Чтение онлайн

А в это время, наши пытались активно использовать фланги, раз за разом запуская скоростных «крайков» Билялетдинова и Аршавин, чтобы получить от них толковый навес или прострел на форвардов. Однако, французы все эти попытки пресекали на корню. Жирков с фланга сместился в центр и от души с тридцати метров приложился по мячу, который полетел прямо в руки Бартеза. Но даже за эту неудачную попытку Юра удостаивается аплодисментов от российских болельщиков. Если аплодировать больше некому и нечему, то пусть ему хотя бы за смелость достанутся. Ведь теоретически мог в ворота и попасть. Мой друг только открыл и закрыл рот. Видимо, хотел какую-то «гадость» сказать.

На двадцать второй минуте Зидан пасом на ход вывел Анри один на один с Акинфеевым. Но француз довольно неудачно обработал мяч и сделал прострел вдоль вратарской. К мячу банально никто не успел и Вася Березуцкий, не видя, что творится за спиной, от греха подальше, выбил его в аут. Я вздохнул. Проваливается наша оборона. Если и дальше будем так играть, то «лягушатники» в скором времени нам точно «закинут» гол в ворота. К Сёмину у бровки уже и Долматов подошёл. Понимают мужики, что это не есть хорошо. Видать, вместе веселей «думу думать».

Спустя пять минут, метрах в тридцати от ворот Бартеза, на Смертине сфолил Вийера. К мячу подошёл Алдонин и «набросил» в штрафную. Французы слаженно принялись оформлять искусственный офсайд, однако, на дальней штанге, как на грех, откровенно «заснул» Макелеле. В результате чего, получился выход Аршавина и Лёши Березуцкого на одинокого Бартеза. Сперва мяч, после удара «Шавы», угодил в правую штангу, а затем, младший Березуцкий с четырех метров пробил по отскочившему мячу выше ворот. После чего Лёша схватился руками за голову. Эх, братец, да как так можно-то! Стопроцентный голевой момент был! Забей сейчас наш защитник, и игра пошла бы совсем по другому сценарию.

— Пиз…ц! То есть, обалдеть… — пробормотал Дюша, хватаясь за бутылку воды, запить стресс. — Саня, я не могу на это смотреть без слёз.

Я лишь вздохнул.

— Радуйся, что мы в числе запасных, а то так же, как и парни, позорились бы сейчас перед своими болельщиками.

А вот Юрий Павлович, в отличие от Дюхи, в матах себя не сдерживал. Потом подошёл к скамейке, взял бутылку с водой и, отпив почти половину содержимого, хряснул бутылкой об землю. А после ещё и пнул от всей души. Эх, хорошо полетела! В перерыве наш главный тренер, наверняка, первым делом выкурит взатяг пару-тройку сигарет, ну, а потом пойдёт учить «детей» играть в футбол. Что удивительно, Александр Генрихович всё это время внешне был спокоен. Он сидел, закинув нога на ногу. Только вот его брови были сведены к переносице, на скулах играли желваки, а губы так плотно сжаты, что даже побелели слегка. Он изредка бросал на меня весьма выразительные взгляды, а я в ответ лишь слегка улыбался, давая ему понять: «А что я могу сделать? Вы сами меня в запасных заявили, поэтому, чего расстраиваться?».

Через три минуты мы провалились в центре поля. Анри, обыграв технично Васю Березуцкого и опередив его брата, отдал в центр на Зинедина. Капитан французов пропустил его дальше на Рибери, который первым касанием подработал мяч, а вторым мощно пробил под перекладину. Игорь безуспешно попытался достать мяч и спасти наши ворота, но, к сожалению, выручить команду он не смог. На электронном табло загорается единица, счёт становится 1:0 в пользу французов. Сработало старое футбольное правило: «Не забиваешь ты — забивают тебе». Французские игроки и болельщики ликуют. А у моей команды совершенно похоронные выражения лиц. Вот тебе, бабушка, и Юрьев день. Пришла беда, открывай ворота. Интересно, может, меня в начале второго тайма выпустят? Иначе, болельщики начнут жечь фотографии не только Сычёва, но и всей сборной, прямо на трибунах.

