Чтение онлайн

– Да, – выдыхаю поспешно.

Поправляю едва заметные капроновые колготки, ещё раз сканирую своё лицо в зеркале и выбираюсь из убежища.

– Хорошо вам повеселиться, – говорит мама Льву.

Усаживается поудобнее и складывает руки на животе. Улыбается как-то с ностальгией, что ли.

Мельком смотрю на Демидова. Он подмигивает и наклоняется, чтобы поцеловать в щёку.

– Ты плакала? – хмурится.

– Нет, – мотаю головой. – Это лак. В глаз попал.

– Ой, это моя вина, – мама поднимается и заботливо приглаживает мне волосы. – Почему сразу не сказала, Мия?

– Всё нормально, – лепечу.

Они оба надо мной как курицы-наседки.

А мне… так хочется свободы.

Простора.

Хочется укрыться одеялом и зализать свои раны.

Хочется с сожалением вспоминать прозрачные глаза… И снова оплакивать мечты.

Выть - единственное желание...

Как-то так…

– Ты что-то сегодня заторможенная? – мама удивлённо вскидывает брови. – Как будто сонная.

– Мы рано проснулись, – вступает Лев, а я вспыхиваю, словно светофор запрещающим сигналом. – Поехали на медосмотр в студенческую поликлинику. Там успели постареть на пару лет в очереди.

Улыбаюсь сквозь силу.

– Ну не так уж и долго, – возражаю. – У меня был второй талон по времени.

– Это в лабораторию. А к психиатру, окулисту и наркологу мы сидели по полной.

– Я предлагала тебе забрать меня позже. Ты сам не захотел, – возмущаюсь.

Лёва обхватывает мою талию, коротко целует в губы…

При маме. Округляю глаза и слабо отодвигаюсь.

– Не хотел с тобой расставаться, – признаётся Демидов.

– Сегодня ночевать дома, – произносит мама с хитрым выражением лица.

– Мам, – пшикаю на неё. – Конечно.

Смотрю на неё возмущённо, но больше на себя обижаюсь и на свою глупость.

– Ой, молодёжь. Такая вы пара красивая. Глаз не отвести. Так бы и смотрела.

– Кстати, будет прямая трансляция в их официальной группе. А ещё будут выбирать Валентина с Валентиной.

– Это как?

– Западная мода, – закатывает Лёва глаза, освобождает мою талию и застёгивает пуговицы на чёрном пиджаке. – Просто самую влюблённую пару вечера выберут.

– Ого, – мама хлопает в ладоши. – Сейчас парней покормлю и пойду к отцу в кабинет смотреть, а там и он подъедет. Вместе взглянем.

– Может, не надо, – морщусь.

– Поезжайте уже. Вам необходимо примелькаться.

Понуро бреду за Демидовым и натягиваю сапоги с шубой.

Мама прислоняется плечом к дверному косяку. Осматриваю её с ног до головы. Врач рекомендовал лечь в больницу ещё на прошлой неделе. Папа настаивал, но спорить с мамой бесполезно. Сказала нет, значит точно не поедет.

Приближаюсь и обнимаю её.

Мамочка, если бы ты знала какая я дурочка у тебя! Если бы ты только знала… В душе снова стягиваются канаты.

– Веселись, Крошик, – шепчет мама мне на ухо. – Юные годы так скоро заканчиваются.

Киваю, пряча глаза, и выхожу на улицу.

До клуба доезжаем довольно быстро. Дороги пустые, снегопады наконец-то закончились. В воздухе отчётливо пахнет весной и надвигающимся потеплением.

– Как ты себя чувствуешь? – спрашивает Лёва, когда глушит двигатель.

Поворачивается и захватывает моё лицо в ладони.

– Не очень, – прикрываю глаза.

Я ненормальная.

Не-нор-маль-на-я! Клянусь Рыськой.

Почему я не остановила Мирона? Почему не накинула пальто и не выбежала за ним на улицу?

Почему я всё время хочу казаться хорошей? Делать всё так, как надо? Всем угождать?

Прав был Громов, детские мои чувства… Неосознанные. Поступков я совершать не умею. Нет, вернее я их совершаю. Порой страшные, неисправимые. Но на эмоциях, необдуманные.

Говорю же, ненормальная!

Встречая Лёвины холодные губы на своих горящих, резко возвращаюсь в настоящее. Словно электрошокером бьют, а потом из ведра ледяной водой окатывают.

Сердце бахает ракетными ударами. Вздрагиваю, широко распахивая глаза.

Отстраняюсь от его лица сама.

– Пойдём? – захватываю маленькую сумочку с колен.

– Ну, пошли.

В клубе ровно столько же людей, как и в Новый год. Оставляем верхнюю одежду в гардеробе и поднимаемся по винтовой лестнице на второй этаж.

Первыми кого вижу – Валеева с Задорожной. Сидят за барной стойкой. Вдвоём. Заметив меня, нервничают, но взгляда не отводят.

Это делаю я… Сама…

– Наш столик там, – кивает Лёва вправо. – Пойдём.

Хватает меня за руку, которая тут же просится на свободу. Закусываю с силой губу и терплю.

Демидов воспитанно отодвигает стул и помогает мне усесться.

Озираюсь с интересом по сторонам.

Флешбеками новогодний вечер всплывает. Прошло всего чуть менее двух месяцев, а столько событий случилось, что дух захватывает.

Пока я предаюсь воспоминаниям, ведущий делает объявление:

– Сегодня вечером мы будем искать среди студентов нашего университета Валентина и его Валентину. Кроме того, выберем самую яркую пару, самую стильную и влюблённую. Номинация будет присуждаться путем голосования. Возле сцены располагается урна, – в зале слышен дикий хохот.

– С прахом? – орут парни с задних столиков.

Усмехаюсь.

Вот дураки, а.

Демидов морщится. Ну что за человек. Даже не улыбнётся.

– Также здесь есть записки и ручки, – невозмутимо продолжает ведущий. – Голосуем за понравившуюся вам пару.

– Ты будешь вино? – спрашивает Лёва, рассматривая страницы меню.

– Не больше бокала красного, – киваю.

Неожиданно чувствую, что сзади кто-то обнимает и прикрывает ладонями глаза. По ощущениям руки мелкие, значит, девушка.

– Энж? – спрашиваю.

– Сама ты Энж, – взвизгивает Юлька. – Это я.

Разводит руками.

Разглядываю её «потрясный» внешний вид и у меня челюсть отваливается. Она что из дома в так вышла?

– Класс, да? – спрашивает Юлька весело, ведя ладонью по впалому животу. – Платье подруга дала. Я у неё сегодня ночую. Папа разрешил, прикинь?

Хохочет.

Лёва сжимает скулы, кажется, злится, при этом равнодушно отворачивается.

– А здесь ты как оказалась?

– С подругой и пришла. Мы вон там сидим, – кивает в сторону випок.