Чтение онлайн

— Ты в этом так уверен? Я ведь уже это сделал, — отвечаю я со злорадной улыбкой на лице.

Рифат недоуменно моргает, моментально ослабляет хватку. Он смотрит через свое плечо на мою руку, вытянутую вдоль тела. А в ней он видит небольшой огонек от подожженной спички. Он порывается задуть огонь, а я отбрасываю горящую спичку в сторону.

— Не-е-ет! — сиреной завывает Рифат, вскакивая с меня. — Что ты наделал?

Стоит спичке соприкоснуться с полом, как все возле нас вспыхивает ярким синим пламенем: кровать, тумба, мягкое кресло — все это пожирает пламя, увеличиваясь с каждой секундой в масштабах. Огонь сливается с полом, жадно тянется трепещущими языками к потолку, к открытым участкам в комнате, желая целиком и полностью завладеть всем пространством.

Рифат предпринимает попытку удрать, пока проход еще не поглотил огонь. Я хватаю его за щиколотки и тяну рывком на себя. Он пластом валится, приложившись нижней челюстью об пол так, что из пасти вылетают зубы. Он скулит от невыносимой боли, но пытается ползти, ногтями цепляясь за стыки паркета. Тогда я сдавливаю ему ногу так сильно, что под пальцами ощущаю как переламывается кость. Рифат орет, воет как резанный зверь по большей части уже не от боли. На его глазах только что исчез спасительный проход. Его заволокло яростным пламенем. За счет стремительно разрастающегося огня на его месте теперь образовался вход в преисподнюю. Языки его играючи зазывают и приближаются к нам.

Жар от пламени быстро наполняет комнату, сжигая в ней кислород. Над потолком зависает густой дым, стремительно спускающийся к полу, из-за чего каждый последующий вдох мне дается сложнее предыдущего.

— Эмир, ты ведь сам погибнешь! Что ты делаешь? — взвывает он, посмотрев мне в глаза.

Рифат дергает ногой, желая пнуть меня, и тогда я хватаю его за шиворот и переворачиваю тушу лицом вверх.

— А мне плевать! Значит, судьба такая! — рычу я ослепленный не только гневом, но и яркостью пожара.

Оседлав его, я размахиваюсь и заряжаю ему по морде. Рифат трепыхается, намереваясь сбросить меня с себя. Одного удара мне становится мало. Я озверел. Я жажду крови и поэтому замахиваюсь еще раз, затем еще и еще. Кожа на костяшках сдирается о его зубы. Рифат подо мной уже не шевелится, принимая удар за ударом, но я не останавливаюсь, пока не делаю из его рожи кровавое месиво.

Он не уйдет отсюда. Не позволю. Дом Элмасов станет для него могилой, когда тот сравняется с землей.

Ощущаю, как раскаленный воздух уже плавит мою кожу. Легкие наполняются угарным газом, отчего в глазах начинает темнеть. Во рту появляется кислый привкус.

— Прекрати, Эмир... Довольно... Спасайся... — молит Рифат из последних сил, едва шевеля губами.

Кислород... Мне нужен воздух.

В какой-то момент я понимаю, что не могу уже как следует сжать ладонь. Силы быстро заканчиваются. Конечности внезапно становятся тяжелыми, они тянут меня к полу. Мне до одури хочется прилечь. 

Но с огнем шутки плохи. Минуты через две благодаря горючему весь дом уже будет объят пламенем.

Предпринимаю попытку приподняться, чтобы отыскать в комнате ручку от балконной двери, открыть ее и спрыгнуть на улицу, но осознаю, что даже привстать уже не получается. Кашляю без остановки, становлюсь все слабее. Голова моя падает обратно на грудную клетку Рифата. Его сердце еще работает, но очень слабо, а свое я уже перестал чувствовать.

Я осматриваюсь, надеясь отыскать хоть что-то, что поможет мне убраться из огненной ловушки. Все вещи в шкафу уже в огне, кровать обуглилась и совсем скоро рухнет на пол, тюлевая занавеска не сможет укрыть меня от пламени, она оплавится от малейшего контакта с искрой, а пытаться пробираться через огонь без какого-либо заслона — это прямая дорога в ад. В самое настоящее его пекло.

Я в западне. И легкие мои уже разрываются от кашля, вот-вот выплюну их.

