Чтение онлайн

Изабель улыбается.

— Да. Младший брат и сестра. Вообще-то они близнецы.

Уилла едва не роняет вилку.

— Близнецы?

— Ага.

— Они похожи?

— Ну, не совсем. Они не идентичные. Разнояйцевые, мальчик и девочка.

— Хорошо иметь сестру? Я всегда хотела сестру, — оживленно болтает Уилла, разговаривая с Изабель без тени неприязни. — Я просила папу, но он сказал нет.

— Ты с такой же частотой просила домашнее животное, — замечаю я.

Не похоже, чтобы это было ее заветным желанием. То кошка, то собака, а пару раз даже морская свинка. Сложно придумать соседа по квартире менее желаемого, чем морская свинка.

— Да, и ты всегда говоришь «нет», — вздыхает она.

Изабель прячет улыбку за ладонью.

— Ну, я уверена, твой папа знает лучше. По крайней мере, в большинстве случаев.

— Да, и для сестры нужна мама, — многозначительно заявляет Уилла, накалывая блин на вилку. — А у нас мамы больше нет.

Констатация звучит без эмоций. Ни боли, ни грусти, ни досады. Они с Сэмом редко переживают из-за Виктории, принимая ее отсутствие как данность. Бывают вопросы. Иногда беспокойство о том, что сказать друзьям, если спросят. Я старался помочь во всем этом разобраться.

Но пока Уилла и Сэм продолжают есть в том же радостном настроении, мы с Изабель замираем.

— Мне очень жаль, — тихо говорит Изабель, бросая на меня взгляд.

— Спасибо, — благодарит Сэм с полным ртом.

Очевидно, он не понимает, за что благодарит. Это снимает напряжение, и я смеюсь. Ко мне присоединяется Изабель, затем Уилла, и наконец сам Сэм.

Боже, ради этого я все и делаю. Ради них. Я все, что у них есть, и не могу позволить себе потерять концентрацию. Не могу добавить еще вины на и без того переполненную тарелку.

Но после завтрака Изабель кладет руку мне на плечо, и все мысли о сдержанности мгновенно испаряются.

— Ничего, если мы с Конни позже заглянем в парк? Не хочу мешать.

Я ловлю себя на том, что качаю головой.

— Нет, пожалуйста, приходите, если хотите.

Детям будет приятно увидеть тетю, думаю я.

Как будто это единственная причина, по которой я согласился.

В последний раз ловлю себя на том, что разглядываю отражение в зеркале. Узкие черные джинсы с высокой талией. Коричневые кожаные ботильоны на небольшом каблуке. Бежевое пальто оверсайз, купленное в винтажном магазине за смешные деньги по сравнению с реальной стоимостью. Я даже накрасилась, и темные тени делают мои карие глаза больше обычного.

Я выгляжу хорошо. По-другому. Я так наряжалась разве что на свадьбу Конни. Или на выход в свет. Волосы распущены и свободно ниспадают на спину.

Достаточно просто для комедийного клуба. Достаточно нарядно для вечера вне дома.

Хватаю сумку и выхожу из комнаты. Из гостиной доносятся знакомые мягкие звуки. Телевизор включен, Сэм смеется. Уилла что-то говорит, но я не могу разобрать слов. И затем раздается голос Алека.

Твердый. Властный.

— Нет, это Уилла выбрала. Ты сам решил посмотреть именно этот мультик перед сном, Сэм. Уже передумал?

Стук каблуков по паркету оповещает о моем появлении. Три пары глаз поворачиваются ко мне. Глаза Уиллы округляются, Сэм улыбается, а Алек...

Что ж, его брови заметно приподнимаются.

— Ты куда-то собралась?

Я киваю. Сегодня мой выходной, Алек остался в городе, не планируя работать.

— Куда ты идешь? — голос Уиллы звонкий, лицо сияет. — У тебя есть парень?

Это заставляет меня рассмеяться.

— Нет, нету. Иду на стендап-выступление сестры.

— Стендап, — повторяет Сэм.

Он нахмуренно откидывается, точь-в-точь как отец, только выражение лица у него скорее недоуменное.

— Как комедийное шоу. Выступление на сцене, где рассказывают кучу шуток, — объясняю я.

Алек поднимается с дивана.

— Как ты доберешься?

— На метро.

— Ты должна была сказать. Мак мог бы тебя отвезти.

— Мак работает на тебя, — напоминаю я. — Не на меня.

Его брови смыкаются еще сильнее.

— Где этот комедийный клуб?

— В Виллидже.

— Что?

— Это недалеко, — говорю я.

Я коренной житель Нью-Йорка, как и он. Но готова поспорить, что я ездила в метро в бесконечно большее количество раз, чем он.

— Скажи, что обратно ты поедешь на такси, — его голос тихий, но в нем явный приказ.

Мне хочется закатить глаза.

— Может быть. Зависит от того, как долго будет шоу.

— Ты поедешь на такси, — настаивает он. — Я возмещу расходы.

— Это ты говоришь как мой работодатель? — голос едва не переходит в насмешку на последнем слове.

Его челюсть напрягается, в глазах вспыхивает огонь. Возможно, раньше я не позволяла себе так разговаривать. Но прошла уже неделя с того поцелуя, с того момента, как он прервался и заперся в своем кабинете, и я устала постоянно быть на взводе. Ждать, когда Алек вернется домой, скрывать волнение, когда появляется в комнате. Это изматывает.

— Да, — резко отвечает он. — Именно так.

— Хорошо. Я возьму такси.

Алек не вздыхает с облегчением. Вообще не дышит. Просто бросает сердитый, жгучий взгляд на мои губы, и я знаю, что он чувствует.

Я быстро ухожу, захлопывая входную дверь с глухим щелчком.

Дорога на метро занимает много времени. Погода, когда я выхожу на другой стороне, тоже не радует: над головой сгущаются темные тучи, и я рада, что захватила зонт. Одно из многочисленных маминых правил, против которого бунтовала в детстве. Теперь я никогда не выхожу из дома без зонта.

Забавно, как мы становимся похожими на родителей, даже когда изо всех сил стараемся этого избежать.

Елены нигде не видно, когда я прихожу в наполовину заполненный комедийный клуб. Над входом виднеется неоновая вывеска с изображением бокала мартини, а на стойке рекламируют акцию «два коктейля Кровавая Мэри по цене одного» – наверное, самый непопулярный коктейль в мире.

— Думаешь, они заказали слишком много сельдерея11? — спрашивает Себастьян.

Милый младший брат, который не такой уж и младший, уже меня ждет. Его волосы стали достаточно длинными, ниспадая на глаза, и я отбрасываю прядь, пока он смеется.