Мой любимый демон
Шрифт:
А вот Мэл не могла выкинуть из головы Лиана, его ободряющей улыбки, теплых рук. Только благодаря ему она такая сильная снаружи, но ведь внутри, в душе, живет та самая одиннадцатилетняя девочка, ищущая тепла у обжигающего руки белого пламени. Она слишком наивна, слишком безответственна, и это его заслуга, что на нее еще не вышли остальные ищейки отца. Но к конце то концов, он не будет вечно с ней, ей придется учиться жить без него… Трудно жить без воздуха, но она попробует задержать дыхание на столько, на сколько сможет.
*
Мэл покинула шумную толпу и решила прогуляться по саду. Без цели блуждая по зарослям, она умудрилась забрести в живой лабиринт и заблудиться в нем. Поворот направо, поворот налево, ей было уже все равно куда идти: этой изгороди не было конца и края, даже не допрыгнешь, а попытаешься пролезть насквозь - раздерешь в кровь руки.
Очередной виток привел ее в чувство: в конце виднелся выход. Как ни в чем не бывало, девушка спокойно побрела к нему. И какого же было ее удивление, когда выход зарос “зеленой” стеной, а слева открылся новый коридор.
– Что за… Какого демона?
– ошеломленно произнесла девушка, но завернула на услужливо предоставленную дорожку к выходу, но и тут ее ожидал очередной облом. Когда выход уже в пятый или седьмой раз то зарастал, то открывался, Мэл была готова попробовать дотянуться до связи с Лианом, уж больно ей не нравились эти странности растений. Здесь попахивало магией, даже не так… ВОНЯЛО магией, уж за девять лет жизни бок обок с демоном, она каким-то образом научилась чуть-чуть отличать неестественные вмешательства в ауру природы и всего окружающего. Правда подобное она ощущала редко, к примеру, телепортацию демона ей еще никогда не удавалось засечь.
Внезапно рядом с ней, в нескольких метрах, открылся новый выход, и девушка решила попытать счастье еще раз и ломанулась со всех ног к спасению из этого сумасшествия. Выбежав из лабиринта и попав на открытую полянку в саду, Мэл неверующе оглянулась себе за спину, но не успела она порадоваться и отдышаться, как провалилась под землю.
От серьезных повреждений ее спас какой-то корень, за который она успела вовремя схватиться, лишь руки содрала до крови. Теперь они больно саднили, но такое Мэл могла и стерпеть.
Но тут закон подлости сыграл на совесть, корень затрещал и оборвался у основания, отправляя Мэл в свободное падение, благо до земли оставалось немного, девушка только немного ноги умудрилась отбить. Поднявшись с коленок, осмотрелась. Она находилась в круглом помещении, сверху зияла дыра, сквозь которую внутрь проникал солнечный свет. Вот и приключения, о которых Мэл так мечтала в начале пути.
Стены были выстроены кирпичом, пол покрыт светлым мрамором, на котором красовался огромный черный рисунок - круг с запечатанным в нем четырехугольником с петлеобразными концами и шестиконечной звездой. И главное нигде не было выхода.
Мэл обошла по кругу всю комнату, обстучала все камни на стенах, содрав кожу с костяшек пальцев, но никаких потайных лазеек не обнаружила. Теперь оставалось только звать Лиана.
Девушка легонько дотронулась до капельки горного хрусталя, висевшего у нее на шее на серебряной цепочке, мысленно зовя демона. Прошло пять минут и… ничего не произошло, никто не появился.
“Значит, я слишком далеко от него”, - Мэл сжала кулаки, не замечая боли. Одинокие капельки крови падали на пол, оставляя на нем алые крапинки.
– Замуровали гады!
– в сердцах бросила девушка.
Глава 7
Тихо, спокойно, некуда спешить, просто не к кому…
По шелковому полотну голубого неба лениво плыли кучевые облака, нежные, воздушные, словно взбитые сливки. Вот одинокая птица стремительно пролетела над землей, кидая крошечную тень, поднимаясь все выше и выше. Ей некуда спешить, не к кому лететь. Она свободна от предрассудков, ото лжи, в которой все погрязли.
Иногда только боль заставляет посмотреть на мир другими глазами, и пусть затуманенными острой, разрывающей агонией. Но боль сама не приходит, кто-то жестоко срывает с нас вуаль прекрасной иллюзии, подставляя под ослепляющий свет. И тогда слезы катятся по щекам от осознания всего…
Мэл тяжело вздохнула и положила под голову руки, продолжая смотреть в небо через дыру в потолке ее временной тюрьмы. Девушка час билась с действительностью, пытаясь как-то выбраться наружу, но докричаться до кого-то не получалось - толи ее не слышали, толи не хотели слышать, - как и залезть наверх. Она окончательно содрала кожу с костяшек пальцев, когда после очередной тщетной попытки взобраться на почти гладкую стену по стыкам между кирпичом, потерпела поражение и со всей силы ударила по камню кулаком. Поврежденный участок кожи кровоточил и саднил, но даже пожаловаться было некому, а собственное бестолковое бормотание в тишину быстро надоело.
В любом случае еще теплилась надежда, что Габриель хватится ее и пойдет искать: не одному же ему возвращаться домой, отец сотрет его в порошок если и не за нее, то за не выполнение задания точно.
Еще до этого она предупредила своих спутников, что прогуляется по хозяйскому саду, теперь оставалось только ждать… Ну что ж, терпением ее природа не обделила.
Рядом, будто над ухом, послышалось тихое шипение. Мэл окинула взглядом всю комнату, но ничего постороннего не заметила, встав, она подошла к одной из стен и прильнула к ней ухом. Шипение только стало более отчетливым, внезапно с той стороны послышались шаги, гулкий стук каблуков по камню резонировал от стен, но и они стихли. С минуту вязкая тишина медленно наступала со всех сторон, неожиданно в стену что-то ударило с такой силой, что с потолка посыпалась мелкая крошка. Мэл резко отпрянула назад, били точно в то место, где стояла она.
– Мэл?! ОМЕЛЛА! Хватит прятаться, что за детские игры?!
– просто истошно вопили наверху.
– Если ты сейчас же не появишься, я тебе обещаю: собственноручно выпорю…
Девушка ласточкой подскочила к просвету.
– Габи, я здесь!
– выкрикнула Омелла, с души как камень свалился, правда там еще осталась могильная плита, но всему свое время.
В проеме над головой, появилась чья-то голова, закрывая собой солнечный свет.
– Что ты там делаешь?
– поинтересовались сверху.
– Блин, загораю. А что, не видно?
– огрызнулась девушка.
– Габи, вытащи меня отсюда.
Молчание отсчитало пару секунд времени, неумолимо продолжающего свое движение.
– Что за сомнения?
– праведно возмутилась Мэл.
– А что мне за это будет?
– вкрадчиво поинтересовался Габриель.
– Голова у тебя на плечах будет. Ты ведь знаешь: с меня не убудет… Знай, моя смерть будет на твоей совести.
– Были бы мои нервы на твоей совести, ты бы даже не знала, что это такое, - лениво протянул юноша.