Чтение онлайн

– Ну что, поиграем,.. учитель?
– а в голове только одна мысль: “Не позволю вам до НЕЁ добраться!”

*

Мэл медленно, неторопливо поднялась с земли, не спуская глаз с Габриеля. В каждом движении сквозило напряжение. Рядом все также жевал траву Тайфун, где-то невдалеке различалась фигура Сэри, стоящего с поводьями лошадей, он нерешительно переминался с ноги на ногу и следил за девушкой с парнем. Омелла молчала, ей нечего было говорить, все уже было сказано еще тогда, у конюшни. А какой смысл теперь портить воздух?

– Мэл, прости меня. Я был не в себе, - попытался наладить беседу юноша.

– Не в себе?
– усмехнулась Мэл, волна злости затопила сознание.
– Да тебе лечиться надо! Если бы я не вырвалась, не известно, что ты со мной сделал бы.
– Габриель сделал шаг в ее сторону, но девушка рьяно отреагировала на такое.
– Не подходи ко мне!

– Мэл, давай поговорим.

– Ты уже все высказал тогда, и о своем недоверии, и о своем отношении ко мне.

– Позволь мне хотя бы объясниться, - его голос был тихим и спокойным, будто все краски, тональности ушли из него.
– Ты сама говорила, что даешь людям второй шанс. Так дай его и мне.

– Ты не человек!

Глава 8

Тихо шелестела высокая трава, тоненькие стебельки клонились к земле, но выдерживали порывы игривого ветра. В небе в лучах яркого солнца простирала крылья птица, разрывая пространство и тишину своим криком. И как-то гармонично вписывались в этот пейзаж две фигуры, напряженно застывшие друг напротив друга. Расслабленные плечи, опущенные вдоль гибкого тела руки, и обреченный взгляд в пустоту. Мужчина будто готовился принять поражение, кару богов, и он не будет сопротивляться: это была его ошибка, недопустимая и, увы, уже непоправимая. Если бы он только мог… Да что там? Об этом стоило думать раньше, а теперь…

Здесь и сейчас только эти мягкие просящие карие глаза существовали для Мэл. И гладя в них, погружаясь в глубину, она все равно не собиралась оставлять все так, нерешенным. Ей некуда бежать, да и смысла нет. Пришло время кое-что узнать, а кое-что и самой разъяснить, придется…

– Ты не человек!
– подхватил слова ветер, проскользнув между этими двоими. И вновь тишина, будто палач, исполняет приговор.

– Мэл… - Габи понимал всю бессмысленность сказанного им, ничто не заставит забыть ее ту сцену. Но если она не хочет его даже слушать, ему придется заставить ее.
– Я всего лишь прошу выслушать меня… А потом ты решишь, простить меня или нет.

– Ты прекрасно знаешь, - Мэл прищурила бирюзовые глаза и скрестила руки на груди, в одной из косичек смешно запутался колосок.
– Что я не забываяю оскорбления, брошенные даже невзначай. Ты же… - она резко оборвала себя и уже спокойно продолжила: - Я слушаю.

Габриель чуть приободрился: дело сдвинулось с мертвой точки, осталось только объясниться. До молитвы о прощении он все равно никогда не опустится, но сейчас он просто не хочет, чтобы между ними были недомолвки.

– Мэл, ты знаешь меня с детства, знаешь меня и мой характер. В запале я могу много наговорить. Я право слово не хотел тебя оскорбить. Но подумай сама… что я мог в первую очередь подумать, увидев тебя после близкого знакомства с наемниками?

– Что я хотела тебе помочь, - голос оставался спокойным, но в нем замешалась горечь и просто детская обида.

– Особенно после нашего последнего разговора, - зло усмехнулся Габриель.
– Честно? Мне было легче поверить, что это ты наняла их… Я до сих пор не могу понять, как мне удалось так легко отделаться. Трое из гильдии убийц - это смертельный приговор без возможности что-то изменить.

– Ты ранен?
– девушка вздернула левую бровь, только сейчас Мэл заметила, что белоснежная рубашка на юноше окрасилась в красный на правом плече.