Спустя две минуты на углу штрафной грубо ошибся Жирков, промахиваясь по мячу. Быстрый Рибери подбирает мяч и остаётся с глазу на глаз с Акинфеевым. Но Франк, почему-то не решается бить по воротам, а делает передачу Анри. После удара нападающего лондонского «Арсенала», мяч попадает в отставленную в сторону руку Игнашевича и уходит за лицевую линию. Румынский арбитр был рядом с эпизодом и всё прекрасно видел. Поэтому без раздумий указывает на одиннадцатиметровую отметку. Заодно, достаёт жёлтую карточку и наказывает Сергея. Приплыли! Французские болельщики довольны. Сёмин стоял у бровки и реально, весь трясся от негодования. Неужели, это у него от нервов?

— Саня, я очень хочу понять, — качал головой Андрей. — Как? Как можно самим себе привезти пенальти на ровном месте? Теперь вся надежда только на Игорёхино мастерство.

К мячу подошёл капитан наших соперников, сам Зинедин Зидан. Дюха аж зубами заскрипел. Ох, и не любит он его. А между тем, француз установил мяч на «точку», отошёл на пять шагов и начал ожидать разрешающий свисток арбитра. Трибуны притихли, а Юрий Палыч даже отвернулся от ворот и закрыл лицо руками. Дюха, так вообще уткнулся головой в колени и, кажется, даже дышать перестал. Ну, а я загадал желание. Если Зидан не забьёт пенальти, то мы этот матч не проиграем.

Рефери проверил мяч на «точке», посмотрел чтобы игроки команд не пересекали линию штрафной, отошёл в сторону и «дунул» в свисток. В этот момент и я, по примеру Дюхи, перестал дышать. Зидан же не спешил реализовывать штрафной удар. Он секунд пять смотрел на нашего вратаря, а потом разбежался и ударил по центру ворот. Игорь, молодчина, падая в право, выставил левую ногу вверх. Удар пришёлся в голень, и мяч отлетел в левую сторону штрафной. Часть зрителей облегчённо выдохнули, а другая половина разочарованно загудела.

Первым к мячу успел Жирков, выбив его на угловой. Вся команда кинулась поздравлять нашего голкипера. Сёмин, по радостным крикам наших болельщиков, наконец понял, что пенальти не реализован. Он резко развернулся и победно вскинул правую руку, тряся ею над головой. А я был атакован Дюшей, который радовался незабитому пенальти, словно мы забили победный гол.

Подача углового дивидендов французам не принёсла. А, окрылённые успехом, мои партнёры понеслись атаковать ворота Бартеза. И, возможно, быть бы голу, однако, Галлас и Тюрам на линии вратарской стояли насмерть, и Кержакову через себя пробить не дали. Красиво, конечно, но ведь можно же было в этом эпизоде скинуть мяч головой неприкрытому никем Сычёву. Но Саня, видно, решил сыграть самостоятельно, понадеявшись на своё мастерство. Ведь на тренировках у него удар через себя практически всегда получался.

— Согласен, — раздался голос Андрея. А я удивлённо развернулся, неужели я это вслух произнёс.

На последней минуте тайма Анри выскочил на ударную позицию на линии штрафной, пробил в дальний угол, но не слишком сильно. Акинфеев забрал мяч без всяких проблем.

После чего, наконец-то, прозвучал свисток арбитра и команды пошли отдыхать. Ну, сейчас Палыч в раздевалке вставит ребятам больших таких «пистонов» и все, в очередной раз, узнают откуда у них растут головы. А я пошёл на поле разминаться. Замен у нас пока не предвидится. Будь иначе, тренеры уже предупредили бы нас о выходе на игру в начале второго тайма.

Через пятнадцать минут ребята вышли на поле в полном составе, и некоторые игроки улыбались. Видимо, Юрий Палыч пожалел своих футболистов, не стал никого терзать и ограничился только словесными «пендюлями».

В технической зоне я встретился с Бородюком.

— Генрихович, меня пока не надумали выпускать?

— Погоди, Саня. Может, всё обойдётся и получится, как минимум, свести встречу вничью и без тебя.

— Вам виднее, — спокойно ответил я и, открыв ящик с водой, взял новую бутылку. Я не видел никакой проблемы даже в проигрыше своей команды. Впереди будут ещё два матча с соперниками, которые нам вполне «по зубам». И занять место, дающее нам выход в плей-офф, ещё будет возможно. Ведь ещё неизвестно, как в этой реальности, сыграют наши соперники по группе.