Чтение онлайн

Хихикая, я прошла в дверь, которую передо мной открыли.

Выходить, честно говоря, не хотелось. Я была смущена как юная девушка. Да что там - я после своего первого раза так смущена не была. Может потому, что таких эмоций не испытывала?.. Такой жажды обладать... Отдать себя.

Оставалось только вздохнуть - почему же такого мужчины в моей жизни раньше не было? И озадачиться - что теперь делать с таким мужчиной?.. И с собой заодно...

– Ника, - раздался осторожный стук.
– Выходи. Ванна не отапливается, ты простынешь.

– Хорошо, милорд, - ответила я, отворяя дверь.

И наткнулась на обиженный взгляд черных глаз.

– Ни-и-и-ка, - протянул он.
– Ты мне еще кланяться начни.

– Я вообще не знаю, как мне себя вести, мило...

Он заставил меня замолчать, впившись в губы каким-то злым поцелуем. Потом, оторвавшись, долго смотрел мне в глаза.

– Мне страшно тебя оставить, - проговорил наконец.
– Вдруг я выйду - а тебя уже и след простыл?

– Я останусь, - пообещала.

– Сейчас вернусь.

Милорд Верд удалился в ванную, зашумела вода. А я стояла, обомлев, потому что разглядела его спину.

Через всю левую сторону змеился шрам. Он начинался где-то под волосами на шее - может, поэтому мужчина носил их длинными, шел через лопатку и заканчивался в районе поясницы. Я вздрогнула. С учетом их медицины... Если вспомнить то, что на мне и следа после избиения не осталось... Как же он выжил, бедный?

Я вздрогнула от звука открывающейся двери.

– Ты чего стоишь босиком на холодном полу?
– недовольно буркнул мужчина, подхватывая меня на руки.

– Милорд, я...

– Да почему ж не по имени!
– раздражения в голосе прибавилось.
– И вот зачем так... Ты специально заставляешь чувствовать себя каким-то насильником, который тебя принудил?..
– снова завелся мужчина.

Тут его целовать начала я. Позволила рукам скользнуть по его спине, погладила напряженные мышцы, шрам. Потом взъерошила волосы на затылке, прижалась к нему сильнее. И сказала очень-очень тихо:

– Я не знаю, как себя вести. И как себя чувствовать. Но это все... так чудесно, что это меня пугает.

Он тяжело вздохнул - и понес в постель. Навис надо мной, хрипло прошептал:

– Ты замерзла совсем.

Я потянулась ему навстречу, желая опять забыть обо всем... Чтобы мир сузился до метания наших тел по простыням... И мужчина дал мне это. И даже больше. Но в последний момент, когда я совсем обезумела, он приказал:

– Ричард. Для тебя я - Ричард.

И замер.

– Не смей, - обиженно закричала я.

– Назови по имени.

И я сдалась.

– Ричард, - застонала я.

Он зарычал - и обрушился на меня девятым валом, сметающим все на своем пути.

– ..Мой дар чувствовать людей. Моя магия. Это, конечно, очень удобно для службы, - он легонько гладил меня по плечу. И рассказывал.
– Удобно, когда знаешь, лгут тебе или нет. Как на самом деле допрашиваемый относится к предмету разговора... Предал ли тебя подчиненный или нет. Но в личной жизни... Это пытка. Ты чувствуешь - как потряхивает от любопытства или отвращения женщину, которая вынуждена проявлять к тебе интерес. Или ты буквально читаешь мысли о том, что она потребует за ночь с тобой... Это отвратительно.

– А что ты прочитал во мне, когда увидел?
– я потянулась и погладила его по щеке. Он поймал мою ладошку и прижался к ней губами.

– Сначала сочувствие. Потом насмешку... Причем не ядовитую - как в моей обычной жизни - а легкую, почти невесомую. Не оскорбительную. Словно у тебя были проблемы, а я тебя повеселил...

– Ты, правда, был забавен со своими страданиями о вкусной и здоровой пище.

– Мне это показалось настолько необычным... Я как-то не привык, что меня жалеют... И забавляются за мой счет. А потом от тебя повеяло желанием. Ай, чего ты кусаешься?!

– Конечно, кусаюсь. А ты говоришь про приличную женщину такие неприличные вещи! Не может быть, чтобы я...сразу... Разве что с эстетической точки зрения.

– Хорошо-хорошо! С эстетической... Но это было желание, смешанное с сожалением: как хорошо, если бы... Но... Что-то такое.

– А что ты хотел? Такой экземпляр. А плечи! Такой разворот... И глаза, в которых хотелось утонуть... Ай, а ты чего кусаешься?

– Значит, какой бы широкоплечий мужчина не оказался на моем месте, ты бы подумала то же самое?

– С эстетической точки зрения? Не знаю, не знаю...
– сделала я серьезное лицо. Потом не выдержала - и рассмеялась.

– Я ощутил, что ты понятия не имеешь, кто я такой, - тихо проговорил Ричард.
– Просто оценила как мужчину. Это было не привычно. И безумно приятно...

– И ведь правильно же оценила, - тихонько заметила я, рассмеялась - и потянулась к его губам за поцелуем.

– А уж когда ты выпила мой гномий самогон - и буквально проломилась в мои мысли, размышляя о том, насколько я привлекателен... До такой степени, что ты удрала к себе.

– Что?

Он все-таки увернулся - и покусать его не удалось - я только хищно щелкала зубами - а этот невозможный мужчина хохотал.

– Кстати, мне понравились твои размышления на тему "пьяная женщина - доступная женщина".

– Значит, это я с тобой беседовала? Тогда, ночью?!

– Именно. И только я собрался пробраться к тебе в спальню - как понял, что ты заснула. Какой удар по моему самолюбию!

Я одновременно и хохотала, и пыхтела недовольно.

– А потом ты все время проверяла мою выдержку. Ты на камне. И ягоды... А встреча ночью у камина, - голос у него стал хриплым.
– И я... практически терял рассудок. Ника, но я же чувствовал, что ты хочешь того же. Так почему? Ты уходила, убегала от меня?

– Потому что... Может, это было правильнее всего, - пробормотала я.

– Нет, неправильно, - навис он надо мной .
– Это было жестоко. Я сходил с ума. А сегодня... точнее, вчера... Я сошел с ума окончательно.

– И не ты один, - едва слышно прошептала я.

– Ника, ответь мне честно, я должен знать. Ты мучаешься оттого, что поддалась страсти и теперь изменяешь мужу?

– При чем здесь Виктор?
– удивленно посмотрела я на милорда Верда.
– Мы развелись, когда Паше было два года. Это было двенадцать лет назад.