Чтение онлайн

Ракеш, попав в ловушку, на мгновение испугался, но потом вновь сосредоточился на мусорщике и занёс над ним оба клинка. Однако Чуви лишь оскалился и направил в среднего брата скопленную и усиленную энергию из самого своего нутра. Кинжалы Ракеша замерли на полпути к руке Чуви, но затем он задрожал, словно через него пропустили электрический заряд. Его кожа во множестве мест треснула, и из ран хлынула кровь. Ракеш хрипло выдохнул и, понурив голову, потерял сознание. Чуви небрежно бросил бессознательное тело среднего брата в сторону и уже собирался броситься на Аджита, как вдруг почувствовал, что падает вниз.

«Вот ведь чёртов Нэббэд — подумал Чуви, кое-как устояв на ногах и тут же достав правой рукой из кармашка на поясе комбинезона регенератор — Он по-прежнему неприятный противник! Слишком сильно меня покоцал, мерзавец»

Вдруг Чуви услышал хлопок, будто из ружья, а следом визг Аджита, полный разочарования и гнева. Далее мусорщик заметил, как сжимаются и взрываются, один за другим, уцелевшие контейнеры с продовольствием, и как на землю стало падать ещё больше мешков и ящиков.

Чуви кое-как выпрямился, посмотрел вверх, увернувшись от очередного мешка и успел увидеть исчезающую ногу Глицинии за широкой перекладиной под самой крышей. Там сияла дыра, которой здесь до этого не было. Чуви выдохнул и посмотрел на младшего брата. Тот тяжело дышал, опустив руки. Его здоровый глаз, готов был вот-вот вылезти из орбиты, а из уголка рта и из-под полумаски струилась кровь, охваченная лёгкими алыми испарениями.

— Кажется, остались только мы с тобой, младший братец, — тихо произнёс Чуви, почти перестав источать дым регенерации. Регенератор сработал лучше некуда, и когда с уст Чуви был брошен последний вопрос, его левая ладонь почти полностью восстановилась.

Аджит вздрогнул и посмотрел на мусорщика. Его лицо, серо-красное, дикое, с взъерошенными, полными статического электричества, волосами, в этот момент ещё сильнее искривилось в ярости, а из целого глаза прыснули слёзы. Со словами: «Ненавижу тебя!» Аджит направил обе руки на брата. Чуви хмыкнул и приготовился проучить нерадивого младшего брата. О Глицинии он не беспокоился, так как о ней должны были позаботиться и без него.

Глициния бросила короткий взгляд назад и увидела, как поднимается на ноги Чуви, а затем исчезла в созданной Аджитом дыре под его разочарованный рёв. В душе девушка почувствовала невиданное облегчение, но при этом испытала нечто похожее на тоску. Она закрыла глаза и встряхнула головой. Положив руку на сумку со спрятанным в ней опасным артефактом, девушка мысленно поблагодарила судьбу за то, что Аджит до последнего так и не решился её атаковать всерьёз, боясь задеть Пандорум.

Ещё до того, как она выбралась наружу, висевший на её шее крохотный датчик поведал ей о том, что людей на крыше действительно не было, и от этого её подозрения лишь усилились.

«Не мог же он и правда прийти сюда в одиночку? Неужели он не блефовал?»

Глициния поднялась на пологую двухскатную крышу. Из прохлады склада девушка словно нырнула в душно протопленную комнату. Солнце медленно, но уверенно двигалось к закату. Однако оно лишь сильнее жарило и слепило на фоне темнеющего бледно-синего неба. Где-то внизу копошились люди , доносились звуки рутинной рыночной и складской работы. Снизу послышались новые вопли Аджита, и Глициния поняла: если она хоть ещё на секунду задержится, ей не получиться сбежать от Чуви, который столь удачно предпочёл нерадивого младшего брата ей.

Но стоило ей подобраться к краю крыши, как боковым зрением Глициния уловила странное движение. Тень удлинилась, изогнулась и расширилась, а затем из неё что-то выросло. Нет - кто-то! И этот кто-то бесшумно к ней устремился! Глициния резко обернулась и в последний момент успела схватить человека сначала за одну руку, ниже запястья, а затем вторую: чужак почти коснулся её лба. Перед собой она увидела мужчину с аккуратно зачёсанными назад русыми и с чёрными глазами в прямоугольных очках, одетого в комбинезон мусорщика. Он был покрыт быстро тающим синеватым инеем и лёгкими ожогами. Мужчина смотрел на неё безразличным холодным взглядом, но его выдавали руки в перчатках, что со стороны ладоней испускали лёгкий бело-голубой свет: они упрямо тянулись к ней, жадно подрагивая.

