Чтение онлайн

Вы не представляете, сколько версий я придумала за эти годы. В одной даже инопланетяне присутствовали. Моя любимая – о том, как мама теряет память, попадает в Ботсвану, работает там в заповеднике и спасает жирафов и слонов. Но боюсь, что реальность не освещает жаркое солнце Африки, там нет героических поступков и женщины с чарующей улыбкой, которая готова жертвовать собой ради животных, но, когда к ней вернётся память, она, забыв обо всем, будет добираться сквозь все невзгоды в родной Петербург.

Я села за синтезатор, начала играть что-то из репертуара Шопена и вернулась в мир своих африканских фантазий. Но сегодня что-то совсем не получалось сосредоточиться. Школьный психолог говорит, что в нашем возрасте уже не стоит придумывать свои воображаемые миры. Ей бы посетить хотя бы один урок обществознания, она бы по-другому заговорила. Там если не уйдешь мыслями куда-нибудь далеко, превратишься в безмозглого зомби. Наша учительница читает монотонным голосом с листка информацию, из которой мы должны выцепить хоть что-то дельное. Первый месяц мы старались, но в итоге сдались. Я не вижу ничего плохого, если иногда приукрашиваю свою скучную действительность. И я понимаю людей, которые идут в воспоминаниум. Они ищут вдохновение, а найти его сложно, это настоящее приключение.

Я вдохнула и посмотрела в окно на наш маленький двор-колодец, на грустные одинокие качели и на квартиру Распутина, в которой сейчас живёт милая семья с тремя детьми. Наше настоящее неразрывно связано с нашим прошлым. Поэтому, когда сейчас у тебя проблемы, возвращение в тогда может помочь. Главное – не утонуть. Я, кстати, не умею плавать.

***

Утром я была полна решимости. Еще никогда так бодро не собиралась в школу. На кухне меня ждала ежедневная записка от папы.

«Съесть кашу и выпить витамины. Хорошего дня и никакого кофе».

Одно время я частенько, порой даже слишком частенько, ходила в кофейню недалеко от дома, где заказ латте стал моим маленьким секретом. Но однажды меня там увидел брат и рассказал всё отцу. Меня ждала лекция о моем здоровье. В ней не было ничего нового, о вреде кофе для моего подрастающего организма я и сама догадывалась. Но ведь не всегда нам хочется вести себя правильно. Теперь о запрете на кофе папа напоминает мне каждый день. Приходится в той кофейне пить брусничный чай, который скорее дарит желание спать, чем бодрствовать. А что, если папа узнает, куда я сегодня собираюсь? Представляю его реакцию. Он никогда не кричит, но один его взгляд пугает лучше любого ора.

Я позавтракала, оделась во все чёрное, чтобы не выделяться в воспоминаниуме, схватила рюкзак и отправилась проваливать контрольную по математике. Осень ещё радовала теплом, она знает, что мне сейчас нужно побольше солнца. В целом в нашей школе отношение к воспоминаниумам отрицательное, нам выдавали брошюры об их вреде, что-то пыталась донести до нас психолог, но все это было неубедительно. Запомните, дорогие взрослые, чтобы привлечь внимание ребенка, нужно самому верить в свои слова. Только горящие глаза способны отвлечь нас от телефонов и вернуть веру в образование. В других случаях вы нас потеряете.

Из моего класса один мальчик постоянно ходит в воспоминаниум. Его зовут Ибрагим, и до недавних событий мы дружили. Не знаю, считает ли он еще меня своим другом. Очень на это надеюсь. Раньше мы могли болтать часами по телефону, гуляли в парке рядом со школой, но теперь… Год назад родители Ибрагима развелись, папа уехал в другой город, мама снова вышла замуж и родила еще одного ребенка. Отношения Ибрагима с отчимом не сложились с самого начала. Тот решил перевоспитать мальчика. Это было лишнее, потому что Ибрагим был хоть и вспыльчивым, но очень хорошим. Когда каждый день дома ты слышишь претензии и упрёки, тебе хочется перейти на тёмную сторону и начать бунтовать. Так и случилось. Ибрагим стал часто прогуливать школу, подружился с ребятами постарше, которые научили его курить и бить по ночам витрины в магазинах. А по утрам измученный и одинокий мой одноклассник ходит в воспоминаниум и смотрит на своих влюбленных родителей. Наша классная хоть и вяло, но пыталась исправить ситуацию, однако агрессивный отчим Ибрагима своими криками пугал всю школу. Поэтому вскоре попытки прекратились. Никто в классе не осуждает Ибрагима, я пыталась ему помочь, писала сообщения, звонила, караулила возле дома, но он отвернулся от всех и закрылся вместе со своими проблемами. Представляю, каких размеров дыра в его душе. Тут может помочь только любовь. Но как заставить в тринадцать лет своих родителей тебя любить?

– Зоя, дорогая, подожди.

