Чтение онлайн

— Все реально так плохо? — спрашивает Маша и хватает меня за руку.

— Реально. Напиши заявление, — сгибаю один палец, — заплати госпошлину, — второй, — жди два месяца. Потом или подтверди согласие на развод, или откажись, но в таком случае деньги тебе не вернут. Потом, если ты все же настаиваешь на разводе, мужу придет письмо с заявлением. Если он согласен и в вашем браке нет спорных вопросов, то вас разводят. Если же конфликтные моменты есть, то нужно подавать иск в суд, затем ждать три-четыре недели, пока дело рассмотрят. Дождаться первого слушанья и надеяться, что вас разведут сразу же. А если нет, то потом придется ждать второго, третьего слушания. Боже, что за порочное колесо, — хватаюсь за голову и снимаю шапку. Холод морозит кожу головы, заставляя мозг активнее работать. — Но у нас все вроде как с первого раза должно произойти. Я не против развода, Макс тоже. Имущество его мне не нужно, пусть только вещи мои отдаст. Хотя, может и их выкинуть. Так что все должно обойтись без суда. Только два месяца подожду и все.

— И ты снова станешь Ивановой?

— Ага, хорошо, что в институте документы не успела переделать. Представляешь, как бы на меня в деканате посмотрели, если бы я за месяц два раза документы переделывала и это перед самым выпуском.

— Ну что, поехали отмечать? — друг подхватывает меня под другую руку и толкает бедром. При этом я от неожиданности отскакиваю в сторону и сбиваю с ног Машу. Та падает прямиком в сугроб. Сначала в нашу сторону летит мат, отборный, ни разу не повторяющийся, а потом снежки. И если первое я принимаю с честью, то от второго прячусь за широкой спиной друга. Вскоре, Миша сдается, подходит к Маше и помогает ей встать, затем отряхивает ее от снега и нежно целует в лоб. — Ты моя красноносая, совсем замерзла. — снимает с себя шарф и укутывает девушку.

— Ладно, мне пора уже бежать на вокзал, скоро электричка отправляться будет.

— Мы с тобой. Тысячу лет у вас на даче не была. Ты говорила, что вы там охренительный ремонт затеяли. Так вот, мы хотим его увидеть. Правда? — подруга локтем толкает Мишу в бок. Тот щурится от боли, но молчит, лишь кивает, подтверждая слова Маши.

— Нет, мы так не договаривались. У нас ремонт только на втором этаже закончен. Я, правда, не против того, чтобы вы поехали со мной, но вам негде будет спать. Там только одна кровать и для троих она явно мала, а уложить кого-то из вас на пол… Мне совесть не позволит.

— Мы успеем уехать на последней электричке. Обещаем, — произносит Миша и скрещивает пальцы, как обычно делают дети, когда чем-то клянутся.

— Ну как знаете, если не успеете, будете ночевать в сугробах.

— Договорились.

Такой веселой компашкой отправляемся сначала в магазин, закупаемся продуктами и средствами первой необходимости, а затем с огромными пакетами мчим на вокзал, чтобы успеть на отправляющуюся электричку. Успеваем ровно за три минуты до отправления, запрыгиваем в вагон, падаем на свободные места и наконец-то спокойно выдыхаем. В голову лезет мысль, что последние пятнадцать минут я и вовсе не дышала. А возможно я не дышала еще больше, с того самого момента, как встретила Холодова…

Мои мысли прерывает трель мобильного телефона. Почему-то становится грустно, когда на экране вижу лицо мамы, а не мистера ледышки. Хотя, чему я расстраиваюсь? Я ведь сама заблокировала его номер. Как он мне позвонит? И будет ли он вообще пытаться мне звонить?

Жду пару минут в надежде, что мама устанет и первая бросит попытки дозвониться до меня. Но в упорности ей нет равных. Увидев десятый непринятый вызов, я сдаюсь и нажимаю на зеленый значок.

— Да?

— Ты что творишь? Ты что своей сумасшедшей головой надумала?

— Мам, — обрываю резким голосом истеричные крики родительницы, — я улетаю в Норвегию. Прилечу через неделю, поговорим. Пока, — чмокаю воздух рядом с динамиков и отключаю телефон.

Убираю телефон в карман и замечаю, как пассажиры с соседних мест косятся на меня.

— Я что-то сделала не так? — вопрос слетает с губ сам собой.