– Пустяки, - мотнул головой Габриель и взъерошил волосы на голове.
– Они профессионально выполняли приказ: внезапно напали - я даже не заметил их, - не теряли время на разговоры, слаженно работали группой - все выдавало в них одних из лучших в своей области. Я работал не просто на пределе, я полностью отключил сознание, для меня существовала только цель и одни инстинкты, почти звериные. Когда захочешь жить, и не так вывернешься, - нотки иронии и усталости еле различались, но были такими явными для нее, той, что с детства жила с ним в одном доме.
– Знаешь… Я ничего не видел вокруг, в ушах постоянно стоял какой-то гул, и эти слова: “Убей! Уничтожь! Живи!”.

– Они… мертвы?
– голос Мэл дрогнул. Она еще ни разу в своей жизни никого не убивала, Габи же было не в новинку раз и навсегда стирать все упоминания о своих врагах.

– Наемники?
– уточнил юноша и в который раз удивился ее отношению к людям.
– Нет, они живы, я сдал их полиции. Приеду и во всем разберусь, пока пусть отдохнут и морально и физически.

– С каких это ты пор печешься о здоровье преступников?
– Мэл с неприкрытым облегчение выдохнула и чуть напряженно улыбнулась. Ее слова так и сочились сарказмом.

– Пусть порадуются последним спокойным минуткам, потом я им этого не позволю.

– Ты ничуть не изменился, - на секунду прикрыла глаза девушка. Тайфун толкнул ее в спину, и Мэл почесала его за ушком. Одобрительное фырканье было ей в благодарность.

– Мэл, тогда… я просто сорвался, а ты попала под горячую руку. Знаю, это меня не оправдывает, но я говорю правду. Лишь тебе решать, что с ней теперь делать.

– Еще тогда, в детстве, наши пути разошлись. Ты пошел по стопам отца, а я… - Мэл отвела взгляд.
– Я выбрала свой путь, пусть и ненормальный, безрассудный, но он мой. Я никогда не просила отца ввести меня в Департамент: это слишком монотонная работа, мне важно лишь, чтобы он признал меня как личность, а не только собственную наследницу. Ты в этом плане переплюнул меня. И знаешь почему?
– она резко вскинула голову, впиваясь взглядом в карие глаза.
– Потому что ты мужчина!

– Ты что, предлагаешь мне изменить пол?
– ошалело произнес Габи.

– Да нет, - рассмеялась Мэл.
– Меня просто убивает сам факт. ОН считает мужчин более ответственными, организованными, решительными - ну, ладно, с последним так уж и быть соглашусь. Но это же устаревшие, допотопные устои общества, а он им следует, вот что самое обидное. В каком-то плане я всегда тебе завидовала: тебе не приходилось доказывать ему что-то, ты просто выполнял его поручения. Но в то же время мне так было жалко тебя: чужая судьба, чужая жизнь, которую выбрал НЕ ты…

Габриель не смел что-либо произнести сейчас. Ее слова звучали, будто какое-то заклинание, достигая его сердца: все, что она говорит - правда, которую он так долго не хотел принимать, но уже поздно что-то менять, поздно поворачивать назад. Он слишком привык к такому образу жизни, к каждодневной работе, занятиям, тренировкам, холодным глазам маркиза… В тот день он дал клятву, он никогда не сможет предать этого человека.

– Вот она - правда, Габи, сможешь ли ТЫ принять ее?
– Мэл чуть наклонила на бок голову, пытаясь разгадать эмоции на лице юноши.
– Ты лишь марионетка в его руках, впрочем как и я. Но если Я не смогу оборвать эти призрачные нити, за меня это сделает кое-кто… А у тебя есть такая возможность? Нет, не так, захочешь ты оборвать их? Право выбора - это лишь иллюзия, его нет. То, что сегодня произошло лишь единичный случай. Признаюсь, ты меня напугал до полусмерти, но это было и прошло. Я же тебе говорю о том, что происходит на не протяжении нескольких месяцев, а нескольких лет, - Мэл замолчала, стоило узнать иное мнение.
– Габи? Не молчи. Все слишком серьезно, чтобы отмахиваться и в дальнейшем, все слишком далеко зашло…