Чтение онлайн

— Эмоций у вас маловато, ребята, эмоций!

Никогда раньше на пляже Нина так остро не чувствовала свою обнаженность. Тонкие полоски купальника почти ничего не скрывали. И, хотя она знала: ей нечего стыдиться, но все же неловко было ловить на себе быстрые и пристальные взгляды Ярослава. Нина тоже старалась смотреть на него незаметно, отводя глаза всякий раз, когда он поворачивался к ней. Она отмечала про себя, что Ярослав отлично сложен, и, наверняка, это не раз оценивали другие женщины. Интересно, а сам он знает о своих преимуществах? А если знает, почему не пользуется ими? Вот уже больше месяца со времени свадьбы Ярослав, похоже, обходится без женщин на стороне. Или, может, незаметно обставляет свои свидания? Как бы там ни было, но он выполняет свое обещание «соблюдать приличия».

Когда вся компания, разомлевшая от жары и еды, забралась в тень, Тая положила голову на грудь Севе, Костя плюхнулся в свой «персональный гамак», а Нина оказалась между Ярославом и Женей. Легла на спину и закрыла глаза, делая вид, что отдыхает. К счастью, эту неловкую для нее ситуацию разрядил Женя, который принялся вдруг рассуждать:

— Вот нашли мы тут, ребята, уголок природы. Один из немногих, что еще не испорчены людьми. Какая красота — вы посмотрите! И что человеку все блага цивилизации без этой красоты!

— А у нас и цивилизации не прибавилось, и природу загубили, — философски изрек Константин. — Перед выборами все кричат про экологию. А заводы как были старыми, так и остались. А где ж деньги брать, как не на этих самых заводах.

— Да, у вас местность не курортная, — посочувствовал Сева. — Вы к нам приезжайте. У нас и воздух чистый, и море рядышком. И политики нас не достают. Они все больше по промышленным городам ударяют. По стратегическим, так сказать, центрам.

— Вот уж поистине… как там у Бродского… — откликнулся Женя. — Не ручаюсь за точность, но примерно так:

— Это точно! — согласился Сева. — Без политиканов куда спокойней.

Ярослав усмехнулся и добавил:

— Кто не умеет делать дело, занимается политическим трепом. Вот им-то и не нужен порядок, а нужны потрясения, бедствия, мутная вода…

— Ну, а как же, — вмешалась Нина. — Стравливать между собой нации или классы веселей и доходней, чем вкалывать где-нибудь в конкретной отрасли.

Ярослав вдруг приблизил свое лицо к ее лицу и, улыбаясь, сказал:

— Странно слышать такое от дочери бывшего идеологического работника.

— Мой отец все-таки знает и другие способы зарабатывать деньги. А страшнее всего те «идеологи», для которых власть — единственный источник дохода. Они любую войну развяжут, лишь бы удержаться у власти.

— Что вы философские разговоры завели! — капризно сказала Тая. — Мало вам по телевизору этой политики, так вы еще и здесь…

— Правильно, Таечка, на отдыхе надо отдыхать, наслаждаться природой, — поддержал ее Женя. — А то ведь некоторые люди вообще не умеют получать удовольствие от жизни.

Последние слова он явно адресовал Нине и Ярославу, и Нина поежилась при мысли, что Женя разгадал ее тайну. Снова она почувствовала себя чужой и лишней, не умеющей ни наслаждаться жизнью, ни делать дело. От яркого солнца ее взгляд заволокло слезами и девушка поспешила надеть темные очки.

Когда отправились в обратный путь, солнце уже клонилось к закату. Впрочем, при нормальной езде можно было доехать засветло.

Но поездка получилась не совсем нормальная. На полдороге машину пришлось остановить. Нина, задумавшись о своем, не очень понимала, что случилось. Слова «карбюратор», «зажигание» ей ни о чем не говорили. И только когда выяснилось, что поломка довольно серьезная и из машины придется выходить, она почувствовала досаду. Больше всего ей хотелось сейчас добраться до дому и уйти от нелепой роли, которую вынуждена играть среди этих, в общем-то симпатичных и приятных ей людей.

