Моя любовь навсегда
Шрифт:
— Успокоились? — поинтересовался Ярослав. — Подергали перышки, проредили хвосты? О, замечательная прическа, Тошечка. Тебе очень идет.
Вместо очередной шутки Паша растер плечи сына, потом коснулся щеки и привлек в объятия. А когда отпустил притихшего Антона, недовольно спросил:
— Почему твои волосы напоминают гиеньи? Ты башкой в краску упал в порыве подросткового бунта?
Настала очередь Антона возмутиться замечаниям отца:
— Серьезно будем обсуждать мою прическу?
— Нет, конечно, — фыркнул Паша. — Лучше скажи, что за наряд для голубочков ты на себя нацепил. Я точно помню, что год назад в твоем гардеробе гейских треников не водилось. Пол решил сменить? Папа не разрешает переименовываться в Антонину, имей в виду!
Знакомое чувство покоя накрыло Антона невидимым пуховым одеялом. Папа здесь, папа рядом. Он по-прежнему ядовито шутит, обожает доставать детей, но рядом с ним никакие монстры из-под кровати не сожрут. Эмоций стало слишком много, чтобы получилось их сдержать. Антон услышал, как отец негромко ахнул, когда он вновь крепко обнял его.
— Ты здесь с матерью? — осторожно спросил Паша, однако рук не разжал. Только крепче сдавил, будто боялся отпустить и потерять. Снова.
— Да, — Антон прочистил горло и с усилием все-таки отпустил отца. — Мы приехали после того, как увидели новости.
Его взгляд метнулся от напряженного лица Паши к Ярославу, в чье присутствие все никак не получалось поверить.
— Ничего удивительного, — поморщился тот. — Кто-то слил им информацию об аресте. Как бы не Донской и его пиар-команда.
— Насколько все плохо?
Однозначного ответа Паша не дал, отчего Антон насторожился и прикусил губу. Мысли завертелись вокруг последнего разговора с Вадимом. Неужели именно об этом он толковал, когда предлагал сотрудничество? Поселившийся в душе страх приподнял уродливую голову, воскресли картинки прошлого и стены парковки начали приближаться. Сдавливать пространство, намереваясь стереть всех присутствующих в порошок.
— Заказ сделан с личного компьютера Насти. Это не просто подбросить улики или удаленно загрузить порнушку на диск. Защита едва ли не военного уровня, Марк лично занимался этим после нападения, — мрачно изрек Паша, не заметив, как Антон схватился за крышу автомобиля и покачнулся.
— Все в порядке? — Ярослав внимательно посмотрел на него. Пришлось брать себя в руки, иначе вряд ли бы они договорили.
— Нормально, — Антон оттянул ворот пальто и глубоко вздохнул. — Мне звонил Вадим. Хотел встретиться и поговорить о сотрудничестве.
Едва он выпалил эти слова, как почти сразу пожалел о них: Паша замер, Ярослав прекратил рассматривать ногти. Мужчины превратились в мраморные статуи при упоминании того, кто стал причиной всех бед. Человека, посмевшего влезть в лоно семьи Канарейкиных ради банальной цели — мести. Пусть Вадим и прикрывался благородством, жаждал разоблачения преступников и без зазрения совести преступил букву закона.
Кто же виноват, что его подельники оказались не лучше, и теперь бывшему лучшему другу Антона грозило кое-что пострашнее тюрьмы?
— Нет, — отрезал Паша после недолгих раздумий.
— Пап, — начал Антон, но тот взмахнул рукой и прервал его.
— Никаких встреч, никаких свиданий под луной! — рявкнул он. — Ясно? Вадиму запрещено встречаться с тобой и подходить на расстояние меньше двух километров!
— С каких пор?
Антон моргнул, рядом встал Ярослав. Он почувствовал, как он аккуратно потянул его за рукав и заставил обратить на себя внимание. В бирюзовой глади отразилось сочувствие, потом печаль, которая привела в замешательство.
— Тошка, — мягко позвал Ярослав, — отец прав. Твое психическое после нападения оценивал психотерапевт. Если прямо, то оно очень далеко от нормального.
— Вы поэтому мне соврали? — сглотнул Антон.
— Вадим — болевая точка. Я не позволю тебе пройти весь ад снова. — решительно заявил Паша. — У меня достаточно влияния, чтобы кролику и его подельникам выдали запрет на любой контакт с членами наших семей.
— Пап, нельзя вечно держать детей в гнезде. Когда-нибудь придется столкнуться с реалиями мира. И лучше вместе, чем порознь. Ты не согласен?
По руке Антона скользнула ладонь Ярослава, затем он отступил и, проходя мимо Паши, похлопал того по плечу.
— Детишки растут слишком быстро, Кенар. Птенец скоро не только ростом тебя обгонит, но и в бизнесе. Жду не дождусь, когда вы будете рвать друг другу перья в борьбе за политический трон, — он подошел к тонированному автомобилю и распахнул дверцу под писк датчика безопасности бортового компьютера. — Пошевеливайтесь, воробушки. Хватит дешевых сцен и сопливых сантиментов, потешить комплексы всех домохозяек мира на телешоу мы еще успеем.
— Лучше бы я отпустил твою руку и дал упасть в сугроб сорок лет назад, — пробормотал Паша, и Антон хрюкнул от смеха в кулак.
— И сдох бы от скуки, — уверенно заявил Ярослав. — Никто не стал бы терпеть твой мерзкий характер столько лет. Киру и то доконал, аж на развод подала.
— Ты вообще официально мертв, а твоя жена ходит на свидание с Донским!
Антон заинтересованно склонил голову к плечу, когда Ярослав нахмурился.
— Я чего-то не знаю? — спросил он.
— Да, — едко ответил Ярослав. — Твой папаша-птах наконец-то признал свои чувства ко мне и решил избавиться от лишнего препятствия. Жди объявлений в прессе о союзе двух престарелых геев, судьба которых была статична, трагична и эпична.
Цокнув, Антон покачал головой и скрестил на груди руки. Ругань двух друзей, пусть и в момент серьезной опасности, немного сглаживала общее напряжение. Проблемы не вечны, счастье тоже — кроме бесконечных склок отца и его лучшего друга.
— Я попрошу Наташу и ребят проверить компьютер Насти удаленно, нужен лишь код для входа в систему администратора, — проговорил Антон, и Паша кивнул. — И с Вадимом увидеться надо, он лучше всех разбирается во взломах.
— Тогда я сам поеду, — стряхнув невидимую пылинку с пальто, спокойно сказал его отец. — Позже созвонимся, всю информацию получишь на электронную почту. Кире передам, что ты с Ярославом. Да она поди в курсе, иначе вряд ли вы бы приехали вместе.
Восхитившись находчивостью матери и познаниями отца о его контактных данных, Антон потер переносицу. Он ощущал, как неторопливо отступает пульсация в голове. Противный звон отступал, комната прекращала вращаться, да и стены больше не давили. Остальное он предпочел игнорировать, списав свое состояние на бесконечный стресс.
Вот закончатся проблемы, он обязательно сходит на терапию. Подлечит голову, так сказать.
— Поехали, Татошка, — указал на машину Ярослав. — Журналисты оккупировали здание, лучше им на глаза не попадаться. Камерами займутся другие люди.