Мой сводный кошмар
Шрифт:
Я долго не могла успокоиться, меня трусило, и когда Назар вышел из машины и обнял меня, мрачно взглянул мне в глаза и потребовал ответа:
– Что? Наташ, не молчи. Что с тобой?
– Хочу домой, - проскулила я.
– Пойдем.
– Пойдем.
Я хотела как можно скорее спрятаться в четырех стенах, чтобы за моей спиной не было темной улицы, такой сонной и такой безразличной, но навалилась усталость, и чтобы дойти, я вцепилась в локоть Назара. Наверное, ему было больно, потому что, когда мы остановились у квартиры, чтобы я достала ключи, я не смогла убрать руку, пальцы словно свело.
Назар молча взял мою сумочку, достал ключи, открыл замок, и мы вошли в квартиру. Постояли в коридорчике, в темноте, а потом он зажег свет и, с улыбкой кивнув на мои сжатые пальцы, пообещал:
– Я никуда не уйду.
– Спасибо.
Уткнувшись лбом ему в грудь, я сделала глубокий вдох, медленно разжала пальцы, и заметила на локте мужчины следы от моих ногтей.
– Прости.
– Только когда такие же окажутся на моей спине.
Я кивнула. Если смогу… если мне вообще будет сегодня до этого…
Сняв обувь, я прошла в кухню, распахнула окно и посмотрела на звезды. Я слышала, как подошел Назар. Он остановился за моей спиной, уверенно притянул к себе, заставив опереться, и повторил требование:
– Рассказывай.
Меня снова начало мелко трясти, и я качнула головой.
– Потом. Со мной все в порядке, просто… испугалась немного.
– Хорошо, - дыхание Назара коснулось моей шеи, пощекотав. – Но не думай, что мы не вернемся к этому вопросу. И к другим тоже.
– К каким другим?
– Позже. Когда ты придешь в себя.
Так уверенно. И так безапелляционно. Он хотел знать ответы на все вопросы. Но у меня были свои.
– Почему ты не звонил?
– Уезжал.
– И там не было связи?
– Там включался роуминг. Я был за границей, в командировке.
Я поежилась от завуалированного намека, что у меня недостаточно средств на счету для таких звонков. А, может, мне показалось? Может, мне вообще весь вечер просто кажется все? И маньяк, и Назар, и…
Отвернувшись от звезд, я обняла лицо мужчины, а он, медленно склоняясь ко мне, выдохнул в губы:
– Наташ, честно говоря, я был чертовски занят, я работал как проклятый, чтобы скорее вернуться.
– Ко мне?
Он усмехнулся.
– Ты должна раскаяться за свои сомнения. Представляю, как ты успела себя накрутить, поэтому… заставь меня простить тебя.
– Но я все еще на тебя злюсь.
– Правда? Тогда ты должна раскаяться и за это.
– Нет, это ты…
– Начинай, - перебил он.
– А я помогу.
Его взгляд поглощал, его улыбка обещала греховное, его руки уже пытали меня, медленно… томительно медленно… и я отбросила вопросы и сомнения. К чертям! К бесам! К прошлому, которое запрещало отдаваться отношениям без оглядки! А, может, с Назаром у нас будет иначе? Нет, не так… Не хочу сомневаться! У нас обязательно будет иначе!
Назар…
Он был так близко. И я, наконец, могла сделать то, о чем долго мечтала – прикоснуться к нему. Могла целовать. Могла вести себя дерзко, потому что у меня действительно могло не быть этой встречи.
Я могла всхлипывать и, не стесняясь, разместиться на подоконнике, обхватив мужской торс, потому что он так сказал. Я могла поделиться с ним, позволить ему любоваться звездами вместо меня, потому что он зажигал мои личные звезды…
Назар…
Не первая наша близость, но другая, волшебная. После всплеска удовольствия, я долго не отпускала его, продолжая обнимать всеми конечностями, и сама бы точно не слезла с подоконника – не было ни сил, ни желания, но он приподнял меня и отнес в ванную.
Совместный душ был томительно-нежным, а потом было резкое растирание полотенцем, и мой смех. Я почувствовала, что страхи начали отпускать, поняла в полной мере, что я здесь и… я есть. Я жива, со мной ничего не случилось.
А после я кормила мужчину и слушала, как он без восторга и энтузиазма рассказывает о командировке в Англию. Такое ощущение, что он устал от частых поездок, в особенности от Лондона, да и вообще от заграницы.
– А кем ты работаешь? – жуя кусочек сыра, который остался с прошлого приезда Назара, поинтересовалась я.
– Для тебя это важно?
– Это не важно, - я пожала плечами, - это любопытно.
– Хочешь вина?
После того, что произошло, конечно, я захотела. Назар с усмешкой извлек бутылку белого вина, она, как и сыр, осталась с прошлого раза, достал бокалы, запомнив, куда я их поставила в прошлый раз. И все это, бросая на меня такие жаркие взгляды, что несмотря на то, что мы уже были близки, и не раз, я краснела, как школьница.
– Я работаю руководителем. – Встретив мой взгляд, улыбнулся. – Что, не похож?
– Да нет, - я пожала плечами, - откуда я знаю, как должны выглядеть руководители электростанций? Никогда об этом не задумывалась. Просто я уже и не ждала, что ты ответишь, отвлеклась, задумалась…
– Обо мне?
– Конечно.
Какое-то время он терзал меня цепким взглядом, а потом, видимо, поверил.
– Хорошо, - он разлил вино по бокалам, - я рад, что стал частым гостем твоих мыслей.
– Я не говорила, что частым.
Он улыбнулся, мол, говори-говори, а думаешь-то ты по-другому, и я это знаю…
– У тебя был переводчик?
– чтобы избавиться от неловкости, я попыталась перевести разговор на другую тему.
– Нет, я владею английским.
– А…
– А еще немецким. Наташ, не хочу больше говорить о работе. Вообще, мне кажется, я успешно наобщался на год вперед. Давай ты лучше расскажешь, что делала, пока меня не было?
– Ела, спала, - начала я без энтузиазма. – Да нечего рассказывать, это у тебя командировки, Лондон, а у меня обычные серые будни.
– А ты расскажи, - предложил он, - может, мы вместе найдем в твоих серых буднях другие цвета?
Я попыталась упереться, но Назар оказался упрямей. В общем, начала я рассказывать о своих буднях без него, а потом с удивлением поняла, что не так-то все было уныло и серо. Я видела, как улыбнулся Назар, когда я рассказала, что теперь не только старшенький сын Иры называет меня по фамилии. И как оба мальчишки попытались потребовать, чтобы к ним обращались на «вы», потому что они личности. Еще я рассказала, что у меня на работе заколдованный стол. Да-да, заколдованный, потому что, сколько его ни очищай, а к утру он опять завален документами. И это тоже позабавило Назара. А еще я рассказала несколько историй о нашем шефе, по сути безобидных, на которые уже и внимания не обращаешь, потому что они случаются каждый день, но со стороны, как оказалось, очень забавных. Назар даже смеялся.