Чтение онлайн

— Слушай меня внимательно. Я дам тебе один шанс. Всего один. Если ты им не воспользуешься, то ты вечность будешь гореть в этом аду вместе со мной.

Я нашла в себе силы посмотреть на него. Мои затуманенные глаза уткнулись в какой-то нездоровый маниакальный блеск двух льдин. Его тело подрагивало, так же, как и рука, которой он накрыл мою. Ладонь обожгло холодом, но отдёрнуть её не смогла. Опустив глаза, я увидела пистолет.

— Что ты…

— Я снял его с предохранителя. Как пользоваться ты уже знаешь. Помнишь, Мишель? Один шанс, — он отступил на три шага назад. Голос ровный, как тогда, в часы спокойствия и безмятежности в четырёх спасительных стенах нашего уютного мирка. Словно тот ангел на плече подбадривающий и утверждавший, что всё правильно. Так и должно быть. Нужно лишь сделать это. В его глазах не было и капли страха, а на губах играла скупая улыбка. — Давай, малышка. Сделай это. Я не смогу без тебя, а со мной ты пропадёшь. Освободи нас… Освободи себя. Для меня всё уже кончено. Я уже в аду.

Я с ужасом смотрела на мужчину, не веря в реальность происходящего. Словно тот кошмар, от которого невозможно проснуться, а лоб заливает холодный пот. Пистолет в моей руке подрагивал от невыносимой тяжести. Странно. В первый раз он не казался таким тяжёлым. И ночь тогда не была такой чёрной. Словно луна избегала на нас смотреть, оставляя в темноте и ужасе.

Я всё ждала, когда же вернётся тот самодовольный и грубый Роберт, что предстал передо мной на вечеринке у Макса. Тот мужчина знал, чего хочет и брал это. Даже если в ущерб остальным. Для него имели значения только его желания и амбиции. Он был грубым, властным и порой жестоким. Со всеми, только не со мной.

Этот новый человек, который стоял покорно всего в нескольких шагах, пугал меня сильнее, чем тогда, когда я узнала от Александра правду. Но я бы с радостью и благодарностью приняла и эту сторону его многогранной души, если бы он дал мне возможность. Если бы он дал возможность доказать самому себе, что имеет право на искупление.

— Роберт…

— Всё в порядке.

— Я не буду этого делать, — одним движением я откинула пистолет в припорошенную снегом траву. Лицо мужчины исказила гримаса злости и отчаяния. Словно именно сейчас я предала его. Словно он не ожидал от меня такого.

Роберт сильно сжал челюсти и в один широкий шаг сократил расстояние между нами. Нагнулся, подхватил сиротливо лежащий ствол и снова вложил его в мою руку.

— Ты делаешь мне больно! — я с мольбой посмотрела на него, но не заметила и капли сочувствия. Руками он держал мои руку, чтобы я уже не могла разжать её.

— Дьявол! Ты что плохо слышала меня?! Ты ДОЛЖНА это сделать! Глупая наивная дура! — он направил мою руку с зажатым пистолетом себе в грудь. — Пойми же наконец. Со мной тебе не светит «долго и счастливо». Со мной каждый твой день, каждая минута превратится в череду контроля, ревности и жестокости. Ты не заслужила это!

Я закусила губу, сдерживая рыдания и дрожь тела. Истерика, уже готовая прорваться наружу, могла покончить со всем этим. Снятый с предохранителя пистолет, казался ядовитой змеёй, в любой момент грозящей ужалить и отобрать единственного человека в моей никчёмной и пустой без него жизни. Даже дышать было страшно.

— Хоть раз… Хоть раз подумай не о себе, Роберт. Подумай, каково будет мне жить в этом мире, где не будет тебя… Хоть на минуту прости себя. Перестань ненавидеть того ребёнка, что сидит в углу твоей души.

Мужчина рвано выдохнул, удивлённо моргнув серыми глазами. Его руки расслабились, отпуская мои. Словно это я была тем самым ядом в его душе. Моя ладонь с ненавистным мне металлом безвольно опустилась вдоль тела. Казалось, я уже намертво срослась с ним.

— Я готова один единственный день прожить в аду с тобой, Роберт, зная, что завтра умру. Но не готова существовать, не видя твоих глаз, не вдыхая запах, сводящий с ума, и не чувствуя жара твоих объятий.