«Что? А это кто ещё такой? — ошарашено подумала Глициния, не спуская удивлённого взгляда с Шепарда, продолжая его сдерживать. — Мусорщик? Новый мусорщик? Откуда? Когда? Стоп! Значит, Чу-чу говорил о нём? И почему он хочет до меня дотронуться? Мне это не нравиться!»

Дэвид сделал уверенный шаг вперёд и его пальцы ещё сильнее приблизились к её лбу, а его взгляд, равнодушный взгляд, был сосредоточен только на ней.

«Что ж, мне это лишь на руку» — подумала Глициния, расплываясь в хитрой улыбке, и их взгляды встретились. Глаза Дэвида опустели, остекленели и уставились поверх уха девушки. Глициния аккуратно убрала свои руки с рук мусорщика. Те безвольно опустились. Она выдохнула и повернулась к краю крыши, как вдруг почувствовала страшную, пробирающую до мозга костей стужу. Затем она услышала почти незаметный шёпот сотни голосов, а после что-то потустороннее, чуждое, подкралось к ней. Девушка хотела повернуться, но не смогла это сделать. Её словно парализовало, сдавило, и вдруг Глициния услышала холодный и безразличный голос:

— Для пущей уверенности, Сплин: это точно она, и у неё ли Пандорум?

— А то! Она самая! — ответил из ниоткуда, наглый и грубый голос. — И эта тварь тоже при ней. В сумке!

— Первый, будь так любезен, больше не подпускай Третьего к телу, если он нам не понадобиться. Он ведь так и девушку убьёт, а Чуви за неё и… нас убить сможет.

— Прости, Дэвид, это всё из-за солнца, вот и потерял бдительность, — ответил новый голос, уставший и безразличный.

— Ладно, а теперь поверни её ко мне лицом и держи покрепче.

Девушку, против её воли, повернули на сто восемьдесят градусов, и она вновь увидела перед собой Шепарда. Мусорщик подошёл ближе и всмотрелся в неё, а Глициния, между тем, лихорадочно думала, скрывая беспокойство за маской нахальной улыбки:

«Как это понимать? Я ведь встретилась с ним взглядом! Он должен был перестать меня видеть! Нет!! Я не о том переживаю! Мне нужно сбежать! Но как? И кто это меня вообще держит? Что ещё за чудовище такое, узнавшее меня, и оно… там не одно? Нет, нет, всё это не так важно! Нужно что-то придумать, хоть что-либо!... Подождите! Что этот, кем бы он ни был, сказал? Он жаловался на солнце? Так, так, жар или его свет? Стоп! Тени! Перед тем, как появился этот Дэвид, я увидела странную движущуюся тень. Сейчас немного за полдень и тени… должны ослабеть, а значит это существо боится света! Но как мне тогда освободиться? Может…»

— Чуви не очень стремиться мне помочь в моём личном деле, но я знаю, что ты очень дорога ему, — наконец, заговорил Дэвид. — А значит, он мог тебе что-то да поведать или же ты смогла у него выяснить то, что другим знать не нужно. Поэтому, перед тем, как тебя допросит кто-либо ещё, и пока Чуви занят семейными разборками, я, пожалую, выясню всё, что тебе стало известно о Пандорумах.

— Дэвид, Чуви это не понравиться, — предостерёг Первый. Из-под их ног стали доносится далёкие звуки разрушений, глухой треск и нечто механическое, стрекочущее и свистящее. — Он дал нам чёткий приказ. Задержать её и валить отсюда подальше.

— А мне не нравится, что мои действия зависят от настроения Чуви, — с лёгким раздражением, ответил Шепард, покосившись вниз. Он поднял левую ладонь с растопыренными пальцами, подсвеченную бело-голубым светом, и направил её ко лбу Глицинии. Девушка побледнела и попыталась освободиться, но это было бесполезно или… ей удалось пошевелить пальцами и особенно тем, который был ей необходим больше всего!

— Погоди, что ты удумал?!— огрызнулась Глициния, при этом пытаясь дотянуться одним пальцем до другого, на котором было одето нужное ей кольцо. — А как же моё право на сохранения личной информации?