Чтение онлайн

А потом она сбежала к темному краю лесов, оставив всех в Береговой линии, чтобы связаться с несколькими другими важными для нее вещами:

Своими родителями. Келли. И Предвестниками.

Она ждала вечера, чтобы позвонить домой. По четвергам ее мама отсутствует, играя в маджонг у соседей, а ее папа должен пойти в местный кинотеатр смотреть Атлантскую оперу в прямом эфире. Она сможет пообщаться с их голосами на десятилетней давности автоответчике, сможет оставить тридцатисекундное сообщение о том, как она долго упрашивала мистера Коула отпустить ее домой на День благодарения, и что она очень их любит.

Келли не собиралась отпускать ее так легко.

— Я думала, что ты можешь звонить только по средам, — снова сказала Келли. Люси совсем забыла про строгую политику звонков в Мече и Кресте. — Первое время я не строила планов на среду, дожидаясь твоего звонка, — продолжала Келли. — Но через некоторое время, перестала. Неважно, как ты раздобыла телефон?

— И это все? — спросила Люси. — Как я раздобыла телефон? Ты на меня не злишься?

Келли вздохнула. — Знаешь, я думала, что буду злиться. Я даже разыгрывала эту сцену в уме. Но тогда мы обе проиграем. — Она остановилась. — Все дело в том, что я скучаю по тебе, Люси. Поэтому я решила, зачем напрасно терять время?

— Спасибо, — выдохнула Люси, близка к тому, чтобы заплакать. — Ну, что у тебя нового?

— А — а. Я буду вести эту беседу. Это твое наказание за то, что ты выпала из моего поля зрения. И я хочу знать следующее: Что происходит у тебя с тем парнем? Мне кажется, его имя начинается на "К"?

— Кэм. — Люси застонала. Кэм был последним парнем, о котором она говорила с Келли? — Он оказался не тем… не тем человеком, как я думала. — Она остановилась на секунду. — Я встречаюсь кое с кем другим теперь, и все действительно… — Она подумала о просветленном лице Даниэля, о том, как оно потемнело во время их последней встречи за ее окном.

А потом она подумала о Майлзе. Душевный, надежный, очаровательно недраматичный Майлз, который пригласил ее в дом своих родителей на День благодарения. Который заказывал огурцы на свои гамбургеры в столовой, зная, что не любит их, только для того, чтобы собрать их и отдать Люси. Который поднимал голову, когда смеялся, так, что она могла видеть искры в его глазах, скрытых под Доджерской кепкой.

— Все хорошо, — сказала она в конце концов. — Мы часто встречаемся.

— О, переходишь от одного мальчика реформаторской школы к другому. Живая мечта, не так ли? Но это звучит серьезно, слышу по голосу. Вы собираетесь провести вместе День благодарения? Приведешь его домой, чтобы вызвать гнев Гарри? Ха!

— Мм… да, возможно, — промямлила Люси. Она не была уверена, о ком говорила, о Даниэле или о Майлзе.

— Мои родители настаивают на большем семейном сборище в Детройте в эти выходные, — сказала Келли, — которое я бойкотирую. Я хотела приехать в гости, но подозреваю, что ты будешь заперта в своем реформгородке. — Она замолчала, и Люси представила ее, свернувшейся на своей кровати в общежитии в Дувре. Казалось, Люси была в той школе в прошлой жизни. Столько всего произошло. — Если соберешься домой и притащишь с собой парня из реформ — школы, дай мне знать.

— Хорошо, но Келли –

Слова Люси были прерваны визгом.

— Так уже все решено? Представь: Целую неделю мы будем валяться на твоей кушетке, нагоняя упущенное время! Я приготовлю свой знаменитый золотистый попкорн, чтобы скоротать скучный просмотр слайдов, который устроит твой отец. И твой безумный пудель будет вести себя, как озверелый…

Люси, вообще-то, никогда не была в особняке Келли в Филадельфии, как и Келли в ее доме в Джорджии. Они обе только видели фото. Визит Келли был бы кстати, это было то, в чем Люси сейчас нуждалась. Но это было невозможно.

— Я прямо сейчас поищу рейс.

