Мой любимый деградант
Шрифт:
– Нам нельзя. – Подавляя прерывистое дыхание, сказал он. – Доктор Дирб запретил это…
Вот такого оборота я не ожидала, тем более я, в отличие от ошалевшего от новости о моей беременности Тима, внимательно целителя слушала. И про такие запреты он не говорил.
– Доктор Дирб сказал, что надо быть аккуратными. – Притягивая ближе к себе голову Тима, возразила я.
– Он сказал, что ребенку можно так навредить. – Упрямо проговорил Тим, отвечая на легкий поцелуй, но снова отстраняясь от меня.
– Еще он сказал: если мне чего-то нельзя, но я очень этого хочу, то я должна это получить, только в небольшом количестве. – Тим замер, наверно, вспоминал эти слова целителя:
– Доктор Дирб говорил это про кофе и шоколад. И некоторые фрукты.- Кривовато улыбнулся Тим, и выражение лица у него при этом было такое, как будто он только что раскрыл преступление всемирного масштаба.
– Ладно, - сдалась я, - тебя не переубедишь. Пойдем и спросим у доктора Дирба, вынесу ли я воздержание семь с половиной месяца.
Тим, который уже поворачивался к двери, порывисто посмотрел на меня:
– Сколько месяцев? – Мне даже показалось, что для Тима было тайной, что ребенка вынашивают девять месяцев.
– Семь с половиной до родов и еще два месяца послеродового очищения. – Специально стала я нагнетать краски.
– Столько и я не выдержу, - сдаваясь, сказал Тим. – Что же нам делать?
– Все то же самое, что и обычно, только аккуратнее. – Я чувствовала себя победительницей. Тем более побежденный мной Тим тоже был счастлив и с многообещающим взглядом начал расстегивать пуговицы на своем пиджаке…
За окном уже начало темнеть, когда Тим, укрыв меня одеялом, ушел в ванную. А вышел оттуда, уже приняв душ, и начал надевать форму.
– Ты куда? – Не скрывая подозрительности, присела я на кровати.
– Надо вещи с портальной комнаты забрать. Секретарь Мариет дважды не повторяет, - Радостно улыбаясь, ответил Тим. И был он таким расслабленным, довольным, что я не стала навязываться и заставлять его ждать, пока я соберусь. Перед тем, как встать он уже сотый раз спросил, как я себя чувствую, и не беспокоит ли меня хоть что-то. И после поцелуя ушел.
А я тоже направилась в ванную, чтоб принять легкий душ и надеть ночную сорочку. Когда я вышла из ванной, в дверь постучали. Я прямо на сорочку надела одно из своих простеньких платьев и поспешила открывать дверь. Но, конечно, как учил Тим, прежде чем открыть я спросила, кто стоит за дверью. Там был Лион.
Он быстро поздоровался и спросил, где Тимир, одновременно высматривая его у меня за спиной.
– Ушел по делу, - ответила я.
– Куда именно ушел? Он мне срочно нужен.- Не свойственным себе нетерпеливым и грубым тоном сказал Лион.
– Зачем? – Я вспомнила плохое настроение Тима, его вопросы про интуицию…В общем, нехорошее предчувствие появилось и у меня.
– Нас дома ждут. Марк сказал, что Тара умирает.
Все что угодно я могла представить, но не то, что Тима позовут домой. Туда, где находятся предавшие его родители, мать, пытавшаяся его отравить.
– Тим в замок Найт не пойдет! Я его не пущу! – Так же, как и он, грубо сказала я Лиону.
– Ты не понимаешь… - Я не позволила ему договорить:
– Все я понимаю! Тим останется здесь. Убирайся в свой замок один!
– Я была настроена серьезно. И не моргающий взгляд Лиона я выдержала, даже не щурясь.
Но дрогнул Лион, он начал уговаривать меня и просить:
– Сафира, пойми, наша сестра умирает. Отпусти Тимира проститься с ней. Она уже давно болела. Мама с папой сказали, что не против, чтоб Тимир попрощался с Тарой. Они не будут мешать. – Я упрямо покачала головой. И Лион уже со злостью добавил.
– Тара хочет видеть Тима! Если ты его не пустишь, он подчинится, не только из-за договора, он не захочет расстраивать тебя сейчас. Но, запомни, он тебя никогда не простит. Если он не увидит Тару, в ее смерти он будет винить тебя.
Я же захлопнула дверь перед носом Лиона.
Пустить мужа в это логово с больными на всю голову родителями? Они же его унизят, расстроят, отравят… Для них он деградант, и его здоровье и чувства ничего не значат… Только бы Лион не дожидался Тима у двери - просила я Бога.
Тим вошел, когда я уже окончательно измучилась. Я сразу поняла, что Лион ему рассказал и о больной сестре, и мои слова пересказал. Тим был сильно расстроен и казался очень уязвимым. Он присел возле моего стула на пол и посмотрел на меня снизу:
– Сафира, Тара моя сестра. – Все, сказанное Лионом, звучало пустым звуком в сравнении с этими словами Тима. Просто их говорил человек, которого я люблю, и боль Тима я ощущала, как свою.
– Можно мне пойти с тобой?
– Только и смогла я спросить. А Тим кивнул и, быстро поднявшись с пола, поднял и меня. Порывисто обнял и поцеловал в висок. А дальше мы вместе вышли из комнаты. Только Тим внес и оставил у порога вещи, за которыми ходил. Когда мы подошли к лестнице, я вспомнила Сафу, и заставила Лиона принести ее из своей комнату. Она, в случае надобности, могла хоть как-то заступиться за Тима. А перед тем, как пройти к порталу, уже в самой портальной комнате, я взяла лист бумаги с полки и написала короткое сообщение дяде, чтоб его сразу отослали в замок Чарх. Я сообщала, что мы с Тимом внезапно собрались в замок к Найтам, и просила его побеспокоиться, чтоб мы выбрались оттуда невредимыми.
58. Тара.
Второй раз посещаю замок Найт. И снова делаю это в компании Тима и Лиона. Только на этот раз на выходе из портала встречали нас не родители Тима, а его старший брат, Марк. Он кивнул Лиону, а Тима крепко обнял и от души похлопал его по спине. Когда Тим, отмахиваясь, выбрался из медвежьих объятий, Марк двумя руками обхватил Тиму лицо. Тим снова попытался освободиться, только Марк на него шикнул:
– Замри! Дай, хоть налюбуюсь на тебя, - грубо добавил Марк.
Тим оттолкнул его руки и, высвободившись, пробурчал:
– Отстань. Раньше любоваться надо было.
Марк рассмеялся, как обычно смеется Лион. И стал очень походить на самого младшего своего брата.
– Раньше, Тимир, ты был просто моим братом, а сейчас ты лорд Чарх. Когда еще я представителя другого рода потискаю? – И сразу посмотрел на меня. А Тим опередив его, задвинул меня за спину, я оттуда помахала Марку рукой. И старший брат Тима в ответ помахал мне рукой и подмигнул:
– Что, ревнивый муж тебе достался? – С сочувствием спросил он.