Чтение онлайн

– Все кончено, - крикнул я, мне надоело прятаться, скрываться, удовлетворять ее грязные потребности.

– Ты еще пожалеешь об этом! Что думаешь, она сможет дать тебе, то, что ты хочешь? Она маленькая дурочка, которая никогда не будет красавицей! Что она даст тебе? Ничего! Я знаю ее лучше тебя!

– Ничего не питаю к вашей дочери! – заорал я.

– Ну, конечно, именно поэтому ты и ушел от нас! Ну, ничего однажды я устрою тебе жизнь! – она резко развернулась и ушла.

Черт бы побрал эту Флер! Что запятнала мое прекрасное чувство, мое уважение и восхищение этой семьей. Будь она проклята! Теперь из-за нее я даже не смею заговорить с Бетти, я не имею никого право после этого думать о ней. Флер все испортила, все разворотила – мою любовь к живописи, мои чувства к Бетти, мою честь. Своей похотью и ревностью она рушила жизнь Бетти. Будь она проклята! Спала со мной, а у самой был и муж, и любовник. Она портила своим существованием эту семью, она и ее муж, и только этот факт, должен, наконец, заставить меня поверить, что будущее с этой девчонкой, чего так хочет Виктор, просто мечта, несбыточная мечта для всех нас.

Лето 1967.

Бетти.

Стряхнув с платья ароматные изумрудные травинки, я оглянулась. Надо мной пролетали облака, вечерело, я втянула лесной воздух, поправляя травяной венок на голове, одна туфля лежала где-то в стороне, быстро вдев ногу в нее, я стала искать друзей. Кто-то коснулся ее плеча, это была Анна Саттон. Я мягко улыбнулась ей, та сжала мне пальцы.

– Они там, развели костер, - она указала в сторону озера, и мы пошли к парням. Я мысленно поблагодарила Бога, за то, что Алиса не поехала с ними в Ирландию, уж она-то умела испортить настроение вечным своим нытьем и брезгливостью. С Анной же было хорошо, она понимала меня, и ей было можно рассказать все. У нас бы секретный язык – русский, который никто кроме нас не знал. Мы были, как сестры, которым было нечего делить. М-Джейн стояла позади Анны, также хитро улыбаясь, она что-то крикнула по-русски, чего она не успела расслышать.

Патрик, мой кузен, усадил меня рядом с собой. Ему исполнилось семнадцать, он окреп и превратился в мужчину. Я посмотрела на него, под прозрачной кожей на лбу в вдоль линии медных волос билась голубая жилка, заглянула в его голубые глаза, как небо, и не увидела сегодня признаков перемен настроений. От его вспышек плохого настроение мы все страдали. Его сестра Шарлотта очень отличалась от меня, мне все говорил, что в двенадцать выглядела как ребенок, зато у Шарлотты была грудь, она одевалась, как куколка и порой вела себя так. Сама она оправдывала это возрастом, ей было почти четырнадцать лет. Оливер и Луиза редко с ними бывали, Анна называла их тепличными растениями за это. Гарри же любил Шарлотту, это ни для кого не было тайной. Гарри вздыхал по ней.

– А где Джейк? – я надула губки, потом засияла, когда он вышел из кустов и сел рядом с ними. Так я оказалась между ним и Патриком Хомсом. Джейк был моим лучшим другом и идеальным мужчиной: с темными, почти черными глазами, на светлом лице. Густые брови, темные волосы, сильный, подтянутый, двигающийся как пантера. Он улыбнулся ей, своей неотразимой улыбкой, - Где ты был?

– Я помогал Сэм, - он всегда называл мать по имени. Я протянула ему запечено картофеля, - Спасибо, ты удивительная, Бетти.

– Не задабривай меня, - я шутливо толкнула его.

– Ладно, не буду, - Джейк выудил бутылку розового вина, - ну, что выпьем.

– Давай наливай, - Гарри достал кружки, Джейк разлил вина, - За Антрим, что дарит нам свободу!

– Слушай, Гарри, ты же идешь в медицинский, - Джейк похлопал друга по плечу, - как и я. А ты Дэвид? – Дэвид МакОлла пожал плечами.

Вино было не крепким, и захмелеть от одной бутылки вряд ли бы удалось. Распив ее, мы еще долго болтали обо всем. На небе сияли яркие звезды, и мы долго не могли уснуть, только с наступлением рассвета к нам пришел сон.

