Чтение онлайн

 - Нам можно собираться, - сказал Смерчинский через пару минут, после того, как внимательно выслушал собеседника и напечатал пару сообщений - мне показалось, что ими парня просто-таки атаковали.
– Все свободно, милиция свалила. И даже никого не задержала.
– Его голос был даже несколько растерян.

 - Жалеешь, что никого не успели поймать?
– с полным ртом спросила я.
– Я бы тоже жалела... Никакой справедливости!

 - В том то дело, что поймали, а потом отпустили, - отозвался молодой человек, вылезая из-под, порядком надоевшей нам обоим, парты.

Кому рассказать, не поверят, что я с Дэнни вдвоем прята…

Я сама себя тут же оборвала. Поверят, еще как! Еще и вопросы странные задавать начнут!

 - Как это, отпустили? Они что, взятки прямо на месте преступления уже берут?
– поразилась я, запихивая в рот вкусную конфету в форме надутого сердечка, с зефиром и фисташками и снизу вверх протягивая конфеты синеглазому. Я думала, что Смерч, как и Федька, к примеру, откажется от сладкого, но нет, взял, и сразу несколько штук, а еще и сказал:

 - Оставь мне с зефиром, Чип, не будь жадной. А то мне придется тебя Кротом называть.

 - За что??
– точно, он же сладкоежка, как я могла забыть. А дружить с этим парнем очень, очень хорошо... Глядишь, еще раз в то кафе с вкусными пирожными сводит на халяву... Блин, я сейчас замурлыкаю.

 Орел возрадовался, продолжая клевать золотое пшено, перемешанное с самым лучшим мясом.

 - За жадность, говорю же, - Смерч протянул руку и помог подеяться мне, а затем вытащил мой порядком помятый рюкзак и подаренным нам красный гелиевый шар с надписью, приводящую меня в восторг. Отряхнув рюкзак, он зачем-то принялся изучать росписи на нем, проводя пальцем по тонкому материалу.

 - Что, знаешь, кому какая принадлежит?
– поинтересовалась я, незаметно вытаскивая еще одну зефирную конфету.

 - Да, мои друзья все-таки писали... хотя не все узнаю. Это, наверное, твои писали, - кивнул сосредоточенный Денис, продолжающий изучать "наскальную живопись".
– Эй, ну я же попросил мне оставить с зефиром! Там я так их мало!

 - А тебе откуда знать?

 - Это мои любимые конфеты, - признался Дэн. – Три сорта любимых.

 - Мда. Как ребенок, это тебе десять лет, а не мне, - ничего не смогла сказать я, но следующей конфетой, которую я вытащила - была грильяжной. Вдруг малыш Денисочка расстроиться, если его любимых конфеток не останется?

 - А что так с милицией?
– поинтересовалась я вновь, накидывая рюкзак на плечи.

 - Всех, кого поймали, почти сразу же освободили - на помощь прибыла профессура, - стало смешно Денису.
– Они увидели, что их родных студентов грузят пачками в автобусы ни за что ни про что, и решили спасти. Так что все в порядке. Мы можем идти.

 И мы, наконец, ушли. Оба, конечно, удивленные таким поворотом событий, но довольные, что все хорошо кончилось. Конечно, такое краткое загадочное объяснение меня не слишком устраивало, поэтому я собралась узнать подробности у подружек или у одногруппникво - но не сейчас, потом. С каким хорошим настроением я вышла в коридор, по прежнему пустой, но еще более темный, и даже на Смерча, закрывающего сейчас аудиторию, почти не злилась.

 - Я пить хочу, - пожаловалась я уже в лифте, ощущая невыносимую сладость во рту.

 - Пожалуйста, - протянул мне бутылку вина Дэн. Остальные части подарка лежали у меня в рюкзаке - я выпросила их у парня, даже лепестки забрала. Впрочем, он и не возражал.

 - Я что тебе, алкаш: алкоголем запивать еду? А, впрочем... если ты откроешь, то я, пожалуй, попробую. Мое сердце чует, что это дорогое вино.

 - Оно чует правильно, - пригляделся к этикете парень. Оказалось, на французском он читать тоже умеет, причем очень хорошо.

– Красное полусладкое. Тебе должно понравиться, - пояснил он мне со знанием дела. Это Vins Delimites de Qualite Superieur…

– Ты знаешь, мне это ни о чем не говорит. Мы языков иноземных не знаем-с. – С достоинством отвечала я, как будто бы знанием языков являлось преступлением против человечества. По сути, оно так и было – преступлением против меня и таких же неучей, как Димка. Мы с английским мучаемся, а Сморчок блещет, как назло, своими знаниями!

– Это хорошее вино, вино высшего качества с ограниченными контролируемыми параметрами, подлежащие обязательному прохождению дегустации, - явно что-то процитировал Дэн. Да его только за одну память ненавидеть можно!

Парень, видимо, понял ход моих мыслей и пояснил простыми словами:

– Качественный, дорогой и хороший напиток. Смело пей.

Он на удивление легко (сам изумился) открыл бутылку, поднес горлышко к носу, втянул воздух носом и протянул бутылку мне.

 - Пей, Бурундук, спокойно. Это не вино, - вздохнул он с сожалением.

 - А? Водичка что ли? Тебя надули? – Я не знала, разочаровываться мне или радоваться.

 Оказалось, это был виноградный сок. Друзья Дэна посчитали, что ему лучше вообще не пить алкоголь, даже не слишком крепкий. Даже записочку объяснительную написали – ее мы чуть запоздало нашли на крышке коробки.

 "Ты пить не умеешь, - значилось в кратком послании, - не позорься перед девушкой, похлебай виноградику. Не злись и не огорчайся, а, главное, не огорчай нас и используй наш подарок с умом и фантазией. А шоколад твой любимый, искренне надеемся, тебе он придется по вкусу, и ты угостишь им подругу.

 Пы.Сы.: совет вам да любовь. Красный шар – гарант ваших чувств. Все мы – их земные свидетели.

 Мы"

 Чуть ниже, чьим-то корявым-прекорявым подчерком не слишком грамотно было подписано:

 "Чувак я хател подложить беленькой да они охренели!! Сами ее забрали и выпьют я проста уверен на все 100! Выгнали меня на фиг идиоты. Неиллюзорно вышло… Короч иду репетировать песенку для тебя и твоей герлы. Она хорошенькая. Ты ее реально должен…

 - Дальше не читай, - вырвал у меня из рук послание Дэн, естественно, читающий намного быстрее, я же с трудом разбирала косые буквы малограмотного «писателя».

– Почему?! – Хотелось дочитать мне до конца.

– Это писал мой не совсем приличный друг, - спрятал записку в карман Смерч и подтолкнул меня, чтобы я первой вышла из лифта.
– Девочкам, особенно таким приличным, как ты, не нужно знать такие подробности. Да, бурундук?

– Да, Смердяк, - огрызнулась я.

– Глупышка, - легонько толкнул меня плечом он.

– Сам тупой. Смердякотупица. – Кажется, этими словами я подтвердила недавнюю догадку партнера по поводу моего десятилетнего духовного возраста.
– А не парень ли с челкой это накарябал, который пел идиотскую песню в микрофон?
– полюбопытствовала я, сгорая от желания узнать, что же такое вы записке.

Оказалось, что он. По словам Дэна, музыкант имел специфическое чувство юмора и большое пренебрежение к женскому полу, хотя девчонки на него вешались изрядно. Я бы на такого тоже повешалась – он милашка, хотя, вероятно, и пошлый. Эх, если бы не Ник…