Чтение онлайн

Алена кивает и что-то быстро набирает на телефоне. Губы сжаты, между бровей залегла складочка. Деловая такая, упрямая. Может, девушка и испугалась, но пасовать не собирается.

Тянусь ослабить удавку галстука. Все-таки она очень повзрослела. Стала сильнее, увереннее в себе. Это… это роскошно. Мне нравится, но чувство восторга прячу глубоко на дне души.

Вся моя помощь и внимание запоздали лет так на семь.

Тогда я был не готов к серьезным чувствам. А теперь Аленке это не нужно. Да и с Юлией проблемы.

Вернее, проблемы у нее.

Крепче сжимаю руль, пытаясь скрыть злость.

Уже сейчас бы все точки над i расставил, но подушка безопасности еще не готова. И нет, мне не стыдно. Хотя бы потому, что IT разработки — это только мои усилия и мое потраченное время. Деньги, которые поступают от Шахова, делить с Оболенским не собираюсь. Я достаточно на него пахал.

— Можешь подвезти меня к клинике… — называет адрес.

— Как скажешь, — киваю, догадываясь, зачем Алена туда едет.

Слова даются легко. Вот бы самому увидеть этого ребенка… Какой месяц уже? Третий? Да, примерно… Еще и живота не видно. А Алене очень бы пошла беременность. Мысли опять переносятся в тот злополучный день, и в грудной клетке начинает жечь. Все бы отдал, только бы время назад повернуть. Где мои мозги были… Дебил.

— Как его фамилия? — спрашиваю, чтобы хоть как-то разогнать тишину.

— Агатов, — тут же откликается Алена. — Хочешь проверить?

— Вплоть до детского сада, на какой горшок ходил, — цежу зло.

Алена едва слышно фыркает.

— Наверняка уже тогда он заседал в костюме, — шутит, заправляя прядку за ухо.

Такой чертовски знакомый жест… Смешок выходит смятым, неровным.

— Не удивлюсь, — кашляю, чтобы скрыть накатившее волнение. Аж голову повело. — Такой типаж — хуже не придумаешь. В лицо улыбаются, а за спиной нож держат. Спорить готов, он хочет фирму перекупить.

— Хм… А если нет? Может, он из добрых побуждений. Или просто с предложением сотрудничества?

Не верит в то, что говорит — по голосу слышу.

Улыбаюсь, поглядывая на развернувшуюся ко мне девушку.

— Тогда я готов раскошелится на корзину с фруктами и пять кило фисташкового мороженного. И шоколадный топинг сверху.

Алена распахивает глаза. Удивлена, что помню? Я тоже. Все до последней мелочи хранилось на задворках памяти, а сейчас так естественно срывается с губ.

— О-о-о, — тянет задумчиво. — А мне что же, поставить на кон бутылку хорошего бренди? — щурится хитро.

Злюка. Помнит, что я к алкоголю не очень. Но ради такого случая готов поддержать.

— Рискнешь?

— А давай, — встряхивает русой копной. — Посмотрим, с чем завтра господин Агатов пожалует.

— По рукам, — позволяю себе осторожную улыбку.

А самого ломает от искушения Алену окольными путями в клинику привезти. И Агатову я сейчас благодарен по самое не могу. Алена расслабилась. Может, на время, но для меня это как глоток свежего воздуха.

Из-за поворота показывается клиника.

Пока размышляю, а не обнаглеть ли мне до крайности и напроситься с Аленой, девушка решает за меня.

— Спасибо, что подвез, — отстегивает ремень. — И за Агатова тоже…

Незаметно стискиваю пальцы, но улыбаюсь с самым безмятежным видом.

— Обращайся, — киваю, разблокировав двери.

Аленка райской птичкой выпархивает из салона и спешит к дверям клиники.

А я остаюсь на месте, разглядывая стройную фигурку в темно-бордовом костюме. Ей чертовски идет такой фасон. Она больше не таскает застиранные тряпки, от которых так и хочется избавится.

— Черт, — шиплю, пытаясь отогнать вполне определенные воспоминания.

Как же хорошо, что Оболенский ничего толкового не нарыл. К тому времени, как я вернулся в деревню, большая часть знакомых разъехалась. Ферму, дававшую жителям работу, закрыли, для молодежи никаких перспектив. Алкашье местное последние мозги пропило, мои родители, к счастью, на кладбище местечко нашли. Да и я не орал на каждом углу об отношениях с Аленой.

А стоило бы.

Откидываюсь на кресле и глубоко вздыхаю. Тру ладонями лицо.

Кто бы знал, насколько я сейчас сожалею о прошлом. Прямо на части рвет. Немец, конечно, говорил, что шансов у меня не было. Не дорос я еще до принятия безусловной любви. Пугался этого, отрицал. Алена знала все мои больные точки, видела грязь, через которую пришлось пройти — это заставляло бежать прочь. Не хотел быть уязвимым, каким был перед родителями.

Но поговорит с Аленой язык не поворачивался. Ей это нахрен не сдалось, особенно сейчас.

Отнимаю руки от лица и чувствую, как нервы свиваются в напряженный узел. А этот хрен что здесь забыл?!

На парковке красуется знакомое серое авто. Браток Данила собственной персоной пожаловал. Только зачем ему гинекологическое отделение?

Быстро отстегиваюсь и направляюсь ко входу. На всякий случай, просто проследить. Мало ли что у него на уме, тем более к психологу просто так не ходят. Может, он опасен.

Захожу в холл и внимательно оглядываюсь. Мужчины нигде не видно. Окей… Спросим у администратора. Вон какая девочка улыбчивая, как же этим не воспользоваться?

— О-па, вот так встреча, — хмыкают за спиной.

Подскакиваю на месте и резко оборачиваюсь.

— Ой, — выдыхаю с облегчением. — Данил… э-э-э-…

— Данила, — поправляет меня бугай. И вроде улыбается, а глаза — будто льдинки, еще хуже, чем у Агатова. — Данила Муратович, если вам так проще.

— Елена Николаевна, — брякаю на автомате. — А вы…

— Алена!

О, черт! Да он издевается, что ли?!

Ястребовский приближался к нам широким шагом, и выглядит так… Ой, мамочки! Да какая муха его укусила?

— Алена вам больше идет, — выдает Данила, решивший, очевидно, меня добить. — У вас все в порядке?

Не в порядке. Я просто приехала к Ульяне. Жду ее от врача, а тут такое! Как будто Агатова мне мало.

— Все будет в порядке, когда ты свалишь, — рычит Демьян. — Какого хрена тут забыл?

— Тебя не спросил, козлик.

Воздух мгновенно густеет от напряжения. Но не успеваю я испугаться, что в клинике случится мордобой, как появляется четвертый участник. Из соседнего кабинета выходит молодая и очень красивая женщина с заметным животом, который не скрыть свободным сарафаном.