— Что-то ты, Севка, вижу, ни черта в своей тачке не понимаешь, — с грубоватой прямотой сказал Костя.

— Да, Всеволод, дело плохо, так и до ночи простоим, — драматическим тоном добавил Женя и подмигнул девушкам.

— Говорила ему, чтобы с иномарками не связывался, — доверительно сообщила Тая. — Он и в наших не очень разбирается. Всегда отец ремонтировал.

— Шеф, на тебя вся надежда, — обратился Костя к Ярославу. — Если и ты не разберешься — придется здесь ночевать.

Нина с Таей отошли в сторону и остановились в тени придорожных акаций.

— Славик твой — молодец, — вздохнула Тая. — Мало того, что он — голова, так у него еще и руки откуда надо растут. И пара вы с ним — просто класс. Так смотритесь вместе. Только сухари ужасные, ведете себя, как стариканы, которые прожили вместе полсотни лет. Или вы, может, поссорились недавно, теперь дуетесь друг на друга?

— Точно, у нас был конфликт, — с готовностью подтвердила Нина.

Она рассеянно слушала Таину болтовню, а взгляд ее помимо воли устремлялся туда, где четверо друзей возились с машиной. Впрочем, похоже было, что Сева и Женя больше суетятся и «поднимают волны», а дело делает Ярослав, да еще Костя при нем — как ассистент при хирурге.

Женя, осознавший свою бесполезность, вскоре подошел к девушкам.

— Пусть Сева учится, а мне это как-то ни к чему. Нет у меня к автосервису призвания. В конце концов, каждый должен делать свое дело.

— Да, но какой у нас автосервис среди дороги? — откликнулась Нина. — Наверное, у Ярослава ничего не получится…

— У него получится. Тор у нас специалист. Смолоду работал в гаражах. А я по механическим делам никто.

— Ты хоть сам это признаешь, — заметила Тая. — А Севка такой самоуверенный: хватается за то, чего не умеет.

Через некоторое время их окликнул Костя: «Готово, ребята!»

Сева громогласно заявлял, что теперь и он разобрался, в чем дело.

— Разобрался — слава Богу, — сказал Ярослав, вытирая руки. — Это ты завтра будешь доказывать. А сейчас я сяду за руль. Поздно, а мне утром рано вставать.

— Очень хорошо, Славик! — воскликнула непосредственная Тая. — Когда ты за рулем, можно чувствовать себя спокойно.

— Тор у нас рожден быть рулевым, — заявил Женя. — Кто сам все умеет делать, тот имеет моральное право указывать другим. А что касается машин, не удивительно. Если уж Тор когда-то с БТРом справился… помните, наш военный корреспондент об этом написал? Правда, его тогда все равно не напечатали… А, кстати, как он поживает? Котя, Тор, вы его не встречаете?

— Встречаем иногда, — откликнулся Ярослав. — Сейчас Игорь в отъезде.

— Опять где-нибудь в горячей точке? — спросил Женя. — Кавказ, Балканы?

— У него теперь другая тематика. Но тоже горячая, обжечься можно. Потом расскажу.

Нина вспомнила, как во время первой встречи с Гаевым Ярослав упоминал о «независимом журналисте с очень бойким пером». Наверное, нет ни одного человека в жизни Ярослава, место и значение которого он бы не предусмотрел. У него было удивительное умение использовать людей, не оскорбляя их при этом. Она вспомнила, как Ярослав сказал ей, дочери своего врага: «Пробиваясь наверх, я не буду ломать чьи-то судьбы». Наверное, это и есть единственно честный путь к достижению успеха — создавать, а не отбирать. «Честный, честность, честь — слова одного корня, — подумала Нина. — Как они архаично звучат. И как хочется, чтобы они возродились…»