Чтение онлайн

Если Соболев что-то себе втемяшил в голову, то противостоять ему невозможно. Упертый десантник с задатками домашнего тирана.

Злюсь, но поднимаюсь, скидываю ночную рубашку и послушно натягиваю выданные мне носки, трусы, легинсы и толстовку.

— Пойдем, — говорит он тихо, щелкая выключателем.

— Соболев, — шиплю недовольно. — Это ты встал с кровати, одежду натянул и уже красивенький, а мне надо как минимум консилер под глаза нанести и волосы расчесать.

Ваня снова включает свет и пристально смотрит на моё лицо. Цокает, склоняя голову.

— Не подумал. И правда надо, малыш, — со смешком выговаривает.

— Да иди ты, — впервые за несколько дней улыбаюсь.

Быстро собираюсь.

Во Дворце Культуры как обычно много людей. В большом зале Роб встречает меня аплодисментами и вежливо просит подняться на сцену. Многие из участниц приветливо машут и интересуются, как дела, а некоторые — недовольно закатывают глаза.

Я походкой от бедра занимаю свое законное место в центре, и принимаю исходное положение. Ваня, лениво вытащив ладонь из кармана брюк, обменивается с Робертом рукопожатием и усаживается рядом с ним. Спелись, короче…

Под светом софитов, частично направленных со сцены в зал, мой жених выглядит уставшим, но всю репетицию не сводит с меня горящих глаз, подбадривая одним своим присутствием, а в перерыве покупает в буфете чай.

На победу у меня и правда неплохие шансы.

Пока повторяю проходки и движения из общего танцевального номера, внутри снова зарождается знакомый мандраж. Тело откликается и вспоминает каждую связку.

Ругаю себя. Борюсь с привычной апатией.

Конкурс совсем скоро. Я так долго к этому шла. Неужели ссора с мамой заставит меня отказаться от своей цели?

Это и ссорой-то не назвать.

Мама просто наорала на меня в присутствии Соболевых. Обвинила в том, что в ситуации с захоронением папы виновата только я и все, что я ей рассказала про Адель и Софью неправда. Просто не может быть правдой.

Мы обе плакали навзрыд.

Яна Альбертовна хотела успокоить, но в итоге Ваня жестко пресек дальнейшие мамины попытки меня обидеть и увез домой.

— А может и неплохой этот мужик, твой Соболев, — задумчиво произносит Дик, когда Ваня отлучается для того, чтобы поговорить по телефону.

— Самый лучший, — с гордостью произношу.

После изнуряющей репетиции, действующей на меня как транквилизатор, мы едем домой.

«Домой» — я постоянно повторяю. Как мантру. Раз за разом перекатываю на языке эти буквы. Сладкие и приятные.

Ваня. Мой Ваня.

Дом. Семья. Любовь…

У нас обязательно будет любовь. Я так чувствую.

Вернувшись в квартиру, Ваня отправляется в ванную комнату первым, а я быстро убираюсь на кухне и, выкинув еду в контейнерах из доставок, которой мы питались последние дни, быстро готовлю незамысловатый ужин — зеленый салат и красную рыбу, томленую на слабом огне. Накрываю стол, извлекая из шкафа красивые тарелки и салфетки.

Зажигаю ароматические свечи.

Затем быстро освежаюсь в душе, и мы впервые за последнюю неделю проводим время вместе. Я спрашиваю у Вани как дела на работе, он долго рассказывает особенности нового заказа и то, как они смогли выпутаться из ситуации с ремонтом заправок Богдана Анатольевича.

Я восхищаюсь их находчивостью.

Они с Миром нашли недостающие материалы, на которые поставщик задрал стоимость, в соседнем регионе, и выкупили их по первоначальной цене. В итоге парни ушли в минус только на стоимость доставки двадцатитонной машиной. Папа Ваню похвалил, и я тоже.

После ужина я мою посуду, а Соболев курит в приоткрытое окошко. Взявшись за руки, мы отправляемся в спальню. Пульс сбоит, когда он приближается сзади и, сдвигая воротник шелкового халата, нежно целует меня в шею.

— Спать будем? — привычно спрашивает.

— Не знаю, — слабо смеюсь. — А ты хочешь спать, Вань?

— Ну ё-моё, — отвечает десантник. — А ты как думаешь?

Разместив руки на моей талии, он вжимается в ягодицы твердым пахом, и я не сдерживаю вскрика.

— Думаю, что я соскучилась по тебе, Вань, — разворачиваюсь, сгребая широкие плечи в объятия.

— Ну ни хрена себе, — светлые брови приподнимаются. — Лучшая новость за неделю.

Он тянет завязки и избавляется от халата. Опять обнимает. Всем телом обволакивает. Тремся друг об друга, наслаждаясь ощущениями.

— Да, соскучилась, Ванечка, — шепчу ему на ухо и прикусываю мочку. — Вот только осталась одна проблемка...

— И где ты их находишь, малыш? — с досадой тянет.

Смеюсь, откидывая голову. Скачущие блики от люстры застилают глаза.

Ваня щетиной царапает мою шею, целует жадно кожу. Ощущения забытые, но такие приятные, что мои бедра непроизвольно сжимаются.

— Говори, пока я в состоянии решать очередные твои проблемы, — хрипло выговаривает.

Его тело дрожит и вибрирует. Он максимально возбужден. Не знаю, как эти недели Ваня справлялся, но ни разу не потребовал, чтобы мы занялись сексом. Терпения и правда ему не занимать.

— Ну…

Кокетливо перебираю короткие, жесткие волосы на затылке.

— Это очень бо-о-ольшая проблема, — шепчу.

— Больше, чем эта?

Оба снижаем взгляды туда, где топорщится домашнее трико.

— Больше этой не бывает, Ванечка, — произношу с восторгом в голосе.

— Пф-ф…

Прохожусь пальчиками по твердым мышцам на груди, оглаживаю выделяющийся пресс. Член явно увеличивается в размерах, хотя, казалось бы, куда еще?