Чтение онлайн

— Нет, не могу. Я на работе.

Великолепно. И это говорит моя сестра, та самая, которой я так гордилась и которой я нашла работу!

— Не могла бы ты сказать, что тебе нужно уйти по делу?

— Нет, Сьюзи, я не могу этого сделать, — сказала Синди холодно. — Что, если Майкл узнает, что я была там?

— Ладно, ты права, — ответила я. — Мне пора собираться. У меня нет ключей от твоей квартиры, поэтому, думаю, мне придется свалить все в твоем коридоре.

— Извини, Сьюзи, мне надо идти. Идет Боб Голдман.

Я спустилась по лестнице с Брэндоном на руках, молясь Господу, чтобы не увидеть Джуди. В кухне сидели Кармен и ее бой-френд.

— Ты не присмотришь за Брэндоном? — спросила я. — Мне придется уйти прямо сейчас, а он сегодня еще не завтракал.

— Да, я знаю. Я слышала, — сказала она. — Давай мне малыша. Не беспокойся, я покормлю его.

У меня перехватило горло, больше я не могла говорить.

— Спасибо тебе, — это все, что я смогла прошептать.

Я поспешила наверх. Как я собираюсь упаковываться? Коробок у меня нет, зато есть много вещей. Что, если бы моя сестра не жила так близко? Куда бы я пошла?

Мне потребовалось почти четыре часа, чтобы сложить в мешки для мусора (дешевые, а не те, которые использовались для утрамбовки мусора, конечно) все мои пожитки. Несколько раз я доверху загружала свою «селику» и катила к квартире Синди, а затем обратно.

Перед последней поездкой я на прощание крепко обняла Кармен. И попросила ее передать мой горячий привет Делме; к сожалению, это был ее выходной день. Мы обе плакали.

— Мне так жаль, — сказала Кармен. — Ты же знаешь, какие они.

Аманда и Джошуа сидели за обеденным столом, поедая хлопья и смотря телевизор. Я присела на корточки сначала рядом с Амандой.

— Солнышко, мне нужно уходить, но ты можешь звонить мне в любое время, — сказала я, надеясь, что смогу говорить ровным спокойным голосом. — Я оставила номер телефона моей сестры Делме и Кармен, и если ты захочешь поговорить со мной, звони в любое время.

— Куда ты уходишь? — спросила она, широко открыв глаза.

— Теперь я буду жить со своей сестрой, — ответила я.

— Почему? Почему ты уходишь?

Я растерялась. Что могла бы я сказать четырехлетней девочке, чтобы она поняла?

— А я знаю, что ты уезжаешь, — заметил Джошуа. — Мама сказала мне, что отец в бешенстве из-за тебя.

Я проигнорировала его слова. Я обнимала девочку так долго, пока она позволяла это, потом я сделала заход на кухню, чтобы еще раз обнять Брэндона. А затем встала лицом к лицу с Джошуа, обняла его и сказала, что мне жаль покидать его. Он не обнял меня в ответ. Мне было грустно, но я не была удивлена.

Майкл и Джуди просто не понимают этого. Они не представляют, как это может отразиться на Брэндоне. Я была первой, кто заботился о нем больше года; и вот однажды он проснется, а меня нет. До этой минуты я не понимала, как это ужасно — оставлять детей. Нам об этом не рассказывали. Я испытывала ужасное чувство утраты, как будто покидала свою собственную семью.

В дни, последовавшие после моего изгнания, первое оцепенение сменилось беспокойством. Я знала, что сильно досадила Майклу и Джуди, и мысль о его угрозе, что я никогда больше не буду работать в этом городе, не оставляла меня. О, какая я глупая! Станет ли Майкл на самом деле тратить свое драгоценное время, отвечая на звонки какой-нибудь случайной мамочки-домохозяйки, скажем, из Санта-Моники, желающей навести справки о его бывшей няньке?

А вдруг самый занятой человек в Лос-Анджелесе действительно всерьез озабочен перспективами моей работы? Я была хорошо наслышана о том, как Майкл ведет дела. О том, что он всегда добивается желаемого, что не приемлет ответа «нет» и никогда не прощает тех, кто им недоволен. Это могло привести к плачевным последствиям. Я была больше чем наполовину уверена, что он не собирался оставлять в покое маленькую девчонку из захолустья, посмевшую ответить ему «нет», не удостоверившись, что она в полной мере испытала на себе все последствия своего поступка.

Однако я опередила его, позвонив в агентство и поговорив с женщиной, которая ранее предполагала, что я «делаю из мухи слона», опасаясь гнева моего работодателя. Она обрадовалась, услышав, что я свободна («большое количество вакансий для специалиста вашего уровня!»), и записала меня на собеседование уже на следующий день.

Там я узнала, что родители, ищущие няню, создали себе имя, придумав «Больших девочек» [98] . Мама, которая была беременна, сразу же вспомнила мое имя.

— О, я уже слышала о вас, Сьюзи.

«Ага».

— О, правда?

— Да, вы та великолепная няня, — сказала она ласково. — Та самая, которая поставила диагноз «менингит» младшему сыну Майкла Овитца.

«Простите?»

Есть очень немногое, чего не хватает Голливуду. Например, уважения к достоверности, которая бы сделала эту историю гораздо менее интересной.

— Ах это. На самом деле я не ставила ему диагноз. Фактически…

— Да. Майкл наш агент, — перебила она, лучезарно улыбаясь своему мужу. На ее лице было написано: «Это великолепно. Майкл всегда окружает себя всем самым лучшим, таким образом, эта девушка должна быть непревзойденной».

К моему большому огорчению, все было совсем не так замечательно. Они не только были клиентами Майкла, но и жили неподалеку. Всего в десяти домах от моей бывшей резиденции. Спрашивается, какова была вероятность подобного совпадения в таком мегаполисе, как Лос-Анджелес?

— Расскажите нам о себе, — продолжала моя потенциальная хозяйка.

Я что-то нерешительно пробормотала. «Зачем утруждаться? Вы не возьмете меня на работу, после того как мистер Суперагент отдаст вам указание».

Я знала, Майкл запретит им брать меня на работу, но не могла представить себе, какие возможные объяснения этому он может привести. Возможно, то, что я уволилась, едва получив рождественскую премию. Конечно, он всегда может рассказать о том случае, когда он почти перенес публичное оскорбление, увидев меня обрядившейся в то отвратительное обмундирование для поездки. Однако шутки в сторону, что еще могло бы быть?

Я постаралась думать о чем-нибудь хорошем, и финальная часть собеседования прошла благополучно. Могу сказать, что я им понравилась. Они провели для меня экскурсию по своему элегантному дому, который был упомянут в «Архитектурном дайджесте». А затем показали комнату, где я буду жить. Провожая меня до автомобиля, оба улыбались и сказали, что уверены — я прекрасно впишусь в их семью.