Чтение онлайн

Это была её ошибка.

Тан Тан улыбнулась, прищурилась и поприветствовала малыша, старательно льстя ему: «Мой невероятно замечательный и красивый Бао Бао, мама пришла забрать тебя».

К сожалению, этот малыш был не падок на лесть, его губы были плотно сжаты, а на пухлом личике, всегда сияющем улыбкой, теперь красовалось бесстрастное выражение, как у Цзи Яна.

Какой ужас, кажется, он действительно разозлился.

Чтобы успокоить малыша, Тан Тан применила все свои кулинарные навыки. Блюда, которые она приготовила на ужин, были его самыми любимыми. Стол просто ломился от мясных блюд.

«Давай, Бао Бао, съешь кисло-сладкие свиные ребрышки, которые приготовила твоя мама. Вот, этот кусочек самый вкусный». Тан Тан положила самый большой кусочек мяса в тарелку Сяо Чжо, пытаясь заставить его улыбнуться.

В обычное время Сяо Чжо с удовольствием открыл бы рот и съел его, а потом бы мило поблагодарил свою маму, но сегодня малыш был не в настроении. Даже его любимые ребрышки не вызывали у него интереса. Вместо этого он взял палочки и положил в рот овощи: «Я хочу похудеть, я не могу есть мясо».

Обычно малыш не признавался, что он толстый, не говоря уже о том, что его трудно было заставить похудеть, но теперь ему даже похудение было по душе.

Она совершила тяжкий грех.

Тан Тан быстро бросилась на кухню, чтобы приготовить для малыша пирог с кокосовым молоком. За ужином Сяо Чжо почти ничего не съел, и она боялась, что он был голоден.

Цзи Ян подошел к ней сзади, обняв её за талию и опустив подбородок ей на плечо, и стал наблюдать за её работой.

Тан Тан немного смутилась: «Ох, что ты делаешь, дети же рядом играют».

Цзи Ян слегка улыбнулся: «Цзи Сяо Чжо не станет входить. Разве он сейчас не злится?»

Тан Тан покраснела и ухмыльнулась: «Ты ещё спрашиваешь, это всё из-за тебя. Бао Бао разозлился, потому что я снова спала с тобой. Мне нужно было прокрасться обратно утром, чтобы малыш не застал нас вместе».

Цзи Ян чуть сильнее обнял Тан Тан за талию: «Почему ты не можешь быть со мной? Где это видано, чтобы жена кралась, чтобы её не застали вместе с мужем».

Цзи Ян ласково называл Тан Тан «женой», из-за чего она почувствовала себя счастливой. Она тихо и нежно прошептала ему в ответ: «Бао Бао ещё маленький, дети часто ревнуют и не хотят, чтобы кто-то крал у них маму. Нужно немного подождать, он подрастёт, и станет более понимающим».

Тан Тан понимала поведение малыша, потому что сама была такой в детстве. Она ревновала свою няню к другим детям. Она боялась, что та будет любить других больше. В глубине души она хотела быть единственной, кого любит её няня.

Цзи Ян фыркнул: «Не думаю, что дело в этом. Этот парень не такой уж узколобый. Насколько я могу понять, у него должна быть какая-то другая причина».

«А?» — Тан Тан в замешательстве повернулась к нему. — «Что ты имеешь в виду? Есть какая-то другая причина?»

Цзи Ян воспользовался возможностью и поцеловал Тан Тан в губы: «Я не знаю, о чём думает Сяо Чжо. Нужно спросить у него».

Тан Тан почувствовала, что с прошлой ночи Цзи Ян сильно изменился. Раньше он вёл себя сдержано, а теперь открыто целовал и обнимал её, вынуждая её смущаться. Оказывается, Цзи Юэ была права: если мужчина ведет себя серьёзно, это лишь показывает, что ты ему неинтересна.

Цзи Юэ не обманула её.

Тан Тан очень боялась, что он снова придет и украдёт её сегодня вечером. Цзи Сяо Чжо и так был в плохом настроении, в таком случае она не сможет вернуть его расположение к себе. Тан Тан могла лишь сердито посмотреть на Цзи Яна и сказать: «Сегодня вечером я должна успокоить Бао Бао. Если ты снова придёшь сегодня вечером, и заберешь меня к себе, всё станет ещё хуже».

«Не хочешь видеть меня сегодня вечером?» — спросил Цзи Ян, и в его тоне слышалось недовольство.

«Это не так! Я хочу успокоить Бао Бао. Нам нужно немного подождать, пока он не успокоится, хорошо? Ты же его отец, просто уступи ему немного».

Цзи Ян задумался, а потом вдруг указал на её губы и жестом попросил её поцеловать себя.

Лицо Тан Тан покраснело, но, чтобы уговорить Цзи Яна не приходить за ней сегодня вечером, ей пришлось побороть своё смущение и поцеловать его в губы, но в следующую секунду она быстро отстранилась от него.

«Ладно, я всё компенсировала, ты не должен приходить сегодня вечером».

Угрюмое настроение Цзи Яна сменилось нескрываемой радостью, которую можно было прочитать в его взгляде.

Разобравшись со взрослым, Тан Тан принялась за ребенка и отнесла свежеиспечённый пирог с кокосовым молоком прямо в спальню к малышу.

«Бао Бао ~ Бао Бао, скорее посмотри, этот пирог с кокосовым молоком мама приготовила специально для тебя. Он сладкий и вкусный, попробуй его».

Цзи Сяо Чжо отвернулся и, не обращая на неё внимания, тихо сказал: «Я не хочу есть, я хочу похудеть».

Тан Тан подошла к нему и развернула Сяо Чжо к себе: «Ерунда, мой Бао Бао такой красивый, зачем ему худеть? Тебе не нужно худеть, ты и так самый красивый!»

Малыш фыркнул и по-прежнему не смотрел в сторону сладкой и вкусной выпечки.

Тан Тан отложила выпечку, взяла Сяо Чжо на руки и поцеловала его: «Ох, Бао Бао, мама была неправа! Мама просит у тебя прощения, хорошо? Мама обещает, что не будет обращать внимания на папу сегодня вечером. Я просто останусь с тобой, когда ты заснешь, так что не сердись~»

Малыш пару раз дёрнулся, но так и не смог вырваться из её объятий. Он нахмурился и замер, ему было лень ей отвечать.

Тан Тан воспользовалась шансом, она тут же отломила кусочек пирога и положила его в рот малышу. «Бао Бао, ты же мужчина, как ты можешь вести себя как девочка? Ты же человек широких взглядов, верно?»

Неизвестно, то ли пирог было слишком вкусным, то ли слова Тан Тан — слишком сладкими, но малыш моргнул и глубоко вздохнул. У него было такое выражение на лице, словно ему ничего не оставалось, кроме как сдаться, и сказал: «Ну хорошо. Я готов закрыть на это глаза, но в следующий раз ты не должна так поступать!»

Малыш наконец-то смягчился!

Тан Тан тут же дала клятву: «Мама обещает не совершать ошибок, пожалуйста, Бао Бао, поверь мне!»

Цзи Сяо Чжо удовлетворённо кивнул, и его взгляд переместился на оставшийся пирог.

Тан Тан тут же отправила кусочек пирога в своих руках ему в рот, а затем отдала ему всю тарелку: «Бао Бао, быстрее съешь его, это будет значить, что ты прощаешь маму. Тогда мама больше не будет переживать».

Сяо Чжо съел целую тарелку пирога за десять минут, чтобы показать, что он простил свою маму.