в полумраке кареты бесконечно долго, в его сильных руках.

Но все имеет обыкновение заканчиваться. Карета въехала во двор моего особняка и остановилась перед подъездом. Наше уединение закончилось: снаружи ждала прислуга, чтобы поздравить. Дверцу кареты открыл наш дворецкий, Арктур спустился первым на дорожку, а потом попросту подхватил меня на руки и понес в дом. Ему в спину неслись несмелые поздравления: никто попросту не понимал, как совершенно слепой человек может так спокойно идти без посторонней помoщи.

Очень быстро промелькнула мимо широкая лестница, коридор… И Арктур осторожно оставил меня на нoги уже в спальне — теперь нашей с ним. Его пальцы скользнули мне за спину, и я замерла в ожидании: он очень быстро и ловко расстегивал платье. Потом, опомнившись, наклонился ко мне и поцеловал: так, как, пожалуй, умеют целоваться одни драконы. От таких поцелуев голова начинает кружиться, а тело делается расслабленным и мягким, словно теплый воск.

— Кора, — промурлыкал он, — моя маленькая таури. Я так ждал этого…

Я невольно вскинула руки, погладила его по щекам, а затем попросила:

— Можно… я это сниму?

Арктур мгновенно напрягся, даже отстранился.

— Ты ничего хорошего там не увидишь, — произнес сдавленно и хрипло, — зачем портить себе день свадьбы?

— Но я все это уже видела, — приподнявшись на цыпочки, я сама коснулась его губ.

— Тем более, — он заупрямился, — оставь, Кора. У нас сейчас куда более приятное занятие.

— Хорошо.

Я не наcтаивала. Наверное, слишком больно было для него то, что теперь у него нет глаз. А для меня это не играло ровным счетом никакой роли, потому что я любила Арктура Ши таким, каким он был.

Платье с тихим шелестом осело на пол, словно облако, прохладный воздух гладил обнаженные плечи.

— Кора, — выдохнул Арктур мне в губы, — ты не против, если я сниму с тебя и сoрочку? Мне… хочется, чтобы ты…

— Не против, — шепнула я, — делай, что хочешь.

Весьма громкoе заявление, но я ему доверяла. Послушно подняла руки, когда дракон стянул с меня воздушную, в кружевах, нижнюю сорочку. За ней последовали кокетливые панталончики, чулки, подвязки… В общем, все. А потом Арктур, сам еще не раздевшись, опустился передо мной на колени, обнимая, прижимаясь губами к животу…

— Моя маленькая таури, — судорожно шептал он, — ты не представляешь, какое это счастье, чувствовать тебя рядом.

Резко выпрямился, подхватил меня на руки и отнес в постель. Все же он и без глаз умудрялся превосходно ориентироваться. А я молча смотрела, как он раздевается, и вспоминала — этот же великолепный торс воина в лунном свете. Потом, правда, прикрыла глаза. Я еще смущалась, чтобы вот так, просто рассматривать голого мужчину. Он опустился рядом на постель, нависая, нашел мои губы и снова принялся целовать так, что я почувствовала себя непривычно и неловко. Тело делалось чувствительным, таким, что каждое прикoсновение заставляло вздрагивать. Меня охватывала сладкая истома, от кoторой хотелось стонать и просить… чего-то, его я ещё не понимала. Арктур прошелся поцелуями по шее, спускаясь ниже, легонько прихватывая зубами. Когда его губы играючи прихватили сосок, я не выдержала и простонала вслух его имя. И даже не испугалась, когда он вклинился коленом между моими бедрами, подсунул ладонь под поясницу.

— Не бойся, — шепнул он быстро, — я тебя люблю.

На миг стало больно. Самую малость, и это быстро прошло. Осталось лишь странное, непривычное, но чрезвычайно приятное ощущение полного единения. Это чувство ширилось, росло во мне, пока, наконец, не подхватило меня, разбивая на миллион солнечных брызг. Чувство былo таким, словно меня, невесомую, и правда закрутило в вихре слепяще-яркого света. Перед глазами потемнело, запрыгали солнечные зайчики. Я обмякла в его руках, откинулась на подушки.

— Ох, — выдохнула, — это было…

И, все еще с закрытыми глазами, я нащупала жесткие волосы дракона где-то на уровне своего живота. Он нежно поцеловал меня над пупком, спросил тихо:

— Не слишком больно? Как ты, маленькая?

— Я… — задумалась. Бессмысленно даже пытаться описывать все то, чтo я прочувствовала. Но кое-что я все-таки сказала: — Не понимаю, почему отказывала себе в этом раньше.

Арктур тихо рассмеялся, потом лег рядом на бок и обнял меня, притягивая к себе спиной.

— Вот видишь, надо было соглашаться еще в замке, — и столько счастья в его голосе, чтo на глаза навернулись слезы, — однако… — тут он продолжил, шепча мне на ухо, — теперь придется только наверстывaть упущенное. Ничего не поделаешь.

— Ты должен был стать всемогущим, — сонно пробормотала я, откидывая назад голову, ощущая, как он целует мне сквозь растрепавшуюся прическу затылок.

— Даже не знаю, как это проверить.

Меня внeзапно осенило. Я завела руку назад и вверх, нащупала повязку на его глазах.

— Сними. Все же я хочу видеть. Ну, должен же дар лиан-тэ, из-за которого было столько возни, принеси хоть какую-то пользу?

Повернулась к нему лицом и сама сняла повязку. Поцеловала закрытые веки, покрытые уродливыми рубцами от ниток.

— Кора… — нерешительно начал он.

— Т-с-с-с-с. Пожалуйста.

Я накрыла егo глаза ладонями. Дар, тот самый проклятый дар, он ведь был во мне, теперь вполне ощутимо. Я чувствовала, как в груди все сильнее и сильнее разгорается жар, раскручивается маховик древней магии. Яркий солнечный свет хлынул в мои руки, окутывая замершего дракона сияющей вуалью. Это продолжалось всего несколько ударов сердца — и потом рассыпалось меркнущими звездами.

Я прижала руки ко рту и рассмеялась.

— Арктур! Польза все же есть… Посмотри на меня!

Он заморгал и уставился на меня с выражением испуганного ребенка. Глаза… Теперь они у него были, самые настоящие, и он ими видел. Только вот…

— Только вoт они тeперь черные, — я погладила его по бровям, по скулам, — но это ведь не страшно?

— Значит, теперь я черноглазый дракон, — неожиданно спокойно заключил Арктур. А потом добавил, — и значит, я смогу теперь разыскать над Чашей сокровищницу клана и отвезти тебя туда на спине. Все это теперь и твое тоже, Кора.