Чтение онлайн

— Если ещё хоть раз так меня назовёшь, уничтожена будешь ты! — злобно прорычала девушка, а Эрбос дёрнулся в руках стражников, хоть и был ещё слишком слаб, чтобы освободиться.

Больше я не хотела гневить эту фейку, да и оскорбила её лишь от незнания того, что не понимала — её магия, её же приговор, наказание и огромнейший стыд в жизни. Мне стало её жаль. Даже несмотря на то, что она была моим врагом в данной ситуации.

— Я не знала, что это для тебя оскорбительно. Я в целом ещё очень многое не знаю о мире фейри, — зачем-то оправдалась перед ней я.

— И не смей так смотреть на меня… — прошипела она, словно змея, явно понимая какая таится глубина сожаления в моих словах и взгляде. — Я не пожалею тебя, когда придет время.

Затем девушка резко погасла, прямо как свеча испускающая свет, но в противоположном смысле этого слова. От её магии словно меркли краски вокруг, а теперь они снова стали ярче, светлее. «Чистое зло» — промелькнула в голове мысль, противоречащая чувствам. Хотелось верить, что эта фейка не сама была так озлоблена, а лишь стала орудием Градоса, но нечто подсказывало мне, ноя неприятным чувством под ложечкой: эта девушка несёт холодную, злую смерть в мир фейри и ничего больше. Она проклятие этого мира.

На мгновение, от удивления и созерцания сил ребёнка скверны я и позабыла посмотреть на любимого. Зато он смотрел на меня неотрывно, хоть его взгляд всё ещё туманила слабость. Призрачный Эликсир спас его от смерти, но не излечил сполна. А сейчас нам предстояло расстаться.

— Будь сильной Милли и делай так, как прикажет король.

Я не поверила своим ушам. Эрбос просил лечь в кровать Градоса? Стало нестерпимо больно, но я знала уже какой ад сжигает моего мужа изнутри. Он желал, чтобы я осталась в безопасности. Даже таким способом готов был спасти меня.

— Позаботься о моих родных, Эрбос… — тихо сказала и зелёные глаза любимого наполнились ужасом. Его рванули вперёд, уводя и когда он стал вырываться, сильно ударили под рёбра, но в конце концов феец вывернулся, упал на пол и подскочил к клетке, собрав все силы на такой резкий манёвр. Наши руки соприкоснулись, обвили друг друга, лоб коснулся лба, а глаза встретились, поглощая душу друг друга, соединяясь в последний раз. Я предчувствовала, практически знала, что в последний раз… ведь знала, что не смогу лечь с Градосом в одну постель, и, тем более, не выдержу его ребёнка в своём чреве, вечное служение… Такая жизнь хуже смерти.

— Не сдавайся, Милли! Не смей! — увидев моё полное смирение перед судьбой, начал настаивать феец. — Я не могу тебя потерять… — почти шёпотом продолжил, но его уже рвали из моих объятий, выдирая словно и изнутри, и из самого сердца.

Эрбос ещё не раз пытался обернуться, посмотреть в глаза и найти в них зарождение искры борьбы, а не находя, снова и снова оборачивался и выгибался в руках гвардейцев, словно и вовсе не ощущая как те его били по рёбрам, заставляя двигаться вперёд.

— Я бы на месте Его Величества приказала казнить тебя, — недовольно проговорила молодая фейка и пошагала вперёд, забирая факел с собой.

Свет для меня снова погас, окатывая теплым клубом лишь дальние стены длинного коридора темниц, но и он вскоре сник, как и голоса, крики моего любимого и глухие удары по его телу из-за сопротивления.

Я осталась совсем одна. Но теперь больше не о ком было беспокоиться. Все, кого любила и могла спасти, я спасла, а себя… Стало дурно окончательно, я рухнула снова на холодный пол. Так по-видимому мне и предрешено принять смерть.

На краю

Фейри очень хорошо ощущают запахи, слышат гораздо лучше людей и видят то, что человеку неподвластно. Тела фейри сильнее человеческих, жизнь дольше, а магия совершенно иного происхождения, чем у ведьм или магов. Именно из-за слабости, изначально, фейри презирали человеческую расу. За это же, их многие и любили.

