Чтение онлайн

От запястий до локтей у меня было два разных крыла. На правой руке перья были длинными и изящными. На левой они были короче и прочнее, но более рельефными. В основном они были черными, но светло-оранжевый и желтый придавали им колорит.

— Что они означают? — спросил он.

— Ничего. — Я пожала плечами. — Я знаю, все ожидают, что каждая из моих татуировок будет иметь какой-то глубокий смысл. Но мне понравилось оформление. Достаточно, чтобы видеть это на своей коже каждый день до конца моей жизни.

Уайлдер кивнул, его взгляд скользнул по другим татуировкам на моих руках. Множество цветов. Бабочка. Изящный череп и череда падающих звезд.

— Говорить, что я нашла себя в Европе — банально. Но это правда. Я обесцветила волосы, потому что всегда хотела попробовать блонд. Я обрела собственное чувство стиля. Я повзрослела. Я стала… собой.

Я нравилась себе.

— Мои родители и Дэнни были в шоке, когда я приехала домой на Рождество в тот год. Я пробыла дома всего несколько дней, но, если бы я осталась подольше, думаю, они бы вмешались. Но я устала пытаться соответствовать их шаблону.

— Значит, ты создала свой собственный.

— Да. Именно это я и сделала.

Он уставился на меня так же пристально, как до этого смотрел на окна. Казалось, если бы он смотрел достаточно долго, то понял бы меня.

Я хвалила его за старание. Моя семья не делала даже этого.

Меня нервировало, что эти темные, непроницаемые глаза смотрят на меня, поэтому я сосредоточилась на своей пицце, доедая последние несколько кусочков.

— С какими брендами ты работаешь? — спросил он.

— В основном, мода и красота. У меня есть менеджер, который занимается заключением сделок и контрактов. Мне повезло, что сейчас я могу публиковать посты о брендах, которые мне нравились до того, как я начала все это. Вначале я не могла позволить себе роскошь быть такой разборчивой, какой могу быть сейчас.

Бывали дни, когда я щипала себя, чтобы убедиться, что это правда.

— Я знаю, что это временно. Социальные сети — непостоянный мир. Мой стиль подходит не всем, но мне повезло, что многим он нравится. Поэтому я извлекаю выгоду, пока могу. У меня нет иллюзий, что это будет долгосрочная карьера. Когда-нибудь моя внешность изменится и привлекательность исчезнет. На данный момент я в тренде. И меня это устраивает. Когда придет время двигаться дальше, я буду двигаться дальше.

Когда я подняла глаза, лицо Уайлдера было выжидающим. Оно было таким же напряженным, таким же непроницаемым, как и раньше.

Но его рука больше не лежала на спинке дивана. Он не отстранился от меня так далеко, как только мог. Он слегка подвинулся, пока мы не оказались ближе друг к другу, чем друг от друга.

Его взгляд опустился на впадинку у моего горла. На цветы, вытатуированные у меня на плече, которые распускались прямо над сердцем.

— А у тебя есть какие-нибудь? — спросила я.

Он поднял взгляд и с трудом сглотнул.

— Что?

— Татуировки. У тебя есть какие-нибудь?

— Нет.

— Ты когда-нибудь хотел ее? — спросила я, придвигаясь ближе. У меня даже не было выбора. Он просто притягивал меня к центральной линии дивана.

Но при моем движении его внимание переключилось. Он отвернулся к окну, слегка покачав головой. Затем он исчез, словно размытое пятно, смахнув с кофейного столика тарелку и стакан.

Он допил остатки виски и направился на кухню. Затем, когда его тарелка и стакан оказались в посудомоечной машине, он направился в коридор, ведущий в его спальню.

Я вздохнула, поднимая бутылку виски. Что ж, он продержался дольше, чем я ожидала.

— Спокойной ночи, Уайлдер Эбботт.

Едва слышно он пробормотал:

— Спокойной ночи, Айрис Монро.

Уайлдер

— Доброе утро. — Я вздрогнул, услышав голос Айрис, стоявшей у кофейника.

Я никогда не встречал человека, который мог бы двигаться так тихо. А может, я просто слишком привык к подросткам, которые только и умеют, что шуметь.

— Доброе утро, — говоря это, я оглянулся через плечо, а затем внимательно посмотрел на нее.

Ее волосы были собраны в неряшливый узел, который косо лежал на макушке. Ее лицо было чистым, без косметики, и на переносице выделялась россыпь веснушек.

На ней была футболка, которая подчеркивала ее хрупкую фигуру. Материала было достаточно, чтобы соорудить из него палатку для мужчины среднего роста, а подол доходил ей до середины бедра. И еще эти ноги. Эта футболка прикрывала больше, чем шорты, которые я видел на ней, но, черт возьми, в ней она выглядела горячо. Безусловно, это была самая сексуальная вещь, которую я когда-либо видел на ней.

Надевала ли она ее прошлой ночью в постель? Мысленный образ ее в этой футболке в гостевой спальне был таким четким, что мой член набух, а во рту пересохло.

Черт возьми. Я снова повернулся лицом к стойке, дыша через нос и призывая на помощь все свое самообладание, чтобы держать свое тело в узде.

Айрис прожила у меня неделю, и легче не становилось. Предполагалось, что станет легче. Когда же?

— Кофе? — спросил я сквозь стиснутые зубы.

— Попозже.

— Ты рано встала.

Она фыркнула.

— Не говори так раздраженно.

— Я не раздражен.

Я был раздражен.

Каждый день на этой неделе Айрис спала, когда я вставал и уходил на работу. Это давало мне передышку и тишину, которую я предпочитал по утрам.

Я достал из шкафчика дорожную кружку и перелил кофе из одной чашки в другую. Закрыв ее крышкой, я кивнул Айрис и направился к двери, не позволяя своему взгляду снова опуститься на ее идеальные ноги.

— Хорошего дня, — крикнула она.

Я поднял кружку в воздух и, схватив рюкзак, перекинул его через плечо, выбегая на улицу. Слава богу, я уже собрал свой ланч.

Утренний воздух был прохладным и бодрящим, в нем витал запах росы и мокрой травы. Я вдохнул его, позволяя своему бешено колотящемуся сердцу успокоиться.

Черт, это должно было прекратиться. Когда же это прекратиться? Она была сестрой Дэнни. Она была под запретом. Но сколько бы раз я ни напоминал себе об этом, мое тело, похоже, не переставало хотеть ее.