«Моя броня и кровная родня». Арсений Тарковский: предшественники, современники, «потомки»
Шрифт:
Древний мир
1. Библейский мир:
– первый человек Адам, являющийся в мире Тарковского знаковым образом первого поэта, совершившего таинство дарования имён в Эдемском саду (имя Адама эксплицировано в пяти текстах: «Степь», «Я учился траве, раскрывая тетрадь…», «Когда вступают в спор природа и словарь…», «За хлеб мой насущный, за каждую каплю воды…», «Манекен»);
– отец всех евреев Авраам, совершивший исход из языческого Вавилона в Землю Ханаанскую, что положило начало первой монотеической религии – иудаизму («И я ниоткуда…»);
– боровшийся в ночи с Богом патриарх Иаков, за что он получил новое имя Израиль, ставшее названием Святой Земли и еврейского теократического государства («Надпись на книге» («Покинул я семью и тёплый дом…»); имплицитно присутствует в стихотворении «Рукопись»: «<…>Так соль морей и пыль земных дорог / Благословляет и клянёт пророк, / На ангелов ходивший в одиночку» (I, 189));
– пророк и вероучитель Моисей, выведший народ Израиля из египетского рабства и получивший от Бога Десять заповедей, ставших основой религиозно-этического монотеизма (имплицитно присутствует в двух текстах: «До стихов» («<…> Огнём вперёд судьба летела / Неопалимой купиной <…>» (I, 191)) и «Я по каменной книге учу вневременный язык…» («А в пустыне народ на камнях собирался <…>» (I, 287));
– основоположник древнееврейского государства и великий поэт царь Давид, «псалмический мелос» (Кекова) которого унаследовала поэзия Тарковского (имя царя Давида, как и имя Адама, эксплицировано в пяти стихотворениях: «Полевой госпиталь», «Пруд», «Памяти М.И. Цветаевой (IV)», «Портной из Львова, перелицовка и починка» (в первоначальной редакции), «Пляшет перед звёздами звезда…»);
– «большие» ветхозаветные пророки: Исайя («Я по каменной книге учу вневременный язык…»), Иеремия («Посредине мира»), Иезекииль (имплицитно – в стихотворении «Феофан Грек»), Даниил («К стихам»);
– «глас вопиющего в пустыне», Иоанн Креститель – «последний пророк» и Предтеча Иисуса Христа (имплицитно – в стихотворении «Надпись на книге» («Покинул я семью и тёплый дом…»));
– основатель новой мировой религии Иисус Христос (имя Христа эксплицировано только в одном тексте – «Как Иисус, распятый на кресте…», но оно легко восстанавливается по прозрачным новозаветным аллюзиям более чем в десяти стихотворениях, например: «Голуби на площади», «Камень на пути», «Жизнь, жизнь» и др.);
– апостол Иоанн Богослов, автор четвёртого Евангелия и Апокалипсиса, эсхатологической символикой которого перенасыщена поэзия Тарковского («Предупреждение», «Степь», «Эвридика», «Лазурный луч», «Комитас», «Меркнет зрение – сила моя…» и др.).
2. Античный мир:
– полулегендарный слепой аэд Гомер – родоначальник древнегреческого эпоса (как автор «Илиады» [6] , эксплицирован в стихотворении «Мщение Ахилла»);
6
Ср.: «Я <…> очень люблю греческую драматургию, лирику, эпос. «Илиада» и «Одиссея» для меня святые книги. Невольно чувствуешь себя современником того, что там происходило» (II, 241).
– блестящая плеяда эолийских поэтов – зачинателей европейской лирики: Сафо («Телец, Орион, Большой Пёс»); Алкей («Стихи из детской тетради»); Анакреон («Загадка с разгадкой», «Из Анакреона»);
– «отец трагедии» Эсхил, которого Тарковский ставил выше Шекспира («Шекспир – Эсхил», «Прометей»);
– основоположник «диалогической» философской школы Сократ, мужественно принявший смерть по приговору несправедливого суда («Сократ»);
– основоположник науки геометрии Эвклид («Сны»);
– римский поэт Овидий, автор поэмы «Метаморфозы», являющейся самым полным сводом сюжетов античной мифологии (в цикле «Степная дудка» Тарковский напрямую отождествляет свою судьбу с судьбой римского поэта-изгнанника).
