Чтение онлайн

— Простите, Инквизитор, не подумал, — винился губернатор.

— А должны были, губернатор. Запрет на сношение с губительными силами, неважно, для убийства их или нет, введён не по глупости и не на пустом месте. Это НЕОБХОДИМОСТЬ, а предатель, сообщивший вашему полковнику, а, возможно, не только ему, — напомнил я, — детали демонического призыва, совершил преступление: диверсию против Империума и Крига. Я вообще, встречался, за весьма немалое время, лишь с двумя демонологами, способными призывать демона безопасно. Безопасно исключительно для СЕБЯ, ключевой момент. Но, никак не обезопасить от тлетворного влияния губительных сил планету, если призыв осуществлён на ней.

— А вы? — дал волю любопытству Отто.

— Демонолог. Тогда, выходит, трёх, — признал я. — Но, даже если демон призывается ради извлечения информации по ереси и последующего уничтожения, НИКОГДА, подчёркиваю, НИКОГДА это не делается на планете, если альтернатива не губительнее для неё. А, главное, губернатор: это просто призыв, — наставительно помахал я листками. — Уведомляю, что осуществив конкретно его, можно призвать из варпа не мелкого демона, а даже божка хаоса, если не повезёт. Или, если “повезёт” еретическому призывателю.

— Я понял вас, Инквизитор, благодарю за разъяснения, — коротко кивнул губернатор и, судя по свету и ветру, действительно понял. — Что нам нужно делать? — полюбопытствовал он.

— Отследить путь этого Амвросия, выявить всех, с кем общался этот еретик, укравший инсигнию, — подстелил я соломки для репутации родного Ордена.

— А он?… — не договорил Отто.

— Очевидно, что так, — с похерчелом отвествовал я. — Нужно найти и узнать, кого из Инквизиторов поганый еретик убил и как добрался до функционала инсигнии. Дабы внести в функционал защиты надлежащие правки, — художественно развесил я лапшу, узрел подозревающий блеск окуляров резиновой морды губернатора и с ехидством дополнил. — Можете отправить астропатом запрос в Крепость Инквизиции Сегментума, меня это не оскорбит. Впрочем, поиск еретика, с момента отбытия его с Крига — не ваша забота. А вот собрать всех, подчёркиваю, всех людей, с которым он обмолвился хотя бы словом — наоборот, — веско огласил я.

— По слову вашему, Инквизитор, исполню, — выдал Отто.

И принялся исполнять. А я с Кристиной принялись трясти и допрашивать отловленных.

Кстати, по результатам выяснилось, что немалая доля “возможно совращённых” ныне пребывают в Корпусах Смерти по всему Сегментуму, а часть вообще вне его. Так что еще пришлось составлять астропатические послания, для организации проверки и профилактической работы комиссаров Официо Перфектус соответствующих полков.

А на Криге всё выглядело таким образом: еретический Амвросий был крайне аккуратен, под видом сбора статистики искал именно “подходящего человека”. Самое забавное, что это вполне мог быть Инквизитор-радикал, искренне, как и заранее приговорённый полковник, уверенный, что делает “хорошо” для Империума.

Ну а побочки этого “делания” — так “лес рубят, щепки летят”. Как по мне, честный еретик, продавшийся губительным силам, как-то приятнее. И горит без омерзительных оттенков фарисейства в продуктах сгорания, не без ехидства отметил я.

И, на основании всего известного, выходило, что прорыв мы остановили. Наиболее толстых криговцев, из замазанных в общении с Амвросием, мы с Кристиной уже допросили. Ереси и прочих нехорошестей не выявили, а ныне занимались мелочёвкой.

Даже смотались, на пару, в отражение Крига в варпе: омерзительное местечко, изобилующее душами убитых, причём, без копошащихся демонов, невзирая на халявную “нямку”.

Очевидно, сочетание “фанатичной веры” и последствия творящийся на Криге не первое тысячелетие джигурды, создало совершенно непередаваемую атмосферу в имматериуме. По крайней мере мне, от приторно-сладкого и, одновременно, невыносимо горького багрового света и ветра было тошно. Кристине также было неважно, ну и отсутствие в обозримом пространстве даже полуразумной демонической мелочёвки, в месте с душами, говорило само за себя. В смысле, как тут чувствуется демонам “правильным”.

