Чтение онлайн

«Агат» — первый серийный универсальный 8-разрядный советский персональный компьютер, был разработан в 1981-1983 гг. Производился он с 1984 по 1990 гг. Лианозовским электромеханическим заводом (а также Волжским и Загорским заводами). Известнейший «школьный компьютер», на нем обучались вплоть до 2001 года.

Существовали специализированные кооперативы, выпускавшие модели и варианты польских «ZX Spectrum» — компьютеров, популярных в конце 80-х. Эти «артели» удовлетворяли спрос наших голодных до всего нового, еще тогда, советских «юзеров». Появилось много умельцев, собиравших собственное «железо», из всего, что можно было раздобыть на первых, открывшихся в Москве рынках радиоэлектроники. Все отлично работало, усовершенствовалось, и в итоге, из этих первопроходцев сформировалась нынешняя отечественная IT элита, сливки компьютерного дизайна, PR-щики знаменитые теперь уже во всем мире.

. И еще одно направление. В конце 80-ых — начале 90-ых годов созданы некоммерческие компьютерные сети, крупнейшей из которых явилась ФИДО. Программа, позволяющая без особого труда обмениваться электронными посланиями, была придумана в 1984 году лос-анджелесским программистом Томмасом Дженингсом, и после этого количество узлов стало расти в геометрической прогрессии.

Особый разговор о неформалах тех лет.

Неформальные движения молодежи времен Перестройки, так называемая «третья волна». Первая приходится на начало ХХ века — бойскаутские движения, вторая волна — включает в себя период между гражданской и второй мировой войнами — создание на основе самоуправления пионерии. Началом молодежной «самодеятельности» можно считать 1986 год: существование неформальных групп признано официально. В средства массовой информации хлынули материалы о хиппи, панках, рокерах. Тема неформалитета становится основной сенсацией 1986-1987 гг. Открытие для взрослой части населения этой «новой» реальности вызвало шок, и возмущение. Отличительной чертой «третьей волны» становится тенденция к агрессивной эпатажности. Это новая субкультура, объединила неформальные течения в некую единую неформальную среду, сохраняющую основные элементы субкультуры прошлых групп. Но если контркультурные и эпатажно-агрессивные движения — самые заметные («райские птицы индустриального общества»), то важнейшей содержательной характеристикой «третьей волны» является активное развитие социальной и политической самодеятельности. К концу 1988 года стало ясно, что движение становится не столько молодежным, сколько поливозрастным. Доминировать в нем начинают те, кому за тридцать, иными словами, не пожилые, но и уже не юные люди. Много было споров о сходстве и различии андеграунда и КСП (клуб самодеятельной песни). Действительно, КСП-шники 70-ых — 80-ых и такие команды, как «Наутилус помпилиус», «Кино», «Алиса», «ДДТ» пытались донести до аудитории примерно одно и тоже, только по-разному. Их стиль был рассчитан на разную по своему психологическому складу молодежь. Одним более романтичными казались леса и кухни, другим подвалы. А такие фигуры, как Александр Башлачев, Андрей Макаревич, Владимир Высоцкий и некоторые другие могут быть отнесены как к одним, так и к другим.

1

Новый год мы встречали, как всегда у меня дома, правда, из-за стоящего посреди комнаты рояля, было негде повернуться. Собрались все те же малолетки, правда, их стало еще больше. Эти полгода, рояль у меня служил и музыкальным инструментом и столом и полкой для всякой всячины. Сейчас это была бы раритетная вещь и стоила бы возможно сумасшедшие деньги, но кто задумывается о будущем в двадцать один год. Вот и я выкинул его вскоре на помойку у нашего дома, ни сколько не жалея.

Телевизор «Рекорд» у меня был взят в пункте проката и стоял уже не первый год. Старый телевизор «Рубин 102», который мы привезли с собой из Славянки, я давно уже разобрал на радиодетали.

Там же, в прокате, я взял и печатную машинку, так как мы с Робертом Поповым, решили сделать какой-нибудь колпинский самиздатовский журнальчик про музыкальную жизнь в городе.

Вообще, ателье проката, того времени, это была хорошая вещь. Берешь на год-два, все что нужно: телевизор, холодильник, стиральную машину, печатную машинку и прочие вещи. Даже костюмы или платья к свадьбе можно было взять и платишь за это копейки. Удобно и практично! Мы с Робертом и Мишей Огурцовым засели за первый номер нашего будущего издания. Печатали состав и краткое описание колпинских начинающих рок-групп, вклеивали по возможности туда фотографии. Когда первый номер был готов, мы его размножили на ксероксе, — примерно 20 экземпляров и раздали друзьям-музыкантам. Какое-то время они ходили по рукам колпинской рок-тусовки, а потом куда-то пропали. Второй номер мы так и не выпустили, но привозили из Питерского рок-клуба самиздатовские журналы о питерской рок-тусовке.

