Чтение онлайн

Первая — Кайрат мне не соврал. В пещеру он идет явно не из-за трона. Если бы наставник хотел получить корону, то ему бы не составило никакого труда мирно прикопать соперника под ближайшей елью. Астарт пусть и вертится как уж, однако дать отпор брату не в состоянии.

Вторая — в данный момент Кайрат действительно намерен мирно прикопать соперника под елью. И, судя по его воодушевленному виду, у него уже и лопаточка в кармане притаилась. В королевстве вот-вот станет на одного принца меньше.

Я, в общем-то, не против. Вот только мстить нужно с холодной головой, а таковой сейчас у Кайрата не имеется.

Пересилить странную вялость в теле мне удалось далеко не с первого раза. Собрав всю свою силушку богатырскую, я поднялась с пола и кинулась к Майерхольду. Схватила его за плечо и отважно заглянула в глаза.

— Кай, — произнесла тихо, — он того не стоит.

Пелена ярости нехотя отступила. Взгляд принца прояснился, но совсем не смягчился. Он продолжил держать дрожащего братца, но смотрел исключительно на меня.

По телу пробежали мурашки. Начало казаться, что сейчас весь его пыл перекинется на одну деятельную особу, которой больше всех надо.

Ошиблась:

— Как это мило, Юрай, — выплюнул наставник, разжимая пальцы.

Астарт крякнул и осел на пол.

Мы же замерли друг напротив друга. Расстояние между нами было настолько ничтожно мало, что я чувствовала жар, исходящий от его тела.

Мне и самой было жарко. От злости на Райнхарда. От странной слабости, из-за которой я едва ли могла стоять. От ледяного взгляда, которым куратор прожигал меня.

Обычно в таких ситуациях говорят избитую фразу, от которой всё становится ещё хуже. Никогда бы не подумала, что она сорвется и с моих губ тоже:

— Ты… всё не так понял.

Губы Кайрата искривились в насмешливой ухмылке.

Смешно. Согласна. Я бы тоже начала смеяться, услышав подобное от человека, которого пять минут назад застала за страстными обжиманиями с врагом.

— Разумеется, — бесцветно отозвался Майерхольд.

А после он ушел. Вот так просто.

— Спасибо, — прокряхтел Райнхард, поднимаясь на ноги и придирчиво отряхивая костюмчик. — Это было очень мило с твоей стороны.

— Не утруждайся, — фыркнула я. — Я берегу тебя для себя.

— Что, прости?

Повернувшись к нему, сделала шаг навстречу и прошипела:

— Да разразит меня гром, если я не заставлю тебя пожалеть обо всём.

Не знаю, как я выглядела со стороны, но есть версия, что крайне убедительно. По лицу принца пробежала пугливая тень, которая, впрочем, быстро сменилась на противную высокомерную маску.

— Пустая болтовня, — произнес Аст, проходя мимо.

По закону жанра он должен был задеть меня плечом. Не отступая от шаблонов, принц поступил ровно так и, чеканя каждый шаг, уцокал прочь из зала.

Я нервно прикусила нижнюю губу и вдруг почувствовала неприятную горечь во рту.

«Тормозилка!» — с грохотом пронеслось в голове осознание. А вот и причина слабости. Этот придурок обмазал свой рот зельем замедления реакции.

Будет вам известно, оно очень редкое и, что логично, запрещенное. О нем я тоже узнала из библиотеки батюшки.

Благо хоть выветривается быстро и не причиняет вреда здоровью.

А ты хитрый лис, Астарт Райнхард. Сделаю из тебя замечательную шапку при случае.

Желание махать мечом и разбрасываться стрелами по понятным причинам меня оставило. Киснуть в пустом зале мне тоже не хотелось, потому я решила хоть чем-то занять руки, которые требовали пойти да придушить кое-кого в порыве доброй воли избавить мир от венценосного зла.

Придушу. Обязательно придушу. Но как-нибудь поизящнее, со вкусом. А пока пойду отрабатывать наказание.

Раздобыв ведро и швабру и вооружившись благословением завхоза, я принялась выпускать пар, натирая пол до характерного блеска.

Я возякала тряпкой с таким рвением, что непременно бы протерла дырку в подземное царство. Нечистая сила явно предвидела моё вероятное появление и предприняла попытку спасти чистилище от расстроенной меня.

— Евангелина Юрай, верно? — спросил кто-то за спиной.

— Утром вроде была, — хмыкнула я, продолжая уборку.

— У меня есть к тебе дело. Повышенной важности.

В данный момент меньше всего мне хотелось заниматься делами повышенной важности. По-хорошему, я бы сейчас с удовольствием носилась по лесу, горланя самые страшные ругательства. По-плохому, я бы с великой радостью откапывала большую ямку где-нибудь под дубом, чтобы в будущем (непременно светлом!) затолкать туда Астарта Райнхарда.

Но любопытство заставило отложить орудие убийства… Тьфу! То есть швабру и заинтересованно повернуться к незнакомому юноше.

— М?

— Говорят, что ты первоклассный артефактор, — изрек тот.

Оу. Моя слава идет впереди меня!

Я уж было хотела засмущаться, скромно шаркнуть ножкой и со словами «Да-да, это про меня» дать автограф, но адепт продолжил:

— Пердушка ведь твоих рук дело?

Кхм… Много людей мечтают стать знаменитыми, но ни один не хочет прославиться создателем пердушки.

— Наглый поклеп, — буркнула я, возвращаясь к работе.

— Но братья Ферден сказали…

— Наврали.

— Про бомбочки тоже?

— Какие ещё бомбочки, молодой человек? Не мешайте честной и скромной девушке, не способной на всякое злодеяние, мыть пол. И вообще — кыш отсюда! Не ходи по помытому.

Юноша тут же отскочил в сторону, но уходить определенно не собирался.

Закатив глаза, я снова повернулась к нему и решила изгонять более надежным методом.

Мокрой тряпкой.

Мокрая тряпка — это, скажу я вам, вещь. Её можно прицельно кидать. Ею можно отшлепать. На ней можно поскользнуться, причем крайне неудачно. Исходя из всех этих качеств, я вовсе не понимаю, почему мокрую тряпку до сих не записали в категорию оружия массового поражения.

— Мешаешь, — говорила я, начиная намывать пол там, где стоял адепт.

Юноша отпрыгивал в сторону. Я вновь проворачивала трюк. Тот снова отпрыгивал. И скакали бы мы так до скончания веков… Ну или до скончания коридора.