В перечень античных имён необходимо включить три мифологических имени – Прометея («Эсхил»), Атланта («Руки») и Марсия («После войны» – II), хотя это и противоречит заявленному нами принципу типологии культурных героев как выдающихся деятелей в истории мировой культуры. Помимо того, что похититель творческого огня и создатель первых людей Прометей и держатель небесного свода Атлант являются культурными героями по определению, они включены в концептуальную для Тарковского парадигму «жертвоприношение во имя людей и мира», имеющую столь свойственную его поэзии космогоническую направленность. Что касается козлоного сатира Марсия, наивно вздумавшего состязаться в музыкальном искусстве с самим Аполлоном, за что с него живьём содрали кожу по приказу жестокого Мусагета, – его печальная история, как и история изгнанника Анжело Секки (I, 424–425), стала для Тарковского-ребёнка одним из первых уроков сострадания всем живущим на земле, который поэт усвоил на всю жизнь:
<…> Но сам я стал как Марсий. Долго жилСреди живых, и сам я стал как Марсий.Эпоха Средневековья и ренессанса (V–XVI вв.)
1. Западноевропейский мир:
– «безвинный изгнанник» Данте Алигьери, автор «Божественной комедии», в которой впервые в художественной форме была представлена целостная христианская модель мироздания (имя Данте эксплицировано в двух стихотворениях: «Вы, жившие на свете до меня…» и «Балет»; имплицитно оно присутствует в тех текстах, где есть образы мятущихся теней-страдальцев и другие атрибуты «адского» дискурса, например: «Я тень из тех теней, которые, однажды…», «Тот жил и умер, та жила…», цикл «Чистопольская тетрадь», «Елена Молоховец» и др.);
– первооткрыватель гелиоцентрической галактической системы польский астроном Николай Коперник («Рифма»);
– выдающийся физик, обосновавший принцип относительности в механике задолго до Альберта Эйнштейна, и знаменитый астроном, открывший пятна на Солнце, фазы Венеры, спутники Юпитера, горы и впадины Луны, под давлением церкви вынужденный отречься от главного своего открытия – вращения Земли вокруг Солнца, – Галилео Галилей (в стихотворении «Предупреждение» упоминается «число Галилея» как один из ключевых нумерологических «кодов» мировой гармонии);
– великий английский драматург Уильям Шекспир, создатель Гамлета – «вечного образа» человечества в его трагических поисках смысла жизни (имя Шекспира эксплицировано в стихотворении «Шекспир – Эсхил»; «гамлетовские» реминисценции встречаются в четырёх текстах: «Стань самим собой», «Имена», «Мне опостылели слова, слова, слова…» и «Могила поэта»).
В этот список, на наш взгляд, следует добавить имя основателя средневекового ордена нищенствующих монахов Франциска Ассизского, под обаянием личности и учения которого Тарковский находился всю жизнь, а книгу «Цветочки» считал одной из лучших в мире. Есть свидетельства современников поэта, в которых рассказывается, как он – совершенно в духе святого Франциска – вытаскивал дождевых червей из канавы [7] и спасал шмеля, оказавшегося пленником двойной оконной рамы [8] . К христианской этике Франциска Ассизского, несомненно, восходит ключевой образ поэзии Тарковского – «нищий царь», за которым угадывается судьба его любимых культурных героев – странствующих учителей веры и гонимых мирской властью пророков, с чьей долей поэт соотносил свой жизненный путь.
7
«Я жил и пел когда-то…»: Воспоминания о поэте Арсении Тарковском. Томск.: Водолей, 1999. С. 318.
8
Жирмунская Тамара. «Спасти шмеля!» (Арсений Тарковский) // Эолова арфа: Лит. альманах. Вып. 5. М.: Изд. Нины Красновой, 2012. С.83.
2. Древнерусский мир:
– автор первого древнерусского летописного свода «Повесть временных лет» монах Нестор («Посредине мира»);
– выдающийся иконописец Феофан Грек, принесший на Русь византийские традиции церковной живописи («Феофан Грек»);