— Ты не можешь этого хотеть… — он отступил на шаг, всё ещё с недоверием и опаской глядя на меня, словно мы только сейчас познакомились.

— Не тебе решать, что я могу, а чего нет. Я сделала свой выбор. Ты должен сделать свой. Сейчас тебе предстоит самое сложное решение в твоей жизни, Роберт. Ответь мне всего лишь раз. Готов ли ты отпустить своё прошлое? Готов начать строить настоящее? То, что было уже не исправить, но вместе мы постараемся быть лучше друг для друга.

— Понимаешь ли ты, о чём говоришь, Мишель?

Я прикоснулась ладонью к его не бритой несколько дней щеке. Роберт, словно дикий раненый зверь, который на грани приручения, прильнул к ней, прикрыв глаза. Его кожа всё так же полыхала и приятно покалывала. Мы стояли под медленно падающими с неба застывшими крупицами воды, не спеша делать следующий шаг. Два сломленных человека, так яростно нуждающихся друг в друге. Весь его мир был заключён во мне, так же, как и я видела лишь его душу. Настоящую его сущность. Истерзанную многолетним самобичеванием и ненавистью не только ко всему миру, но и к себе. Нам предстоит трудный путь, но, когда есть ради кого жить… ради кого меняться, то этот путь окажется к счастью.

Аккуратным движением, чтобы не спугнуть его, я прильнула к его лихорадочно двигающейся груди. Я не знала, что будет дальше. Пожалею ли я когда-то о принятом решении. Будет ли счастливый конец в нашей истории, но одно я знала точно. Каждый день с этим человеком я хотела прожить, словно последний.

Я почувствовала, как мужчина неуверенно обнял меня обеими руками. Выдохнул горячий воздух из лёгких прямо мне в макушку.

— Придётся тебе терпеть меня всю жизнь, Роберт.

Его объятья становились крепче, при этом тело расслабилось и чуть навалилось на меня. Словно усталость последних дней наконец взяла над ним верх. Словно он только сейчас позволил себе поверить в мои слова. Слова — это всего лишь слова. Они мало что значат. Свои чувства нам предстояло показать на деле, как и то, что каждый достоен счастья.

— Отвези меня домой… — я уткнулась носом ему в шею, уже больше ничего не боясь.

Я, словно Цербер, охраняющий самое ценное сокровище, наблюдал, как МОЮ жену лапает чужой мужик. Из последних сил сдерживался, чтобы не вырвать ему руки по кривые ноги. Давно бы это сделал, если бы Бэмби не держала мою ладонь своей, сильно сдавливая её от волнения. Я был абсолютно спокоен внешне, но она, как всегда, чувствовала мои эмоции. Как будто эта ведьма и впрямь читает мысли.

— А что врачей женщин у вас нет? — я не выдержал, когда очкоглазый докторишка в открытую улыбнулся ей, не стесняясь даже присутствовавшего рядом мужа. Который, надо заметить, был на грани.

— Роберт!

— Вы же просили лучшего доктора. Скажу без лишней скромности, в этом городе я лучший в своей области, — самодовольства ему не занимать. — Если бы вы оторвали свой взгляд от моих рук и перевели его на этот мониторчик, то увидели бы своего малыша.

Я удивлённо последовал его рекомендации. На небольшом экране расплывчатым пятном виднелась какая-то картофелина. Нет. Не какая-то, а моя. Наша картофелина. Повернув голову направо, попытался понять, где расположены ручки, а где голова. Я ждал этот день и боялся его. Даже в ту ночь, когда думал, что потерял моего оленёнка, не испытывал такого страха. Гены у меня не самые лучшие. Я сам ребёнок, родившийся от кровосмешения, мог стать причиной многих болезней и мутаций. Мишель бы не простила мне этого… Я сам бы не простил.

— С ним всё… в порядке? — я задал вопрос, мучивший нас обоих. Моя смелая жена лежала спокойно, ничем не выдавая такого же страха, что засел во мне. Лишь ободряюще переплела наши пальцы.

— С ним? А вы что сына ждали? Тогда боюсь вас расстроить. У вас совершенно здоровенькая дочь. Конечно, позднее мы ещё сделаем пару тестов. Нужно будет…

Голос пожилого доктора превратился в белый шум. Больше я ничего не слышал, лишь разглядывал картофелину, которая иногда смешно дёргала ручками.