— Келли…

— Я напишу тебе по электронке, хорошо? — Келли отключилась прежде, чем Люси успела ответить.

Это было не хорошо. Люси захлопнула телефон. Она не должна была чувствовать будто Кэлли пыталась насильно пригласить себя на День Благодарения. Она должна радоваться тому, что ее подруга все еще хочет ее видеть. Но, она чувствовала себя бесполезной, скучающей по дому и виноватой за все свое вранье.

Было ли это реально быть просто нормальной и счастливой? Что на земле или за ее пределами, могло бы заставить Люси довольствоваться своей жизнью, как например довольствовался Майлс? Ее мысли вращались вокруг Даниэля. И она знала ответ. Единственный способ снова стать беспечной — это никогда не встречать Дэниэла. Никогда не знать, что такое настоящая любовь.

Что-то зашелестело в верхушках деревьев. Холодный ветер коснулся ее кожи. Она специально не концентрировалась на Предвестнике, но она поняла, — тоже, что Стивен говорил ей — что ее желание получить ответ призвало тень.

Но не одну.

Она вздрогнула, посмотрев на переплетение ветвей. Сотни скрывающихся, темных, дурно пахнущих теней.

Они слились воедино на высоких ветвях секвойи прямо над ее головой. Будто кто-то в облаках опрокинул огромный пузырек с чернилами, которые разлились по всему небу и стекали сенью деревьев, окровавливаясь одну ветку за другой, пока весь лес не покрылся мраком. Сперва, это было практически нереально разобрать, где одна тень останавливалась и начиналась другая, какие тени были настоящими, а какие были Предвестниками.

Но, вскоре, они начали превращаться и стали более ясными — сначала хитро, словно незаметно они перемещались в сумерках — затем, смелее.

Они освободились от веток, к которым были прицеплены, дергая свои усики из темноты все ниже и ниже, ближе к голове Люси. Призывая или угрожая ей? Она собралась с духом, но не могла дышать. Их было слишком много. Это было чересчур. Она затаила дыхание, стараясь не паниковать, заранее зная, что было слишком поздно.

Она побежала.

Направилась на юг, обратно в общежитие. Но, закрученная черная пучина на верхушках деревьев передвигались вместе с ней, шипя среди нижних веток секвойи, приближаясь все ближе. Она чувствовала их ледяные покалывания на своих плечах. Она завизжала, когда они нащупали ее, и стала смахивать их со своих голых рук.

Она поменяла курс, развернувшись в противоположном направлении, направляясь в домик Нефилимов на север. Она могла найти Майлза или Шелби или Франческу. Но Предвестники не дали ей уйти. Тут же они скользнули вперед, возвышаясь перед ней, глотая свет и преграждая ей дорогу к домику. Их шипение заглушило потрескивание костра Нефилимов, отдаляя друзей Люси подальше от нее.

Люси заставила себя остановиться и отдышаться. Она знала о Предвестниках больше, чем когда-либо. Ей следует меньше бояться их. В чем была ее проблема? Может, она знала, что была ближе к чему-то, к воспоминанию или информации, которая изменила бы ее жизнь. И ее отношения с Даниэлем. Правда была в том, что она не боялась Предвестников, она боялась увидеть то, что она могла увидеть в них.

Или услышать.

Стивен упомянул вчера о том, что можно отключать шум Дикторов, наконец-то до нее дошло — она может слушать свои прошлые жизни. Она может пропустить ненужное и сфокусироваться на том, что она хочет знать. Что ей нужно знать. Стивен должно быть хотел дать ей ключ к разгадке, зная, что она послушается и применит свои новые знания к Предвестникам.

Она повернулась и вступила в темное уединение деревьев. Свистящие звуки Предвестников стихли и успокоились.

Темнота под ветками поглотила ее в холодный и торфяной запах гнилых листьев. В сумерках, Предвестники поползли вперед, покрывая туманом все вокруг нее, замаскировывая себя среди настоящих теней. Некоторые из них двигались быстро и чопорно, как солдаты, другие с проворной грацией. Люси было интересно, является ли их вид отображением информации, которую они содержали.