Чтение онлайн

Вдумчивый и плавный, чуть хрипловатый голос Кея вплелся в мелодию так гармонично, что, казалось, был предназначен для того, чтобы звучать именно в этой песни.

Ворох тонкой бумаги на сердце пылиться

Облепляет она тонким слоем все лица

Я бессилен понять: кто ты? Имя забыто.

Человек или демон - бумагой все скрыто.

Я бумагу срываю, только сам я срываюсь.

Ты - моя или нет? Все понять я пытаюсь.

За твой образ в цветах я хватаюсь руками.

Я тебя разгадал. Ты - мое оригами.

Голос его от куплета к куплету становился все громче и громче, передавая целую гамму эмоций, а бас-гитара и ударные - яростнее и тяжелее - и на втором куплете, когда голос солиста "На краю" зазвучал мощно и громко, песня-речка соединения с большой рекой.

А я, слушая слова песни, тут же вспомнила Дэна и его оригами - светло-розового пегаса, подаренного мне, и сама не понимала, как мои губы раскрываются и подпевают знакомые слова, как, впрочем, и все те, кто собрался на трибунах и около сцены. Может быть, Денис - и есть мое оригами? А у Кея его личное оригами есть? А я могу быть оригами Дениса?

Последний припев - и голос певца, тонна эмоций, что он передавал им, звучание ударных и всех гитар достигли своего апогея.

Бурная река впала в Северный Ледовитый океан и растворилась в его холодных водах так же, как эмоции музыкантов в наших замерших сердцах.

Закончив играть, Кей рывком снял гитару и спустился вниз, прямо ко мне и к парню с дредами. Людей, услышавших музыку "На краю", становилось все больше и больше - их количество росло с геометрической воистину волшебной прогрессией, и когда солист группы оказался рядом с ограждением, приехавшие на фестиваль громко и радостно заорали, приветствуя его. Кей поднял в приветствии обе руки, и его красивое лицо с правильными чертами лица, которое сегодня обошлось без грима, осветилось искренней улыбкой. Я сама едва ли не стала кланяться ему в пояс и кричать: "Аве, Кей!", но поскольку до сих пор была под впечатлением от происходящего, только слегка попятилась, большими глазами глядя на своего любимчика. Нет, серьезно, его голос - просто божественен! А энергетика у него дикая и сильная, как у римского императора!

Увидев меня близко, Кей удивленно изогнул бровь, по-моему, попытался не улыбнуться и произнес спокойно:

– Это ведь ты, да? Ты - Маша, девушка Дэна?

– Я...
– прошептала я, чувствуя, что концентрация кислорода в воздухе резко увеличилась - у меня закружилась голова. У бесполого подростка, по ходу, тоже. А когда с ним заговорил гитарист группы - черноволосый Рэн, он (или она) по-моему, вообще едва не рухнул в обморок. Я тоже была близка к этому.

– Как... забавно. Пошли, - сказал мне Кей.
– Тебя кое-кто ждет.

Мне! Мой кумир! Сказал! Идти! За ним! И он говорил о Дэне! Они знакомы?!

– Куда??

– За мной, - вполне резонно отозвался он. И пока другие музыканты "На краю", спустившиеся следом за своим лидером, общались с возбужденными поклонниками, требовавшими едва ли не в истеричной форме еще одну песню, Кей повел меня следом за собой куда-то за сцену, на закрытую простому люду территорию, предназначенную только для избранных, где народу было очень и очень не мало: звукорежиссеры, техники, работники сцены... Все они суетились, что-то делали и куда-то с чем-то бегали, таскали кучу проводов. На Кея пялились, но не все решались к нему подойти. Видимо, эти люди были предупреждены о внезапном коротком представлении, потому как звук был просто на высоте - и в этом я убедилась еще и вечером.

– Здорово, Кей! У вас что, захват сцены был?
– улыбнулся музыканту какой-то лысый тип с пивным животиком и с бородкой.
– С руководством феста обговорили хоть?

– Да, - кивнул тот ему и пошел дальше, попутно здороваясь с людьми.

А я шла за музыкантом, с трудом переставляя ноги, и думала, что сейчас я точно вознесусь к Боженьке.

