Моя попытка прожить жизнь Бессмертного Даоса V
Шрифт:
В течение недели мы не спеша отдалялись от Великих Карповых Озер, хоть их громада была до сих пор видна издалека. Слишком уж огромным было настоящее тело Бай-Гу. Интересно, она смотрит на нас, или где-то есть предел и ее Восприятия? Впрочем, восприятие подобного существа, наверное, едва ли не вся Поднебесная.
Я вздохнул и сделал шаг вперед.
Шаг…
Именно из шагов складывается путь, а путь и есть Дао.
Значит, именно сейчас я и иду своим Дао, какое бы оно ни было. Там, в Пустоте, когда я спас одного из Святых, ставших Пустотником, я ощутил его особенно остро. Я понял в чем состоит мое Дао — стать Путем для других. Стать больше, чем Дао.
Когда ты в Пустоте, не остается ничего, кроме тебя самого. Ничего не отвлекает.
В душе у меня были те шаги, которые мне оставили Святые, чьи следы я сумел восстановить и вернуть им целостность. Я ощущал их. И, пожалуй, черепаха была права: рано или поздно они, и память о них, будут мне мешать.
— Ван! — воскликнул вынырнувший из реки Лянг. Большой, черный, блестящий, теперь он напоминал нечто среднее между карпом и драконом. Карпом, которому оставался всего один шаг до того, чтобы не превратиться в нечто большее.
— Что?
— Я кое-что нашел, — слегка обеспокоенно сказал Лянг.
Конечно же, всё это время карп рыскал в речном дне, пытаясь отыскать что-нибудь мало-мальски ценное, но, к моему удивлению, ничего не находил. И судя по тому, что в его голосе не было радости и хвастовства, ничего ценного он не нашел.
— Показывай, — вздохнул я.
— Нет, спускайся сюда, —настоял карп.
Я взглянул на отвесный берег, с которого до воды было метра три и прыгнул в реку.
Раз уж Лянг просит, то, наверное, дело серьезное.
Я нырнул в реку, сделал пару гребков и быстро встал на нее с помощью шагов Святого.
— Туда! — показал Лянг и я заскользил по воде.
Лисы бежали за мной наперегонки.
Наверное, минут десять в таком быстром темпе мы двигались по реке под обрывом. Ландшафт над рекой менялся: иногда он был каменистым, а в других местах рыхлым, земляным, а потом снова возвращались какие-нибудь скальные породы. Сейчас же река потекла в оковах очень плотной, почти каменной земли серого цвета.
— Это тут! — вынырнул Лянг.
Я стоял на воде и мне нужно было нырять, чтобы понять зачем меня позвал Лянг. В реку вел тоннель. Вот только он был буквально заткнут огромной каменной затычкой с изображением карпа. Я подобрался к этому «стоку» поближе и, прикоснувшись рукой, сразу понял, что это не простой камень, а зачарованный. Что-то вроде огромного артефакта.
Итак…кто-то «заткнул» тоннель, ведущий по земле в реку, причем затычкой с изображением карпа.
— Мы должны пройти туда. — решительно заявил Лянг.
— Куда? — удивленно переспросил я.
— Туда, куда ведет этот проход…я ощущаю что-то знакомое оттуда…
Лисы застыли наверху.
— Ну что там, Ван?
Я вздохнул.
— Тут? — Тут будет небольшое изменение нашего пути.
Честно говоря, мне и самому стало интересно, что это за «затычка» и что это за тоннель.
— Я в кувшин. — сказал Лянг и, уменьшившись, прыгнул в кувшин, который тут же поймал его.
Ли Бо, что думаешь? — спросил я, — Догадываешься, зачем тут эта затычка?
«Полагаю…» — задумчиво сказал Бессмертный, — «Чтобы ничто и никто по тоннелю не попал в Желтую Реку».
Я покачал головой. Те же мысли посетили и меня, и, видимо, Лянга.
????
Мы шли поверху. По земле. Лянг каким-то образом ощущал направление подземного тоннеля и… вел нас, говоря куда идти, вправо или влево. Мы немного отдалились от Желтой Реки: тоннель уводил куда-то в сторону высоких холмов. В некоторых местах было даже видно, где именно проходит тоннель, по вспучившейся сверху земле.
Всё это мне уже совсем не нравилось, а еще больше не понравилось, когда я увидел, что наш путь уводит в немного заболоченную низину между двух холмов.
Когда мы прошли мимо холмов и опустились в низину, то увидели каменные ступени, уводящие вниз в огромную воронку. Не сразу до меня дошло, что это высохшее озеро.
Мы медленно шагали по ступеням. Лянг молчал, а лисы были осторожнее обычного.
Место было нехорошее… Я бы даже сказал, мстительное. Не злое, а именно мстительное. Шаг за шагом мы спускались в эту «воронку», в центре которой стоял большой каменный храм, вырезанный в цельном куске скалы.
Сорок ступеней вниз — и мы очутились на дне, на ровной каменной дорожке, занесенной высохшим илом.
Воронка была огромная, наверное, тысячи метров в диаметре, и со всех сторон к ней вели тоннели. И вот с этой стороны они не были запечатаны. Значит, запечатаны только выходы, раз тут нет никаких затычек.
Хорошо, а куда тогда ведут остальные тоннели? Судя по направлениям — куда-то в другие стороны от Желтой Реки.
— Это храм… Ван… — тихо и как-то зло сказал Лянг, — Я слышу их…
Я еще раз взглянул на храм, вершина которого была в форме раскрытого лотоса. Колонны его были рыбьи тела, выгнутые в стремительном прыжке, а у входа стояли две статуи: изваяния карпов, застывших в вечном прыжке к небу.
— А нам точно нужно туда? — с легким страхом в голосе спросила Хрули.
— Точно. — отрезал Лянг, — Ван, давай… Я уже чувствую… Но хочу это видеть…
Я не знаю, что чувствовал он, но я чувствовал печаль.
Мы двинулись вперед. Я не ощущал опасности от этого места, но за четки ухватился. На всякий случай.
Перед входом в храм мы остановились. Вверху была надпись:
«Храм карпов, не достигших Врат Дракона».
А внизу короткая надпись, добавленная после:
«В память о мальках».
— Это… — хотела спросить Джинг, но Лянг не дал ей договорить.
— Это храм…храм в память о тех, кто не доплыл.
Он говорил с такой тишиной в голосе, что даже Ли Бо воздержался от комментариев. Я ощутил, как внутри что-то дрогнуло.
Стараясь не нарушать тишину этого места, я шагнул внутрь и очутился в большом зале. Стены его были сделаны в виде тысяч и тысяч каменных чешуек.