Чтение онлайн

«Умереть», подумал он. Из-за того, что он сделал в той кухне.

— Поэтому я…

Он поднял руку, останавливая ее, затем быстро написал. Когда он показал ей написанное, она нахмурилась, а затем покачала головой.

— О, ну конечно же ты не стал бы этого делать, если бы знал, что я была там. Но ты не знал. И ты ничего не мог с этим поделать. Поверь мне, я последний человек, перед которым тебе стоит извиняться за то, что безжалостно расправился с одним из тех ублюдков.

Верно, но он все еще покрывался холодным потом, от одной только мысли, что случайно мог ее потерять.

Она сделала еще один долгий вздох.

— Так или иначе, после твоего ухода стало очевидно, что барьер ослабевает, и когда мне удалось ударить кулаком в окно, я поняла, что должна нанести удар. — Она подняла руку и посмотрела на костяшки своих пальцев. — В конце концов, я сбежала через дверь, полагая, что придется столкнуться с еще большей силой, работающей против меня, и оказалась права. — Хекс, морщась, поерзала на кровати. — Думаю, что именно тогда я и заработала внутренний разрыв. Мне так сильно хотелось вырваться — это было, словно протаскивать свое тело сквозь бетон с цельной конструкцией. Я ударилась о стену коридора с такой силой, с какой только возможно.

Заманчиво думать, что синяки, которые он видел на ее коже, были только результатом ее побега. Но зная Лэша. Он достаточное количество раз смотрел в жестокое лицо парня, чтобы быть абсолютно уверенным в том, что большинство из них она получила от рук врага.

— Вот почему мне потребовалась операция.

Когда она сказала это, ее голос был четким. Вот только старательно избегала смотреть в его глаза.

Джон перевернул новую страницу, написал шесть заглавных букв и поставил вопросительный знак. Когда он повернул блокнот, она едва взглянула на «ПРАВДА?»

Она отвела свой металлически-серый взгляд и сосредоточилась на дальнем углу комнаты.

— Это могла быть травма, полученная от борьбы с ним. Но у меня не было внутреннего кровотечения, пока я оттуда не выбралась, поэтому… решай сам.

Джон выдохнул, подумав о тех исцарапанных и покрытых пятнами стенах, которые он видел в той комнате. То, что он написал следующим, причинило ему боль.

Когда она посмотрела на то, что он написал на странице, ее лицо напряглось и стало безликим. Словно он смотрел на незнакомку.

Он посмотрел на свои слова: «Насколько плохо все было?»

Он подумал о том, что не должен был спрашивать об этом. Он видел состояние, в котором она находилась. Слышал крики в операционной и стоял прямо перед ней, когда у нее случился нервный срыв. Что еще нужно было ему знать?

Он начал писать: «Прости», когда она тихо заговорила.

— Все… в порядке. Я имею в виду…

Его глаза сосредоточились на ее профиле, желая, чтобы она продолжала.

Она прочистила горло.

— Я не обманываю себя. Не преследую никакой цели. Мне было довольно ясно, что если я оттуда не выберусь, то скоро умру. — Она медленно покачала головой на белой подушке. — Я действительно становилась все слабее из-за недостатка крови и постоянной борьбы. Дело в том, что в действительности, я смирилась с участью, что умру. И я до сих пор с этим согласна. Смерть — только процесс, хотя обычно, довольно болезненный. На котором все заканчивается, как только все будет кончено. С тобой все в порядке, потому что ты больше не существуешь и вся эта тягомотина уже закончилась.

По понятным причинам, факт того, что она так пресытилась жизнью, встревожил его, и ему пришлось поерзать на маленьком стуле, чтобы удержать себя и не начать расхаживать.

— Было ли это ужасно? — пробормотала она. — Я по натуре боец. Поэтому, в какой-то степени это не было чем-то особенным. Ничего, с чем бы я не справилась. Я имею в виду — я крепкая. В клинике я сорвалась, только потому, что ненавижу все это медицинское фуфло, а не из-за Лэша.

«Дело в ее прошлом», подумал он.

— Хочу сказать. — Ее взгляд вернулся к нему, и он на самом деле вздрогнул от огня в ее глазах. — Насколько плохо? Что может быть такого, чтобы следующие три недели стали просто невыносимыми? Если я не убью его. Вот это будет для меня невыносимым.

Связанный мужчина в нем сел и зарычал, задаваясь вопросом, понимала ли она, что он не позволил бы ей прикончить этого ублюдка. Мужчины защищали женщин. Это универсальный закон, если у тебя есть член с яйцами.

Плюс ее идея находиться хотя бы близко от него просто не укладывалась у Джона в голове. Лэш уже однажды похитил ее. Что, если он снова заберет ее в эту замаскированную херню.

У них не представится второго шанса ее вернуть. Ни коим образом.

— Итак, — сказала она. — Я раскрылась тебе. Теперь твоя очередь.

«Верно. Ладно».

Теперь он был тем, кто смотрел в дальний угол. Иисус Христос. С чего начать.

Он перевернул новую страницу в своем блокноте, опустил Bic стержнем вниз и…

Ничего не мог из себя выдавить. Проблема состояла в том, что пришлось бы слишком много написать, слишком много рассказывать ей и это дерьмо удручало его.

Резкий стук заставил их головы повернуться.

— Черт, — выругалась она себе под нос. — Одну минуту!

Тот факт, что кто-то ожидал встречи с той стороны двери, не улучшил его настроения. Это, а также коммуникационный барьер и его внутренне скрытые наклонности вызвали гул в его голове.

— Тот, кто стоит за той дверью, может простоять там хоть всю ночь и весь день напролет, насколько я могу судить. — Она расправила одеяло на животе. — Я хочу услышать, твою историю.

Забавно, что именно это вывело его из ступора, и он быстро написал.

«Легче будет тебе показать».

Ее брови сошлись вместе, когда она прочитала, а затем Хекс кивнула.

— Ладно. Когда?

«Завтра ночью. Если тебе позволят выходить».

— Значит свидание. — Она подняла руку… и положила ему на предплечье. — Я хочу, чтобы ты знал…

Стук, прервавший ее, заставил их обоих выругаться.

— Дай нам одну минуту! — рявкнула она прежде, чем снова сосредоточилась на нем. — Я хочу, чтобы ты знал… что можешь мне доверять.