— Ну как минимум ты сейчас всех удивила, а некоторых напугала. Посмотри, — друг тычет пальцев в сторону, — ты заставила мужиков проверять свои билеты. Ты же понимаешь, что, во-первых, это не самолет, а во-вторых, электричка Москва-Тула никак не едет в сторону Норвегии.

— Ну не знаю, — прячу лицо в воротник, — для меня мой маленький дачный домик располагается в самом центре Норвегии. Лес, поля, озеро и звездное небо. Чем не эта сказочная страна?

Полтора часа мирного стука колес, и мы выходим на заснеженную остановку. Ноги сразу по щиколотку утопают в сугробах. Сильный ветер задувает во все слабые места одежды, намекая, что он здесь главный. Дрожу от холода, сильнее обнимаю себя и быстрыми шагами протаптываю нам путь.

— Это не Норвегия, это тайга какая-то, — говорит подруга, осматривая хвойный лес. Мы здесь кого-то живого можем встретить?

— Ты имеешь введу волков? — дразнит ее Миша. — Конечно, парочку голодных зубастиков легком можем встретить. Хорошо, что медведи сейчас спят.

— Так, — резко разворачиваюсь, тем самым пугая друзей, — я вас с собой не звала. Вы сами напросились. Могли бы сидеть дома и смотреть свои сериальчики. Но раз уж вы ввязались, то идите молча. Хотя, спасибо, что не бросили меня, — жду, пока друзья улыбнуться моим последним словам, — если мы действительно встретим волков, то вас можно оставить им на съедение.

Мне в лицо тут же летит несколько наспех слепленных снежков, резво от них уворачиваюсь, пока не спотыкаюсь о свою же ногу и не падаю моськой в сугроб.

— Это божественная кара, — твердит Миша, помогая встать, затем не жалеет сил, чтобы отряхнуть меня, больно шлепая ладонью по рукам и ногам.

Сквозь зубы благодарю друга, беру пакеты и вновь направляюсь в путь. Проходя через лес не забываю пугать ребят, вспоминая сказку про красную шапочку.

Дома растапливаю в неотремонтированной гостиной камин, согреваю друзей горячим чаем, а затем устраиваю экскурсию. Стоит только завести друзей в свою спальню, как моих ушей касаются восхищенные вздохи. Поднимаю взгляд и растворяюсь в этом моменте. Когда мы затеяли с мамой ремонт, в моей голове было только два критерия: панорамные окна в ванной и огромное окно на потолке в моей комнате. И в первом, и во втором случае я хотела лежать и смотреть на звезды. И если к первой просьбе мама отнеслась скептически. Как это в ванной огромные окна, не помыться спокойно, да и голышом не пройти? То со второй просьбой она сразу же согласилась. Хотя, после недолгих уговоров и с мыслью о панорамных окнах она тоже смирилась.

— Это вы еще ванную не видели. Миш, — обращаюсь к другу, — держи ее, — киваю на подругу и открываю дверь в свое маленькое царство.

— Ох**** — слетает с языка подруги великий и могучий. — Серьезно? Окна в пол? А мыться как? Вдруг кто увидит?

— Ну, во-первых, ближайший дом через два километра, во-вторых, это второй этаж, чтобы что-то увидеть нужно на сосну залезть. Ну а если мной будут любоваться птички и белочки, то я не против. А теперь представь, — я выключаю основной свет и включаю подсветку. — вечер, ароматические свечи, горячая вода, пена, бокал вина и легкая музыка, — на секунду замолкаю, чтобы все это представить. — Ты лежишь в ванной, что находится в центре огромной комнаты, пьешь вино и любуешься звездным небом. Кайф же.

Представляю, как мы вместе с Холодовым могли лежать в этой ванне, обниматься и любоваться ночным видом. Сердце от этих мыслей обливается кровью. Нет, у нас бы такого никогда не было. В нашей семье я — романтик, а он- ледышка. Стоп, о какой семье я говорю?

Глава 22

Вскоре друзья уезжают. Провожаю их до станции, обещаю вести себя здесь хорошо и возвращаюсь в свою обитель. Дом встречает меня тишиной и одиночеством. Впервые это место мне не кажется родным. Забираюсь в кровать и пытаюсь расслабиться, глядя на звезды, но они, увы, не приносят мне спокойствия, как и алкоголь.