Чтение онлайн

Так все жены до меня не ночевали в спальне Фэнрида? Я была первой, кто остался с ним до утра?

Даже не считая моего покушения, мне показалось, что прошло несколько часов, прежде чем он закончил со мной возиться и уложил спать.

Значит ли это, что я утомила его своей несговорчивостью и он злился поэтому? Но если все так, что ему стоило просто меня отпустить?! Не тратить время на ласки и уговоры, а заставить? Или приковать не к кровати, а подальше от себя, чтобы не обнимать до утра?

— Как можно получить удовольствие от близости, которая длится всего десять минут? — пробормотала я и, кажется, вслух, потому что Хана крякнула весьма недоверчиво.

— О чем ты говоришь, девочка? Мужчине на это много времени не требуется, а женщине оно не положено по умолчанию.

То есть, как это?

Я воспитывалась строго и никогда даже не слышала о правилах поведения жён в постели. Или, может, не знала ничего потому, что моя мама давно умерла, а отец погряз в войне и ему недосуг было заниматься мной в этом плане. Или он не планировал выдавать дочь замуж так скоро и просто не успел подготовить ее к взрослой жизни.

Все, что я испытывала и познавала сейчас, происходило со мной впервые.

— Почему нет? — Мне вдруг стало не по себе за те приятные ощущения, которые охватили меня во время настойчивых ласк. И удивленное выражение лица мужа, разглядывающего свои пальцы и меня, окрасилось новым смыслом.

А что если он сам не ожидал от меня такой отзывчивости и теперь будет иначе ко мне относиться? Ведь, по словам Ханы, приличной девушке испытывать удовольствие непозволительно, и принц может посчитать меня недостойной.

Он вроде не выглядел недовольным с утра, но откуда мне знать…

— И что же нужно делать жене? — тихо спросила я.

— Наконец-то ты одумалась, — одобрительно сжала старая служанка мои плечи, улыбаясь через зеркало и собираясь поведать все тайны, призванные удовлетворить потребности супруга.

Полдня пролетело в тумане: позавтракала я одна, потому что Фэнрид был занят. После чего приняла продолжительную ванную и долго читала старый исторический фолиант.

Флакон противных духов выбросила с глаз долой и сходила с Эль на рынок за новым ароматом, нежным и воздушным.

На обратном пути заглянула в кухни, требовательно вызвав на ковер Пэт. Сведения об ее романе привели меня к новым выводам, но я нуждалась в подтверждении. Иначе так и буду сходить с ума от догадок, ведь муж оправдываться не собирался.

Когда я добралась до своих покоев после обеда в полном одиночестве — замок опустел, а Фэнрид так и не освободился от обязанностей, — Пэт ждала меня внутри. Жалась у стены, низко опустив голову и сминая ткань фартука белыми от напряжения пальцами. Едва я вошла, она упала передо мной на колени и отчаянно заголосила.

— Милая принцесса Шениен, простите меня за все, я ничего не могла поделать… — рыдала она с неподдельным раскаянием. — Я не хотела. Правда, не хотела, он меня заставил…

Конечно, заставил, я уже и не сомневалась в этом. Как это я сразу не обратила внимания, светилась ли голубоватая магия в его руке? Я должна была сразу же догадаться, что происходит на самом деле, но я повела себя так неправильно! Как глупая, ослепленная ревностью девица, хоть мне и трудно было признать это.

— Ну-ну, — взяла я девушку за холодные руки и пересадила на диванчик, дала салфетку для слез. — Чего же он хотел?

Тот факт, что Фэнрид не изменял мне ни с какими служанками, и я себе это просто надумала, совсем не отменял моей злости на то, что он пытал мою Пэт!

— Он, кажется, выспрашивал много о вас, — всхлипывала девушка надрывно, едва способная говорить от волнения. — Чем вы занимались в замке отца, какое у вас образование и что вы любите больше всего на свете. Даже о том, как вас воспитывали, в строгости или нет!

Вот как? Выходит, я была права? Фэнрид вовсе не сегодня ночью заметил, что я слишком бурно реагирую на его ласки, и его обеспокоило это?

Тогда чего ради он продолжает меня соблазнять? Пусть даст развод и ищет себе леди повоспитанней, которая будет молча лежать с раздвинутыми ногами!

— Я плохо помню подробности, все как в тумане. Я не хотела ничего ему отвечать, но просто не могла молчать…

— Не извиняйся, ты не смогла бы противиться, таков его дар, — успокоила я несчастную девушку.

— Но я боюсь, что разболтала много того, что нельзя…

Да что она могла обо мне рассказать? Лишь то, что принц и так уже знал. А если не знал, то мог просто спросить!

«Так все дело в ревности, я был прав», — удивленно рассмеялся он мне в лицо, когда я угрожала ему кинжалом. Он словно бы даже обрадовался этому факту, его позабавило это!

Мерзавец не стал признаваться, что был мне верен. Должно быть, ему нравилось бесить меня, и он делал это намеренно. Но непонятно, ради чего.

Ну, я еще покажу ему, какая бываю в гневе! Он за все ответит!

В ту ночь я к Фэнриду не пошла. Конечно же, нет! Я еще не растеряла остатки гордости и самоуважения, чтобы уступить ему власть в нашем маленьком противостоянии.

А может, я просто боялась. Нельзя бесконечно дразнить злодея и остаться невредимой. Если я приду к Фэнриду в постель еще раз, точно уже не останусь девственницей. А решиться на это все еще было непросто даже после его необыкновенных, убеждающих ласк.

Но теперь я всерьез задумывалась над своим поведением: стыдилась собственных желаний и злилась. Если женщине не полагается ощущать радость от близости с мужчиной, то зачем вообще вступать в брак?

Это что же, я должна терпеть или притворяться, будто мне все безразлично? Почему в Тумелоне принято так? Почему в Ланхарии об этом даже не говорят?

Мне не нравились оба варианта, и поэтому я решила вернуться к старой манере: игнорировать принца и ждать, когда надоем ему, и он предложит аннулировать брак, раз уж убить его невозможно.