Я обернулась, ко мне бежали мои подруги Ника и Вика. Мы познакомились ещё в детском саду. Я спокойно играла в песочнице, строила замок для своей куклы. Тут ко мне подошли две девочки, абсолютно одинаковые в одинаковых одеждах и синхронно предложили построить крепость, где бы мою куклу держал в плену их дракон. Огромную красного монстра с крутящейся головой они крепко держали в руках. Не помню, что тогда напугало меня больше: два абсолютно идентичных человека, одинаковая одежда, вплоть до носков, или жуткий дракон. От страха я замерла и не знала, что делать. А они сели рядом, начали играть с моей куклой и много щебетать о своей семье. С тех пор и дружим. Сестры и сейчас любят одинаково одеваться и синхронно разговаривать. Говорят, что близнецы по характеру отличаются друг от друга. Но Ника и Вика похожи во всём. Они обе отлично рисуют и мечтают стать художницами, спокойные, жизнерадостные и очень много разговаривают. Между ними существует такая гармония, что я не понимаю, зачем им нужна моя скромная персона.

– Готова к математике? – с безграничным оптимизмом в голосе спросили сестры.

– Сомневаюсь, – грустно сказала я

– Не волнуйся, мы постараемся тебе помочь, – Ника приобняла меня слева, Вика – справа, – а ты нам с биологией поможешь, идёт?

Я кивнула и улыбнулась. Друзья познаются в списывании. Я благодарна сёстрам за их дружбу. Их оптимизм и нежелание лезть к тебе в душу очень помогают в трудную минуту. Я не рассказывала им о моих планах, но они бы не стали меня отговаривать или осуждать. Надеюсь. Признаюсь, маленькая доля сомнения есть. Поэтому они меня поддержали только в моих фантазиях.

Мы потихоньку приближались к знакомому жёлтому зданию. Я начала искать в кармане пропуск. Наша школа не считается лучшей в районе. Я прекрасно знаю все ее минусы: постоянно сменяющиеся преподаватели, всеобщее равнодушие, неудобные парты, подгоревшая пицца в столовой и рваные маты в спортзале. Но для меня эта школа лучшая. У меня был маленький выбор: либо эта, либо та, где работает папа. Я готова на многое закрывать глаза, лишь бы не второй вариант. За глаза ученики называют папу Дракулой. Потому что он высасывает их них энергию, как вампир – кровь из своих жертв. Как вы думаете, жилось бы в той школе дочке Дракулы? Уж лучше терпеть подгоревшую пиццу.

Мы зашли в школу, быстро переоделись и отправились на математику. В нашей школе действует строгое правило. Мальчики сидят в классе только с девочками и в шахматном порядке. Таким образом школа пытается бороться со списыванием и ненужной болтовней. Нам, с одной стороны, повезло. Вика сидит впереди, а Ника – сзади. Но нам не очень повезло с соседями. Рядом с Викой в лучшие времена сидел Ибрагим, то есть прямо передо мной. Мы с ним всегда тайком умудрялись обсуждать результаты тестов и помогать друг другу. Ибрагим с удовольствием слушал Викины рассказы о художниках и актерах, а Вика пыталась понять, в какой Вселенной какие супергерои живут. Но теперь моя подруга грустит в одиночестве, а я глубоко вздыхаю, глядя на пустой стул.

У моего соседа красивая фамилия Вознесенский. Зовут его Виктор, но я редко обращаюсь к нему по имени, потому что мы практически не общаемся. Он в целом весьма недружелюбный тип. Одержим идеей стать миллионером, хочет поступить в самый престижный вуз страны и считает, что мы все ему мешаем. Любит вредничать, ябедничать и обзываться. Но со мной он ведёт себя вполне сносно. Однако о помощи или душевном разговоре речи не идёт. Больше всех не повезло Нике. Ее сосед Максим Макаров издевается над ней уже несколько лет, и с каждым годом его пакости становятся все обиднее. Он портит ее тетради и учебники, крадёт вещи, бьет и щипает исподтишка и говорит всякие гадости. Мама близняшек пыталась с этим бороться, Макарова отсадили, вместо него соседом Ники стал его друг Сидоров. И ничего не изменилось. Макаров уговорил товарища в таком же темпе отравлять жизнь моей подруги, как это делал он. И когда Ника начала жаловаться уже и на Сидорова, классная ей не поверила. Макарова вернули на место. Ника держалась стоически, мучитель понял, как сильна его жертва и пошел на крайние меры. Ника и Вика обожают вампиров. Они пересмотрели все возможные фильмы, прочитали все книги на данную тему и умоляют родителей свозить их на каникулах в Румынию. Да, знаю, вампиры уже не в моде, но нужно любить сердцем, а не по чье-то указке. Макаров начал систематически отпускать колкие комментарии по поводу вкусов Ники. Особенно грубо он отзывался о ее любимом фильме «Интервью с вампиром». Все гадости в свою сторону моя подруга выдерживала с достоинством, но оскорблений в адрес вампиров ее нервы не выдержали. В порыве ярости Ника укусила Макарова. Не в шею, хотя это было бы очень в тему. В руку. Ее отстранили от школы на две недели и заставили ходить к психологу. Так невиновную сделали виноватой из-за одного срыва. Вика без сестры находилась на грани отчаяния и наобещала Макарову вендетту. Максим пожаловался классной. И к психологу стали ходить уже обе сестры. После укуса Макаров вел себя прилежно до каникул, но в этом году с новыми силами начал свои мучения.