Как-то на рынке, возле станции, я купил черно-белого крысенка, назвал его Борька, а вскоре, купил ему там же белую подружку Маню, и они начали очень быстро размножаться. И тут я вдруг подумал: раз я играю в рок-группе, почему бы мне не сделать для себя супер-пупер прикид.

Мое воспаленное воображение нарисовало мне куртку из крысиных шкурок с бахромой на рукавах и понизу из… крысиных хвостов! А что? Идея интересная! Как раз в духе хард-рока. Дело оставалось за малым, — развести необходимое количество крыс!

Я взялся за дело со свойственным мне энтузиазмом. Заказал себе в стеклорезке толстое витринное стекло два на два метра, а может и не заказал, а украл где-то… сейчас и не вспомнить, и сделал под это стекло деревянный террариум, шириной 50 см и, соответственно в высоту и в длину по 2 метра, установив его в прихожей. Занял он всю стену от входной двери, до двери в мою комнату. Внутри, всякие крысиные домики построил, переходы и лесенки от домика к домику, свет сделал, — лампу дневного света повесил внутри. И вот, наконец, устроил своей парочке крыс Борьке с Манькой, и уже народившимся у них деткам, праздничный переезд в их новую квартиру. Для них это наверно был целый город, и они там здорово стали жить. Как говорится, стали жить поживать, все отходы подъедать и… быстро-быстро размножаться! Ведь новое поколение крыс, их деток, начинало плодиться тоже буквально уже через месяц-другой, а там и их детки подрастали.

К середине лета, крыс разных возрастов, было у меня уже больше сорока штук! Причем на руки я брал, да и таскал везде с собой в кармане только Борьку. Он был ручной, не кусался, сам ко мне на плечо залезал из кармана и сидел там, пока я гулял. Остальные крысы росли дикими, не приученными к рукам, и если я чуть зазеваюсь, когда кормил их, так и норовили за палец кусить. А зубы у них острые, как бритвы. Кроме всего прочего, запашек в квартире стал, мягко говоря, не очень приятным, а чистить террариум дикие твари, конечно же мне не давали.

Тут выяснилось еще и то, что убить их я просто не смогу. По складу характера я вообще мягкий человек и тем более абсолютно всех животных люблю. Для меня нет разницы, паук это, змея, крыса, кошка. О собаках я вообще молчу, — это мои любимые животные. Мне гораздо проще было-бы грохнуть какого-нибудь поддонка из людского племени, чем обидеть какое-то животное. Вот так крысы у меня и жили полгода, пока однажды, когда я смылся на два месяца из дома в славный город Одессу (об этом путешествии расскажу чуть позже), моя мама не выдержала и не унесла их всех в парк, за улицу Раумскую, поближе к только что построенному рынку. Так мы с мамой, дали жизнь новой популяции животных: домашние белые и черные крысы, искусственно одичавшие. Наверно на рынке после этого жилось не сладко, но об этом я тогда не думал.

2

В нашей стране во всю уже шла перестройка, многие начинали свой бизнес, открывались кооперативы. По всему Колпино тут и там, в помещениях общежитий, в мало-мальски пригодных небольших залах, открывались видеосалоны, в ларьках, которые появились на всех перекрестках, стали давать напрокат видеокассеты, записывали на заказ аудиокассеты. Теперь любой человек, у кого был видеомагнитофон и телевизор, мог открыть свой видеосалон. Причем вся налоговая пошлина была поначалу, чисто на доверии: хозяин видеосалона просто вел тетрадочку, куда записывал, сколько билетов продано на тот, или иной сеанс. А написать он там мог, все что угодно… Жизнь начиналась довольно интересная.

Мы, теперь, вместо того, чтобы сидеть у меня дома и смотреть взятый на прокат видеомагнитофон, всей компанией частенько вечерами шли в какой-нибудь видеосалон, которых в Колпино становилось с каждым днем все больше. Но чаще всего шли в наш видеосалон, который открыли в круглом актовом зале, здания библиотеки, что недавно было построено, при выходе из нашего двора на перекрестке ул. Веры Слуцкой и бульвара Трудящихся. Порой смотрели по несколько фильмов подряд. Зал там был довольно большой, полукруглый. На сцене, перед зрительскими местами, стояли на столах два телевизора, подключенных к видику.

Только появились в прокате такие фильмы как «Пятница 13-е», «Кошмар на улице Вязов», «Фантазм» и много-много других. Для нас и вообще для всей советской молодежи того времени фильмы ужасов были открытием, так как до этого, мы и представления не имели, что это такое. Мы знали лишь один фильм ужасов, и тот, советского производства — «Вий». Но конечно с зарубежными ужастиками его было не сравнить. Мы с друзьями стали просто фанатами этого жанра, коим я остаюсь и до сих пор!

С момента знакомства прошлой осенью со своими новыми друзьями, я постепенно и сам снова начал жить, как до нашей с Ольгой свадьбы. Полная свобода желаний и возможностей.