Чтение онлайн

Ощущение, что у него желание совсем не пропадает.

И я нимфоманкой становлюсь рядом с ним, никаких афродизиаков не нужно.

— У тебя есть зарядка? — нахожу свой телефон в сумочке, спасаясь от парня бегством. — Мне бы хоть на пару процентов зарядить.

— На все сто можешь, я же сказал, что не собираюсь тебя отпускать. Ты мне обещала глинтвейн. А свои обещания, Эль, выполнять нужно.

Киваю, едва сдерживая улыбку.

Обещала.

И уезжать совсем не хочется. Хотя ведь после таких случайностей, обычно, сбегают сразу после случившегося. А Белый даже не намекает, что мне пора. Сам оставляет, никуда не отпуская.

А я остаюсь, направляясь к холодильнику.

Тут уютно, хотя типичная холостяцкая берлога. Тарелки в раковине, разводы на плите. Пару бумажек от конфет в уголку за кофемашиной.

Нахожу открытое вино, достаю пробку. Пахнет нормально, поэтому выливаю в небольшую кастрюлю. Смешиваю виноградный сок и вино, добавляю туда фрукты.

Чувствую себя хозяйкой на чужой кухне.

И это кажется правильным.

— У тебя около пятидесяти пропущенных, — оглядываюсь на Белого, который без стеснения листает уведомления на моём телефоне. — От какого-то Саши. Парень твой?

— Бывший.

Звонил значит. Ну ладно, пускай звонит, мне не жалко.

Может, ему номер Насти подсказать?

А то мальчик скучает, две девушки от него вместе сбежали.

Насте, наверное, отписать нужно. Чтобы не теряла меня. Она же не виновата, что Саша — мудак. И что брат у неё тоже мудак, без границ в алкоголе.

Решил, что я с ним должна уйти. Говорил и за Белого много чего, и за меня. Извинялся за слова, пытался наладить контакт. Но мне хотелось сбежать скорее из клуба и от странной семейки.

— Ему же хуже, — парень прижимается ко мне, его руки замком сжимаются на моём животе. — Пахнет вкусно.

— Ещё бы корицу найти. У тебя есть?

— Я о тебе говорил, паучок.

Наклоняю голову, чтобы волосы прикрыли лицо. Такое приятно слышать, чёрт возьми. Хотя я только гелем для душа воспользовалась, с кофейным запахом. И его шампунем.

Белый убирает пряди на одну сторону, чтобы без проблем коснуться моей шеи. И плеч, которые теперь полностью в его доступе.

Внизу живота скручивается горячий узел, реагируя на каждое движение. Приятным ожиданием разливается по венам.

— Так скажешь, как тебя зовут на самом деле?

— Я же сказал, что для друзей — Белый.

— А ещё говорил, что мы больше, чем друзья.

Очевидно, раз губы до сих пор покалывает от его поцелуев. А между ног едва заметно тянет.

Напоминает, чем мы тут занимались.

И что ещё произойдёт.

— Говорил. Не сбежишь до утра — узнаешь имя. Считай это мотивацией оставаться.

У меня этой мотивации — выше крыши.

Сам парень, который прижимается, без перестану.

И те сантиметров двадцать, что ниже пояса. Тоже весомый аргумент.

— Даже фамилию не скажешь?

— А уже примерять хочешь?

Белый беззастенчиво смеётся, отодвигаясь. Достаёт бокалы с верхней полки, протягивает мне черпачок, которым удобно разливать алкоголь.

— Белаш, — отвечает, хотя я уже не жду. — Удар на первый слог.

Что-то царапает в голове, знакомое.

Но все догадки рассыпаются, когда парень отворачивается спиной. Могу без утайки рассмотреть его. Накачанную спину. Даже она у парня красивая. С рельефом, очерченными изгибами.

И маленькой чёрной точкой.

Под правой лопаткой, словно начинал делать тату, но остановился.

— А это что значит? — касаюсь пальцами точки, очерчиваю. — Тоже о глупостях?

— Что-то вроде. Начал бить, а после понял, что эскиз мне не нравится. Вот пока думаю, что там сделать.

— Ты обещал рассказать, что значит это, — опять касаюсь его шеи. Вывожу линии, повторяя рисунок. — Когда будем у тебя дома. Мы здесь, и мне всё ещё интересно.

— Расскажу. Позже.

Белый сжимает мои плечи, толкает в сторону дивана. Так просто и легко, отточенным движением. А я поддаюсь, без желания спорить.

— Глинтвейн…

— Очень горячий, Эль. А мы пока можем скоротать время. Пока он остынет.

Глава 13

Эрик

За окном медленно светлеет, небо слабо-розовое, беззвучно работает телевизор, мы лежим.

С пола поднимаю бокал, разливаю остатки глинтвейна.

Запах специй забивает ноздри, это непривычно и приятно, максимум, что в этой квартире готовили девушки — заваривали лапшу.

— Чему улыбаешься? — Эля переворачивается на живот.

— Тому, что ты здесь.

Короткое полотенце задирается, взглядом впиваюсь в голые покрасневшие ягодицы и гашу рык.

Ещё решит, что я маньяк. Я и сам себе удивляюсь, обычно после тренировок или игр как выжатый лимон, сил хватает, чтобы пропустить пару бокалов и доползти до кровати, а тут ночь уже кончилась, а голод не прошел.

— Кстати, лимон, — встаю с дивана. — Добавим в последние порции?

— М-м, — по этому мычанию как-то сразу определяю, что она морщится.

Оглядываюсь — так и есть, на лице гримаска.

— Не любишь лимоны? — открываю холодильник. — Апельсины же ешь.

— А лимоны терпеть не могу, — она вытягивается на диване. Снова переворачивается, смотрит в потолок. — Ещё когда в школе училась — прочитала в одной статье. Что лимонная корка отбеливает зубы.

— И как, помогло? — режу лимон, кошусь на нее.

— Не знаю, — она смеётся. — Я стерла эмаль, и потом от него зубы ломило. С тех пор лимоны не ем.

— А я наоборот, везде добавляю, — закидываюсь долькой, и рот стягивает от кислого сока. Передёргиваю плечами.

Обожаю это дело.

— Теперь целоваться со мной не будешь? — иду обратно.

— Похоже, что нет.

Качаю головой.

Смешная девчонка.

Бухаюсь к ней в постель, притягиваю к себе.

Волосы почти высохли, перебираю чуть влажные пряди. Они моим шампунем пахнут, у нас один на двоих запах.

Опираюсь на локоть, смотрю на нее.

— Долго с тем Сашей встречались?

— Неважно, — она отмахивается.

— А зачем ты в клуб пошла с этой, очкастой, у которой губы на поллица? Если застукала их?