– Кей... это... скажите... скажите, мы куда?
– спросила я вновь взволнованно, когда мы проходили мимо палаток приехавших музыкантов, которые служили им гримерками.
– Что-то случилось? Откуда вы знаете моего Дениса?

– Сейчас сама все увидишь. Не отставай, Маша.
– отозвался он, заворачивая вправо, к здоровенной темно-синей палатке, около которой стоял здоровый микроавтобус. На палатке виднелся большой листок белой, чуть потрепанной бумаги, где кто-то страдающий весьма специфическим чувством юмора написал: "Клуб жертвоприношений "На краю". Первый вошедший автоматически становится первой жертвой, и одновременно едой. Заходите, пожалуйста. Мы вас ждем. Очень хотим кушать. Всегда ваши, "На краю".

– Туда, - кивнул он на палатку и быстро обвел своим невероятным взглядом округу.
– Заходи.

– Я не хочу быть жертвой, - заупрямилась я. Кей оглядел бумажку скептическим взглядом, покачал головой, повернулся ко мне и сказал:

– Не бойся, мы уже поели. Заходи.

В палатке меня есть не собирались - других музыкантов "На краю" там не было, и мы с Кеем остались вдвоем.

– Хорошо. Но... Почему вы говорили, что я должна простить Смерча, то есть Дениса?

– Потому что он раскаивается. За все, что сделал. Простишь его? Кстати, можешь не прощать, - насмешливо сказал вдруг музыкант, - ты мне понравилась, весьма-весьма, хочешь со мной встречаться? Можешь выбирать: я или он.

Что Кей несет?! У меня в голове поселилась большая наглая сорока, которая стала пытаться склевать моих разноцветных головастиков. Они с верещанием разбежались в стороны. Я сплю?

– Чего?
– спросила я, с трудом размыкая губы.
– Я серьезно, - невозмутимо произнес Кей, задумчиво поправляя белые шикарные волосы, - Денис говорил мне, что я нравлюсь тебе. И моя группа - тоже. Ну, как тебе мое предложение?

Я осторожно отошла от солиста "На краю" подальше. Нет, он классный, красивый, талантливый, жутко популярный и все такое, но... Он просто мой кумир, а не мой любимый!!

– Наверное, никак, - отозвалась я тихонько, боясь обидеть этого человека.
– Вы действительно лучший в мире певец, один из самых талантливых, и музыка у вас невероятная, но это... Мне Денис нужен.

– Правда?

– Да. Да! А вас я это... на расстоянии любить буду! И слушать все ваши песни, но мне, правда, нужен Денис.

– Да я пошутил, - невозмутимо отозвался Кей, вновь подвергая несчастную Машу в шок. Ни фига себе, шуточки! Как с ним, например, его бедная девушка общается, с таким-то шутником? А, говорят, у него действительно вроде бы есть подруга, и ее, гипотетическую девушку Кея, жутко не любят многие его сумасшедшие фанатки. А я столько раз по глупости, слушая треки "На краю" представляла себя девушкой Кея, и никогда не подозревала, что у Судьбы хватит фантазии сделать мне такое предложение - встречаться с этим невероятным человеком!

– Значит, он?
– уточнил Кей на всякий случай.

– Он, - ничуть не сомневалась я.

– Глупый Бурундучок, - раздался хорошо знакомый, нет, уже родной голос сзади меня, и пока я тупила, меня обняли и спиной прижали к груди. В глазах у меня потемнело от неожиданности.

– Какая ты хорошая, - прошептали мне на ухо, - я тебе нужен, да?

Кей только весело рассмеялся. Он явно не сожалел о том, что я выбрала Смерчика, который появился словно из-под земли.

– Денис!
– вскрикнула я, вырываясь из объятий и оборачиваясь. Это действительно был мой Смерч! Мой самый лучший и самый любимый парень на свете! И он сейчас стоял передо мной, в джинсовых бриджах ив простой черной майке без рукавов, подчеркивающей его широкие плечи, которые так приятно было касаться. На голове его была повязана черная темно-синяя бандана, из-под которой выбивались не слишком послушные коричнево-шоколадные волосы. За эти дни он успел загореть и выглядел еще красивее и задорнее, чем всегда. А его улыбка, дающая возможность ямочкам вновь покрасоваться на веселом лице, в который раз свела меня с ума и на минуту перевернула мироздание с ног на голову.