Чтение онлайн

– Почему вы думаете, что у нас тяжелый груз?

Я ухмыльнулся ему в лицо и кружкой чуть сдвинул шляпу со лба.

– Потому что видел ваши следы, слишком глубокая колея. Более того, могу спорить, индейцы уже знают, что вы здесь и сейчас окружают стоянку.

– Не говорите глупостей, - сказала девушка.
– Если бы они знали, они бы давным-давно напали.

– Это вы так думаете, а не индейцы, - рассмеялся я.
– Вот давайте поговорим об индейцах. Они знают, что вы в западне, они знают, что впереди лежит каньон, и они знают, что вам придется сделать, когда вы к нему подъедите. Тем временем вы подъезжаете все ближе и ближе к их лагерю, который они разбили где-то впереди, и когда окажетесь совсем рядом, они вас ограбят, так что им не придется далеко возить груз фургона.

Неожиданно я глянул на свой кофе.
– Надо же, я сижу, болтаю, а кофе совсем остыл.

Я выплеснул содержимое кружки на траву, поставил ее и взял кофейник левой рукой, не выпуская из правой винчестер. Наполнив кружку примерно на треть, я сполоснул ее.
– Это чтобы подогреть кружку. Не люблю пить кофе из холодной посуды.
– Я снова налил себе кофе и устроился на корточках.
– Так о чем я говорил?

На их лица стоило посмотреть. Эта парочка не поняла, то ли я ее обхитрил, то ли был круглым дураком. Парень чувствовал раздражение, а девушка разозлилась так, что даже побледнела. Я глотнул горячего кофе вкусный, с привкусом цикория, похожий на новоорлеанский.

Я сидел, попивая кофе, не обращая на них внимания, и особенно не волновался. Краем глаза я посматривал в том направлении, где мог притаиться третий, - лучший способ заметить движение - не выпуская из поля зрения своего коня. На восточной стороне фургона стали собираться вечерние тени, когда мой мустанг вдруг настороженно поставил уши и я опустил кружку на землю.

Этот мустанг родился диким, как и все дикие животные, он хорошо чувствовал опасность, замечая любое движение там, где его не должно быть. Большинство лошадей имеют отличный слух и зрение, однако ни одна не идет ни в какое сравнение с прирученными дикими. Его настороженность предупредила меня, что третий начал двигаться.

Если я неожиданно попытаюсь убраться прочь, это приведет к драке, которой следовало избегать, хоть мне и не нравилась эта парочка. Свою шкуру тоже надо сохранить в целости.

На равнинах укрыться негде, да и трава здесь редкая и скудная, поэтому если я сейчас поеду к тому месту, в меня будут стрелять двое, а то и трое. Дождаться темноты? Тоже нельзя, потому что с каждой минутой опасность росла: темнота давала им свободу движений.

Я перехватил винчестер и, глядя на парня, стоящего рядом с девушкой, сказал: - Если хотите остаться в живых, крикните своему дружку, чтобы он поднимался и шел сюда с поднятыми руками.

Это их ошарашило. Они глядели на меня, а я передернул затвор винчестера.

Парень побледнел.
– Не понимаю, о чем вы говорите.

– Давай, шевелись. У тебя есть целых тридцать секунд, иначе станешь кормом для стервятников и муравьев.

Ему не хотелось в это верить, а когда решил, что я не шучу, он все еще колебался.

– Ты будешь первым, - сказал я, - затем твоя сестричка, а потом третий. Осталось десять секунд и я нажимаю на спуск.

Мой указательный палец напрягся.

Глава 2

– Эндрю, - громко позвала девушка, - выходи с поднятыми руками.

– Сильвия, - протестующе произнес ее брат, - он не стал бы стрелять, он бы не осмелился.

– Он бы выстрелил, это точно, - сказала Сильвия.
– Он не задумываясь убил бы тебя, Ральф, да и меня тоже.

В наступающей темноте послышался шум, затем показался толстый юноша с глуповатым выражением лица. Ему было лет семнадцать, однако в руке он нес отнюдь не игрушечную винтовку.

– Положи ее, - сказал я, готовясь к тому, что он может выстрелить. Он посмотрел на меня, затем перевел взгляд на Сильвию... именно на Сильвию, а не на ее брата.

– Делай так, как он сказал, Эндрю.

Он неохотно положил винтовку, затем плюхнулся на землю, сел и скрестил ноги.

– Как я уже говорил, мне не нужны неприятности, однако они мне не в новинку. Советую не лезть в бутылку. Жизнь на западе совсем другая, здесь полно людей, которые вначале стреляют, потом задают вопросы - если есть, что спрашивать. Были б вы поспокойней и не пытались убить меня, я бы вам помог.

– С какой стати?
– спросил Ральф.

Я ушел от прямого ответа. В конце концов, почему бы действительно не плюнуть и бросить их одних: пусть выбираются как хотят?

– У вас есть оружие, я не хочу, чтобы оно попало в руки индейцев, сказал я.

Они мне не поверили. Сомневаюсь, чтобы они вообще поверили любому доводу, если он не сулил мне выгоды.

– Неважно, в какую сторону вы направитесь, вряд ли вы найдете хоть одного белого в радиусе ста миль. Говорят, что на северном рукаве Пало Дуро разбил лагерь охотник на бизонов Джим Кейтор, однако на западе ближайшие поселения находятся скорее в двухстах милях, чем в ста.

Они сидели, глядя на меня и внимательно прислушиваясь к каждому слову.

– Кто бы вас сюда ни привел, он устроил настоящую западню... тем не менее есть возможность, что я смогу его догнать и привести обратно лошадей.

– Если вы вернете их и убьете вора, который их увел, я дам вам пятьдесят долларов, - сказал Ральф.

– Некоторые согласились бы, - произнес я, - но я не из тех. Легче будет привести назад лошадей, чем присылать кого-то на помощь.
– Я быстро встал.
– Поеду за ними.

Они тоже поднялись в готовности воспользоваться любой моей ошибкой.

– Почему бы вам не остаться у нас до утра?
– предложила Сильвия.
– Вы же не сможете искать следы в темноте.

Отступив к коню, я взял его под уздцы и развернул так, чтобы наблюдать за ними поверх его спины, затем вспрыгнул в седло и якобы невзначай направил на них винчестер.

– Мне не надо искать следы, - ответил я.
– Он поведет лошадей к воде, туда же поеду и я.

Развернув коня, я обогнул лагерь по расширяющемуся кругу, держа их под прицелом, пока фургон не скрылся в темноте, затем тут же сменил направление и шагом повел жеребца. Я проехал примерно милю, потом натянул поводья, снял шляпу и вытер пот. На какой-то момент в лагере мне показалось, что меня загнали в угол и выхода, кроме перестрелки, нет.

Я ехал в ночи, ориентируясь по звездам. У меня было довольно ясное представление, где искать этих лошадей, и если они там, вначале следует осмотреться, прежде чем что-либо предпринимать. Мне не нравилась та команда у фургона, но я не мог оставить женщину умирать на равнинах, к тому же я действительно не хотел, чтобы их оружие попало в руки индейцев, у которых, впрочем, оружия хватало.

Ночь была прохладной, и несмотря на то, что конь устал, я заставлял его двигаться вперед, да он особо не возражал. По-моему, ему тоже не понравилось то сборище у фургона.