Мучение
Шрифт:
— Он хочет, чтобы я это сделала, — она сказала вслух. — Я могу это сделать. Я могу спасти ее. Я могу спасти свою жизнь.
Она откинулась слегка назад, а затем потянула ее тело в Предвестника.
Там светило солнце, так ярко, что она вынуждена была закрыть глаза, и было так тепло, что ее кожа тут же покрылась потом. И противная сила тяжести, давящая и переворачивающая, как при глубоком погружении. Через секунду она начала падать.
Только что-то ухватилось за ее левую лодыжку. И правую. Это что-то тянуло Люси со всей силой назад.
— Нет! — Люси закричала, потому что она могла видеть сейчас, могла видеть ниже желтый взрыв в воде. Слишком яркий, чтобы быть верхом от ее купальника. Давно ли Люси уже горела?
Потом все исчезло.
Люси была грубо отдернута обратно в холодный, мутный лес с ветвями секвойи за общежитием Береговой линией. Ее кожа была холодной и липкой, она упала прямо лицом в грязь, в красные колючие ветки. Она перевернулась и увидела две фигуры напротив нее, но ее голова кружилось так сильно, что она даже не смогла распознать их.
— Я подумала, что найду тебя здесь.
Шелби. Люси потрясла головой и моргнула несколько раз. Не только Шебли, но Майлз тоже. Оба выглядели измученными. Люси была измучена. Она посмотрела на свои часы и не удивилась, увидев как долго она провела времени с Предвестниками. Было начало второго утра. Что Шелби и Майлз все еще делали тут?
— Ч — что… что ты пыталась сд…, — Майлз стал заикаться, указывая на место где были Предвестники. Она посмотрела через плечо.
Он раскололся на мелкие иглы, достаточно хрупкие для того, чтобы превратиться в пепел.
— Кажется, меня сейчас стошнит, — промычала Люси, переворачиваясь на бок и отползая к ближайшему дереву. Она подождала немного, тошнота прошла. Люси закрыла глаза, испытывая глубокое чувство вины. Она оказалась слишком слаба и слишком медлительна, чтобы спасти себя прежнюю.
Прохладная рука коснулась ее и убрала короткие светлые волосы с ее лица. Люси увидела Шелби в свободных штанах для занятий йогой и сандалиях и почувствовала прилив благодарности.
— Спасибо, — сказала она. Прошло много времени, прежде чем она вытерла рот и неуверенно встала на ноги.
— Ты злишься на меня?
— Что? Злюсь? Я горжусь тобой. Ты справилась с ними. Зачем тебе раньше нужен был кто-то вроде меня? — Шелби пожала одним плечом.
— Шелби, –
— Нет, я скажу, зачем я была нужна тебе, — выговорила Шелби. — Чтобы удержать тебя от катастроф, в которые ты почти себя втянула только что! Волей-неволей, хочу сказать. Что ты пыталась сделать? Тебе известно, что происходит с людьми, которые проходят через Предвестников?
Люси покачала головой.
— Мне тем более, но я сомневаюсь, что это мило!
— Ты должна знать, что делаешь, — вдруг сказал Майлз позади них. Его лицо было бледнее, чем обычно. Люси действительно его потрясла.
— О, и я предполагаю, ты знаешь, что делаешь? — сказала Шелби с вызовом.
— Нет, — промямлил он. — Но однажды летом мои родители заставили меня помогать одному пожилому ангелу, который знал, как, понятно? — Он повернулся к Люси. — И то, как ты делала это? Не было даже близко похоже. Ты очень напугала меня Люси.
— Мне жаль. — Люси вздрогнула. Шелби и Майлз вели себя так, будто она предала их, придя сюда одна. — Я думала, что вы, ребята, пошли к костру за домиком.
— Мы думали, что ты пошла, — парировала Шелби. — Мы были там недолго, но потом Жасмин начала плакать из-за того, что исчезла Доун, и преподаватели вели себя странно, особенно, когда поняли, что ты тоже пропала, итак, вечеринка не удалась. Поэтому я намекнула Майлзу, что у меня есть идея о том, где ты можешь быть, и что я сваливаю тебя искать и вдруг этот Мистер Суперклей –
— Погоди, — прервала ее Люси. — Доун пропала?
— Вероятно, нет, — ответил Майлз. — То есть, я хочу сказать, ты же знаешь ее и Жасмин. Они такие легкомысленные.
— Но это была ее вечеринка, — сказала Люси. — Она не могла пропустить свою вечеринку.
— Тоже самое пыталась сказать Жасмин, — ответил Майлз. — Она не вернулась в комнату прошлой ночью, и не была в столовой этим утром, в итоге Франческа и Стивен велели нам всем возвращаться в общежитие, но –
— Даю двадцатку, что Доун развлекается с каким-нибудь итальяшкой не Нефом где-нибудь неподалеку в лесах. — Шелби закатила глаза.
— Нет. — У Люси было нехорошее предчувствие. Доун была так взволнована из-за вечеринки у костра. Она заказала футболки в интернете, хотя думала, что ни за что не сможет заставить надеть их студентов — Нефилимов. Она не могла просто исчезнуть — только не по своей воле. — Как давно она пропала?
Когда они втроем вышли из леса, Люси была более чем потрясена всем этим. И не только тем, что случилось с Доун. Она была потрясена тому, что увидела в Предвестнике. Наблюдать собственную смерть так близко было мучительно, и это было впервые. Даниэль, с другой стороны, видел это сотни раз. Только теперь она поняла, почему он был так холоден с ней, когда впервые встретил: чтобы спасти их обоих от болезненного прохождения через еще одну ужасную смерть. Действительность тяжелого положения Даниэля начала сокрушать ее, и она отчаянно захотела увидеть его.
Пересекая лужайку перед общежитием, Люси вынуждена была прикрыть глаза. Мощные фонари неслись по университетскому городку. Недалеко гудел вертолет, его прожектор, прослеживающий береговую линию, двигался взад и вперед по пляжу. Широкая цепочка мужчин в темной униформе шла от домика Нефилимов по направлению к столовой, осматривая землю.
Майлз сказал, — Это стандартное формирование поисковой группы. Образовать линию и не пропустить ни дюйма поверхности.
— О, Боже, — прошептала Люси.
— Она действительно пропала. — Вздрогнула Шелби. — Плохая карма.
Люси бросилась в сторону домика Нефилимов. Майлс и Шелби последовали за ней. Путь, который был украшен цветами, в дневном свете смотрелся привлекательно, но теперь, он, казалось, был поглощен мраком. Впереди них, костер уже превратился в тлеющие угли, но свет исходил от домика, освещались оба этажа и все вокруг. Большое треугольное здание сверкало, и смотрелось пугающе в темную ночь.
Люси видела испуганные лица многих Нефилимов, которые сидели на скамейках вокруг террасы. Жасмин плакала, она сильно натянула красную вязанную шапку на голову, крепко держа за руку Лилит для поддержки, в то время как двое полицейских с блокнотами стали засыпать их вопросами. Сердце Люси сжалось. Она знала, как ужасен бывает этот процесс.