Чтение онлайн

Может я решил дать ей один шанс, а может я долбанный извращенец из тех, что обманываться рады, не знаю, но я поперся на поиски Аглаи.

Нашлась она на балконе собственной спальни. Сидела в плетеном кресле и смотрела куда-то вдаль. Разглядывала не пейзаж, а одну ей известную реальность. Я обогнул кресло, облокотился на перила и закурил. Ситуация – дерьмо, самое первосортное. Какого-то хрена вспомнил, как мы пили с ней чай на этом балконе, как она методично подводила меня к сделке и всё встало на свои места. Я глубоко затянулся, выпустил дым и, не поворачиваясь к ней, все же спросил:

— Ты действительно появилась в нашем доме из-за комбината?

— Да, — ответила она. Просто и равнодушно.

Я почувствовал, как заходили желваки и поймал себя на мысли, что ждал очередного обмана. Скажи она иную правду, поверил бы, идиот. Конечно, иллюзий я не питал и прекрасно понимал зачем она спит со мной, но озвученный вслух цинизм ранил. Бил под дых.

На деле Аглая бездушна и расчетлива, а ради выгоды станет кем угодно. Хочешь - хрупкой и нежной, хочешь - страстной и горячей, какой пожелаешь. Она, как грациозный прекрасный лебедь, которым лучше любоваться издалека. С виду безобидная, величавая птица, но подплывать близко не смей – заклюет, утопит. Я горько усмехнулся, отшвырнул щелчком сигарету и повернулся:

— Где заключение о смерти отца?

— В сейфе.

И вновь равнодушно, ни один мускул на лице не дрогнул. Смотрит сквозь меня, пустое я для нее место, помеха справа. В глазах тоска, почти «обогнала меня на повороте» и вот – незадача. Чертов Юма, потрясший исподним, когда она была так близка к цели. Ведь я почти готов был отдать ей «СМК».

— Код скажешь? — не рассчитывая всерьез спросил я.

Она выпалила мне цифры, поднялась и ушла в комнату, оттуда уже скрылась в ванной. Я двинул вниз, на ходу повторяя код и борясь с искушением ничего не перевернуть в её спальне.

Морг оказался приземистым, одноэтажным зданием при первой городской больнице. Я толкнул новую, металлическую дверь и оказался в небольшом тамбуре. Отсюда в холл вели пластиковые двери с остеклением. Распахнул, в нос ударил резкий, специфический запах. Узкий холл, коридор даже, несколько дверей и плакаты на стенах, активность нулевая. «Тишина, как в морге», – усмехнулся я. Сунулся в ближайшую дверь – заперто. За следующий обнаружилась девушка, чаевничавшая за нагруженным столом. Кафельные стены, шкаф, заваленный склянками, пара столов и никаких тебе каталок с трупами, что откровенно порадовало.

— Здравствуйте, — кивнул я. Девушка кивнула в ответ, отставила чашку и поднялась:

— Как вы сюда попали?

— Через дверь, — указал я себе за спину и доброжелательно улыбнулся.

Сотрудница беззвучно выругалась, но произнесенное слово отчетливо читалось по губам. Костюм на ней беленький, брючки и форменная куртка, да и сама она симпатичная, никак не хотела вязаться с подобным местом. Я даже засомневался туда ли попал. Но мимолетного взгляда на стойку, с висящим на ней огромным резиновым фартуком, хватило, чтобы понять – туда. Именно сотруднику морга может принадлежать такой фартук, ну или мяснику. Девушка поправила одноразовую синюю шапочку на голове и двинула меня.

— Мы закрыты. Идемте, провожу вас.

Сопротивляться я не стал и позволил выставить меня в коридор, но как только мы оказались в нем, я протянул ей заключение:

 — Мне нужен человек проводивший данное вскрытие.

В руки девушка его брать не стала, попросила меня развернуть и глянула, как только я поднес его ближе.

— Миронов, — хмыкнула она. — Завтра приходите и успевайте до восемнадцати, а лучше раньше, может свалить, не дожидаясь окончания смены. Особа он у нас приближенная к императору, — пошутила она, — дежурства не берет, приходит – уходит, когда заблагорассудится.

— А может вы мне его телефончик дадите?

— Приходите завтра, мужчина, — наступала она, оттесняя меня к выходу. Обогнула, распахнула пластиковую дверь, предлагая мне выйти наружу. Я приложил руку к груди и выдохнул:

— Он мне очень нужен, понимаете.

— Понимаю, прекрасно понимаю, — заверила она и отрезала: — А мне работать нужно.

У меня зазвонил телефон, я сбросил вызов, не вынимая тот из кармана, подумывая предложить девушке деньги, в этот момент из глубины коридора вырулил мужчина. По виду сотрудник сего заведения, причем не совсем трезвый, чтобы понять сей факт, достаточно было мимолетного взгляда.

— Выходим, молодой человек, — строго приказала мне девушка, повернулась к мужику и возмутилась: — Василий Иваныч, опять дверь не закрыли!

— Машину жду, Люсенька, машину, — попробовал оправдаться тот. — Аварийных сейчас привезут.

— А звонок нам зачем?! — рявкнула она и показала мне жестом – на выход.

Мне ничего не оставалось, как послушаться. Уходя, я слышал, как с виду милая «Люсенька», отчитывает этого прибухнувшего на рабочем месте «Чапаева».

Я отошел в сторонку и закурил, решив дождаться машину и попытать счастья с «Чапаем». Этот наверняка деньгам возрадуется, и не только телефоном поделится, а ещё и адресок черкнет при возможности.

Так и оказалось, с той лишь разницей, что в дверях возник Василий Иванович, не дожидаясь машины. Купюра стремительно перекочевала в его карман, а я стал обладателем заветных цифр. Но радовался недолго: встречаться со мной Миронов наотрез отказался, сославшись на занятость, и неожиданно прервал разговор. А когда я набрал повторно, тупо скинул мой вызов. Ничего не поделаешь, придется терпеть до завтра, пришел я к выводу и набрал Тимоху Мальцева, которого проигнорировал сам, пока добивался расположения грозной Люси.

— О-о… — радостно пропел он и без перехода гаркнул: — Ты где?

— В морге, — зачем-то ляпнул я.

— Это че, клубешник новый? Не слышал о таком…

— Это морг, Тимоха, обычный городской морг.

— Не понял, — буркнул он и усмехнулся: — Ты дебил что ли, че ты там делаешь? Короче, проехали. Я вернулся, предлагаю забуриться в клуб и хорошенько бухнуть. Я два месяца, как на каторге, бля!

— Какой клуб, они закрыты все, — напомнил я, на что Мальцев фыркнул:

— Я тя умоляю, мы тебе не в Америке. Короче, сейчас адресок кину, подваливай, давай. Оттопыримся по полной.

Оттопыримся, так оттопыримся. Пожалуй, это именно то, что мне сейчас нужно.

Просыпаться упорно не хотелось, но ужас, творившийся во рту, гнал в ванную. Требовалось почистить зубы и прополоскать рот, желательно с мылом. Плоскость, на которой брошено мое тело, (именно тело, человеком этот кусок говна, что я из себя представлял сейчас, можно назвать с большой натяжкой) была подозрительно узкой и чужеродной. Затекшие конечности отзывались ломотой в каждой мышце. Я разлепил веки, взгляд уткнулся в желтоватый плюш, служивший обивкой дивану. В нашем доме подобного дивана не имелось, даже в комнатах для гостей похожего чудовища не припомню.