Чтение онлайн

— Уже нет, — печально вздохнул Оспа. — У них, вон, новый предводитель.

Мимо как раз в очередной раз пронёсся колобок и следующий за ним хвост сусликов с накачанными ногами.

— Чёпа, вернись! — на весь лес проревел Михаэль. — Как же Монстровидение?

Но Чёпа уже умчался, закладывая очередной вираж.

— Куда же он? — только развёл руками оборотень.

— Да не переживай, — махнул рукой Оспа. — Сейчас круг сделает и вернётся. Они уже час так бегают. Лучше встань вон там, — крыс указал лапкой на протоптанную и прокатанную тропинку. — Как раз поймаешь своего колобка.

Михаэль занял стратегическую позицию, расставил лапы пошире и замер в ожидании. Впрочем, возвращения колобка долго ждать не пришлось. Подпрыгнув на очередной кочке, Чёпа угодил прямо в лапы к медведю.

— Мир для эфира! Сыр для зефира! — пропел колобок.

— Сыр! Сыр! Сыр! — подхватило сусликовое войско, но подумав, добавило. — Зефир! Зефир! Зефир! — несмотря на то, что зефира они никогда не пробовали, слово им понравилось, скандировать удобно и звучит красиво.

Михаэль со своим звериным слухом без труда разобрал в скандировании тоненьких голосков слово «сыр». Но всё равно ничего не понял. Суслики окружили оборотня и теперь водили вокруг него хоровод, как вокруг ёлки.

— Э… чего они хотят? — поинтересовался Михаэль. — Мне что их на Монстровидение массовкой брать?

— Тут такое дело, — почесал макушку Оспа. — Я их за сыром посылал. А они, вон, колобка принесли. Ну, или колобок их принёс, уже не суть. Круглый, жёлтый, вот и перепутали. Это ж, суслики, что с них взять? Но если хочешь с собой взять, то бери. Меняю ополчение на сыр покилограмно. Натуробмен, так сказать.

— И им ещё сыром платить? Да где ж я столько сыра возьму? — возмутился Михаэль.

— А дома ты уже весь сыр съел, — напомнила крысёнышу Блоди. — Откуда взять новому? В магазинах света нет, весь испортился.

— Тогда никакого вам солдата из леса на халяву, — немного помявшись, согласился Оспа. — Я вам говорю, в супермаркет идти надо, — это он уже к сусликам обратился. — Города захватывать, инфраструктуру. А вы всё по лесу кругами бегаете. Ну, откуда тут зефир появится? В лесу-то! Вы не слушайте самого кругломордого. Он вам наговорит!

Но суслики уже не слушали Оспу. Они не сводили глаз со своего нового кумира Чёпы и готовы были следовать за ним хоть на край света, хоть до супермаркета.

— Чёпа, ну, хоть ты их вразуми, — обратился Михаэль к колобку, который вполне уютно чувствовал себя в медвежьих лапах и больше предводительствовать не собирался. — Они ж мне проходу не дают. Отправь их уже в… супермаркет, — и махнул лапой в сторону леса.

Но колобку даже не пришлось командовать. Речь Михаэля так впечатлила сусликов, что единичный взмах когтистой лапы указал направление. Суслики сразу поняли, им туда и надо. И помчались в магазин.

Едва толпа удалилась, в лесу вдруг стало очень тихо. Будто все звуки сусликам принадлежали. А теперь они их с собой и забрали.

— Вот и всё, — Михаэль крепко держал колобка двумя лапами, чтобы не укатился. Но в то же время бережно, чтобы повидло не потекло. Этот баланс между физическим и психологическим насилием такой тонкий и хрупкий. Удержать и не раздавить. А то вместо колобка можно и блинчик получить, ежели переусердствуешь. А до масленицы ещё далеко.

Обратный путь был проще, если знать направление. А как его тут узнаешь? Из-за деревьев, которые в последние дни разрослись непомерно, даже солнца не видно. Хотя, может, то просто не взошло ещё. А мох разросся по всем сторонам деревьев так, будто компаса никогда не видал и не знал, что ему только с северной стороны расти полагается. Ну, да что со мха-то возьмёшь? Учебников по природоведению он не читал, откуда ж ему знать, с какой стороны расти? Вот и раскинулся, где пришлось вопреки всем писаным правилам.

Вообще, сложно с этой природой. Сколько ни изучай, а ведёт она себя как вздумается. То суслики заговорят, то колобки заведутся. И хорошо, что Михаэль никаким учёным не был, а был простым оборотнем. И всё воспринимал как должное. А человек науки давно бы с ума спрыгнул, если б только мрачновский лес увидел. Потому что точно бы знал, такого быть не может только потому, что быть такого не может никогда. А вот Михаэлю всё нормально. Потому что он и сам до недавнего времени ни в какие нормы не вписывался. И даже в его существование мало кто верил.

Но стоит отдать ему должное, оборотень хорошо ориентировался в лесу. Не нужны медведю никакие стороны свет типа того севера или юга, когда есть нос. Он быстро отыскал дорогу к дому, но едва дошёл до забора, как понял, что всё-таки пришёл не туда.

— Странно, — произнесла Блоди. — Забор как бы и наш. А как бы и нет. От нашего то дымом не пахло. Может, дети решили сами завтрак приготовить?

— Кажется, этот завтрак немного подгорел, — ещё раз принюхавшись, ответил Михаэль. — А, может, много.

Глава 23

По солнцу, звездам и навигатору

В отличие от белки, которая по мановению руки Лотты, превратилась в летучую, вампирэссы преодолеть стриженные кустарники никак не могли.

Лотта несколько раз попыталась пробить изгородь с разбегу, но отскакивала от плотно сросшихся кустарников, как мячик.

Уже совсем рассвело, и можно было бы заметить, что вдоль кустов тянется тропа. Но вампирэссы её упорно не замечали. Они не привыкли обходить трудности, а всегда пёрли напролом. Но в этот раз пролом никак не удавался.

— А давай ты превратишься в летучую мышь, а я тебя перекину, — предложила Иветта.

Шар-Лотте идея понравилась. Она быстро обратилась летучей мышкой и плюхнулась в руки сестре. И та одним махом перекинула Лотту через изгородь.

— А я? — запоздало спохватилась Иветта. Она даже подпрыгнула, размахивая руками, но те совсем не годились для полёта.

Лотта, оказавшись по ту сторону преграды, вновь приняла привычную форму.

— Веточка, я найду выход и вернусь за тобой! — крикнула она сестре и двинулась по узкой тропе, по обеим сторонам которой высились непролазные кустарники.

На поворотах ей приходилось протискиваться боком, так как лабиринт не был рассчитан на её габариты. Но Лотта уверенно прорывалась вперёд, несмотря ни на что. Ни на овощи, что прыгали по кустам, ни даже на садово-огородное чудище, только что поглотившее садовника. Взгляд её был устремлён только вперёд. Только к цели.

— А это ещё что? — удивлённо воскликнула Агата, заметив, как дрожат стриженные кустарники.