«Законы и порядки фейри»

Эраген Алахосский

— Дайте. Я сам. — Рассёк властный раскат мужского голоса пустоту катакомб. Я знала этот голос и потому вздрогнула, когда следом открылся проход в мою камеру. — Она совсем плоха. Вы что, её не кормили и не поили?

Я приоткрыла глаза и заметила как гвардейцы едва заметно стали переминаться с ноги на ногу от неудобства и стыда. Похоже, они и не думали заботиться о своей пленнице, в отличие от своего короля.

Градос присел, на удивление бережно приподнял мою голову и, приложив к губам деревянную чашу, стал вливать мне в рот воду. Вся гордость, ненависть к фейцу позабылись мгновенно. Я резко обхватила широкое запястье короля, боясь, что он заберёт спасительную влагу, не даст напиться вдоволь. Но я ошибалась, после того, как осушила одну чашу, Градос дал мне ещё чистой воды, зачерпнув из принесенного с собой простого деревянного ведра, затем, ещё. И так пока моя жажда не была утолена окончательно.

В теле сразу прибавилось сил, я быстро высвободилась из рук ненавистного врага, отползла в другую часть тесной темницы и следом ощутила стыд. Если так легко позволила к себе притронуться за обычную воду, то жестокому королю не составит труда сломить настолько хрупкую волю.

Градос же с удовлетворением отметил мою растерянность:

— Не переживай из-за пустяков, моя Милли… — Нежно протянул он, снова приближаясь и запрещая отодвинуться, уложив одну руку на стену за моей спиной. Сладковатый миндаль, запах его тела, завладел обонянием, вызывая острый приступ тошноты. — Я умею ждать и не стану склонять тебя силой к чему бы то ни было.

С надеждой посмотрела в светло-салатовые глаза Градоса «может, он не так плох? — промелькнула мысль в голове — Может…»

— Нет, — насмешливо добавил король, — Даже не думай. Я не отпущу тебя, наивное дитя. — Он небрежно коснулся моего подбородка, рассматривая черты лица, глаза. — Ты очень гордая, Миллиора, это будет сложным испытанием для тебя, но, всё же, я озвучу свой вопрос, хоть и вижу, что к правильному ответу пока ещё не готова. — Градос помедлил и кивнул воинам, чтобы те отошли немного подальше. Затем снова повернулся ко мне, склоняясь ещё ниже. — Ты отречёшься от клятв верности Эрбосу? Дашь их мне после этого? Станешь матерью моего ребёнка? Взамен я сделаю тебя своей королевой, если родишь мне Альхандру. Не думай, что я не могу быть добрым и ласковым мужем. Ты будешь иметь всё самое лучшее в этом мире. Наши дети будут всегда рядом с тобой, не стану отрывать их от матери. А я согрею твоё сердце если не любовью, то страстью… Если захочешь, после рождения девочки и вовсе больше не стану настаивать на близости, — Феец склонился к самой моей шее, заставляя вжаться в камень, практически срастаясь с ним, провёл влажными, теплыми губами по нежной коже, которую уже покалывало от магии воздействия. Он дурманил меня и это точно ему удавалось. Градос владел даром внушать, хоть и не очень сильным. Но этого хватило, чтобы внизу живота зажглось ненавистное желание к врагу.

— Нет! — Оттолкнула его, упираясь обеими руками в мужскую широкую грудь. — Я умру тут, но не соглашусь влачить столь ужасное существование, Градос Сактин. А магией или роскошью никогда тебе не добиться истинного чувства. Никто и никогда не полюбит такого как ты! Никогда!

Лицо фейца словно окаменело изначально, стало бледным, а губы сжались в одну тонкую линию. Градос был очень зол, но злоба эта таилась внутри, не давая понять его самых сокровенных слабостей. Он только резко поднялся и взял ведро с водой, из которого ещё недавно черпал для меня воду, чтобы напоить. Конечно, он его хотел забрать… этого стоило ожидать, меня начнут мучить голодом и жаждой. И к этому была уже готова, как и принять мучительную смерть, если родные не сумеют вовремя меня вызволить.