В общем, всё было вроде бы чисто, но отмеченный прогностикариями срок в месяц надо было на Криге пробыть, причём, в повышенной боеготовности: то, что пойман полковник с какими-то дикими, как это ни парадоксально звучит, искажёнными ритуалами, не даёт стопроцентной гарантии, что он такой один. Что не прилетит залётный еретик или ещё что поганое не учинится. Я, кстати, так и не смог толком понять, “под кого” ритуал рассчитан и рассчитан ли “под кого-то” вообще — возможно, это просто творчество душевнобольных в исполнении поехавшего крышей радикала.

Наконец, срок окна начала прорывов миновал, а орд демонов на Криг не обрушилось, аккуратно радовался я. И проверили мы вроде уже почти всех. И, подозреваю, радостью своей сглазил. Не без помощи свячёной, чтоб её, оболочки: как её ни сдерживай и перерабатывай, а всё же прорывается своими люминесцентными проявлениями, подлючая.

Итак, через три дня от начала “окна”, причём во время очередного допроса криговца, по границе материума и имматериума пробежала волна. И я, и Кристина были настроены и готовы к прорыву, вне зависимости от вроде бы “законченного на Криге” дела. И вот, почувствовав дрожь, мы с тереньтеткой переглянулись и потопали к челноку.

— Прорыв, Терентий, — откапитанствовала Кристина, смотря мне в глаза.

— Никогда бы не подумал, — ворчливо буркнул я. — Локализация на планете, Кристина, и побыстрее, будь любезна, — со вздохом выдал я, разворачивая голограмму планеты.

Чувствительность Кристины за это время немало выросла, точнее, чувствительность в материуме, так что на секунду прикрыв глаза, она с уверенностью тыкнула пальцем в область.

Не тратя время, я воксом стал теребить виновных, причастных и всех, кто под руку подвернулся, но первой ответила Агнесса, выкачавшая, по-моему, вообще все информатории Крига, о которых и местные-то не знали.

— Лагерь для условно-негодных, тренировочный, исправительный, — кратко оповестила меня ассасин.

— Принято, — ответил я, трусцой двигаясь из комнатушки в столичном убежище, предоставленной мне Отто для собеседований и допросов. — Какого варпа я об этом варповом лагере в первый раз слышу?! — окрысился я.

— Данных о пребывании там еретика не было. Местные таковыми не располагают, так что это не саботаж, Терентий, — через полминуты оповестила Агнесса.

— Ладно, нет так нет, — заключил я уже в Ястребе, отдавая Дреду и Джону, через сопряжение (ну так реально было проще) а преторианцам — вслух, соответствующее распоряжение: — Нас ждут демоны, господа телохранители. Не самые сильные, не факт, что их много, но меняйте боеприпасы и готовьтесь.

— По слову вашему, господин Инквизитор, — прогудел Ритор, пока остальные преторианцы обозначили через вокс-канал сигнал “принято, исполняю”.

Огрины же просто отложили мельты и нацепили патронташи, взяв модифицированные потрошители.

И летел Ястреб в место лагеря, благо, было недалеко. И ни черта мы не успели, хотя вроде и были быстро. Бункер, расположенный в центре огороженного колючей проволокой поля, с ангарами-бараками, изобиловал порванными, зачастую в клочья, телами криговцев. Отдельно, в сторонке, дымила покорёженная Химера.

— Да тут вообще живых нет! — вокс-каналом выступил я в качестве капитана Очевидности. — Как и демонов, — растерянно заключил я. — Но прорыв был не сильным, что за долбаный варп тут творится?!

— Сейчас, Терентий, секунду, — пробормотала Кристина, эманируя силами имматериума. — Нашла! — через полминуты воскликнула она. — Имматериум, — не стала она разводить говорильню.

— Готовы? — для проформы уточнил я у телохранителей, а получив подтверждение, дал Кристине отмашку.

А проникнув на ту сторону, наша компания принялась бодро поливать огнём (телохранители), пси-огнём (Кристина) и раскочегаривать свой “излучатель хаоса” (я).