Внезапно на глаза попадается та самая ручка от балконной двери. При виде ее я прыскаю со смеху. Это смех олицетворяет мое душевное отчаяние, поскольку пластмасса расплавилась от высокой температуры.

Ничего уже не поможет мне... Наверное, так и должно было быть. С меня все началось, на мне должно и закончиться... Любой ценой... Не важно....

— Не я... Это ты... Ты отнял у меня все... — хриплю я, сквозь кашель, раздирающий глотку. — И ты... будешь вечно гореть за это... в аду... со мной.

Я скатываюсь с тела Рифата и кое-как достаю из кармана телефон. Я на ощупь набираю последний входящий номер. Однако вызов сразу же переключается на голосовую почту.

— Черт... черт... — скулю я, жалея только об одном: очередное свое обещание, данное Диане, я так и не смогу выполнить.

— Беги... беги пока не поздно, — доносятся до меня сдавленные слова Рифата.

Поздно...

Он пытается приподняться на локтях, но я вновь наваливаюсь на него.

Сейчас я уже не смогу его вырубить. У меня не хватит сил. А если каким-то чудом мне удастся выбраться из западни, значит и он сможет. 

Этот гад живучий и везучий... А в таком случае этот ад никогда не закончится.

Передо мной стоит несложный выбор. Выбирая между жизнью и свободой, я безусловно выберу второе — свободу для своей семьи.

Смотрю на экран телефона, отмечая, что запись голосовой почты еще идет. Я опускаю голову на пол, рядом с собой кладу телефон, потому что сил никаких нет держать его в руках.

Я открываю рот в попытках что-то сказать и вновь закрываю. Мне так много всего хочется сказать ей, но я не могу выделить из всего этого самое важное. То, что смогло бы в полной мере объяснить ей мой поступок.

Мне так хочется прижаться к ее губам. В последний раз. Невыносимо. Прохладу ее кожи ощутить на своих пальцах. Хочется почувствовать ее аромат, позволить себе раствориться в ней и лишний раз напомнить себе, что я человек, а не странствующий призрак. Рядом с ней я забывал себя прежнего. Только с ней я смог распробовать вкус жизни и убедиться, что на самом деле у нее сладостный вкус, а вовсе не пропитанный горечью, как я думал прежде. Только она могла дать мне свободу. Свободу от всего, что когда-то безжалостно утягивало меня в бездну на самое ее дно. И ведь у меня практически получилось выбраться со дна. Оставалось всего ничего до поверхности...

Диана...

Даже просто мысли о ней способны усмирить меня и наделить безграничными силами.

Прочистив от першения горло, я склоняюсь над телефоном, лежавшим на полу примерно в двадцати сантиметрах от пламени. Словно под гипнозом я наблюдаю за его языками, лижущими последние остатки воздуха в комнате.

— Диана, помнишь, ты как-то просила меня не сдаваться? Тебя еще тогда огорчал мой пессимистичный настрой и поэтому ты хотела, чтобы я всегда шел до конца, невзирая на трудности. Ты настаивала на том, чтобы я боролся за свою жизнь и... — меня отвлекает приступ удушающего кашля, в груди огненная буря. Я подавляю кашель и с трудом продолжаю: — С тех пор многое изменилось. Мы пережили множество потрясений, мы жестко падали. Стараясь подняться, мы снова падали, только еще глубже. Но несмотря на все это мы стали единым целым, у нас появился Марк и надежда на будущее... А все потому, что однажды ты попросила меня не сдаваться, — я наклоняюсь ближе к телефону, словно таким образом как-то смогу почувствовать ее, услышать ее голос. Я так хочу этого. Она нужна мне больше, чем воздух. — Ангел мой, ты только не думай, я не сдался. Я по-прежнему борюсь... Просто иногда этого недостаточно... Иногда есть только один выход. Мой выход — это ты, Диана. Я люблю тебя, родная... Как-нибудь еще обязательно увидимся.

Как же это сложно...

Я всегда был убежден, что, когда настанет мое время, то буду готов к концу. Мужественно приму на себя весь удар, ведь не раз уже смотрел в глаза смерти, а сейчас я понимаю, что еще не готов. И дело не в банальном страхе, а в том, что впервые за всю свою жизнь я мог представить свое будущее. Видеть то, каким оно может быть. Я видел себя любящим мужем, заботливым отцом и просто счастливым человеком, наслаждающимся каждым прожитым моментом своей жизни.

Разве от такого можно отказаться?