***

На следующий день я ехала в седле вместе с Патриком, он держал меня за талию, я ощущала его дыхание у себя на затылке. Мы ехали к озеру, чтобы покупаться и порыбачить. Патрик помог мне слезть с лошади, я скинула с себя одежду, ныряя в теплую воду. Погода была просто великолепная. Июльское солнце благодарно одаривало теплом, все просто купалось в этих волнах нежности. Ветерок обдувал, приподнимая от земли полевую траву, полегшую от сильного дождя накануне. Я срывала цветы жасмина, собирая их в букетики. Оставив лошадь, есть мягкую травку, села на песке рядом с кромкой воды. Вода тихо плескалась. Летали, как вертолеты, стрекозы. Квакали лягушки, и парили птицы.

Мы с Патриком ловили моим платьем рыбу. Весь день мы просто дурачились вдвоем, оставив далеко позади остальную компанию. Мы прыгали как дети, брызгались, и громко смеялись, резвились под палящим летним солнцем, бегали по камышам. У меня все ноги были в ссадинах и царапинах. Мы выбежали на песок, стали друг друга толкать, он дергал меня за косы, а я щипала его за руки и живот. А потом я упала, повалив его на песок вместе с собой. Несколько минут мы просто смотрели друг другу в глаза. Я видела в его взгляде нежность и что-то еще непонятное для меня. Патрик притянул меня к себе за косы. Это был мой первый поцелуй в жизни: нежный, трепетный, как прикосновение перышка. Его губы мягко скользили по губам, переплетаясь своим языком с моим. Наши пальцы тесно сплелись в крепкий узел, мы долго целовались, его ладони успокаивающе гладили плечи и талию. Я оторвалась от него, и наши глаза снова встретились. Мне понравилось целоваться, и я еще раз приникла к его губам. Что в этом может быть плохого? Ну и что он мой кузен? Я по-прежнему сидела на нем, и мы продолжали целоваться.

– Бетти, Патрик! – нас звал Дэвид.

– Вы где? – а это голос Джейка.

– Мы все равно вас найдем! – кричал Гарри.

Мы оторвались друг от друга, как ошпаренные. Я прыгнула к своему сарафану, Патрик - к рубашке. Мы обменялись взглядами и разошлись в разные стороны. Джейк поймал меня в лесу, шлепая по носу. Бетти оттолкнула его, убегая к замку. Губы еще сохранили ощущение касающихся губ Патрика. Я дошла до оранжереи, нюхая цветы. В душе летали бабочки. Вспоминала я о Фредди? Нет, я вспомнила лишь ночью, и меня охватило жуткое чувство вины, я не должна была этого делать, но сделала.

Фредди.

Скопив немного денег, я поехал с Розой в Брайтон. Мы с Розой познакомились в Сохо, на одном из концертов. Она сидела у барной стойки, потягивая виски со льдом, дымя сигаретой. Она была невысокого роста, с копной черных волос с красной челкой, и ярко подведенными серыми глазами. Розе уже исполнилось двадцать пять, она вела настоящий богемный образ жизни.

– Хотите выпить, - предложила она, смотря на меня.

– Почему бы и не накачаться сегодня пивом, - ответил я.

– Совсем плохо, - она прищурила глаза.

– Да, нет, - кому я врал, после того, как я бросил Флер, в моей жизни все было не так. Я менял каждую неделю любовниц, сбившись с их счета, я напивался почти каждые выходные, а ночами хотел забыться. Я летел вниз, а Роза спасла меня, - Фредди Бульдасар.

– Роза Аймол. Я художница, - она протянула мне руку.

– Я тоже. Почти, - я отхлебнул пиво.

– Поедем ко мне, - она придвинулась ко мне ближе. Я кивнул, и мы вместе покинули паб.

Только зайдя в ее квартирку, я прижал ее к стене, впиваясь в губами в ее рот. Она с пылом отвечала на мои поцелуи, скидывая с меня куртку. Я хотел ее прямо сейчас, здесь у этой стены. Она страстно стонала подо мной, все крепче прижимаясь к стене. Я не мог ждать, потому овладел ею прямо у выхода из ее квартиры. Мы всю ночь занимались любовью, а утром я ушел, оставив ей свой номер телефона. Наши отношения стали свободными от любых обязательств, мы могли спать с кем хотели, не устраивая при этом сцены ревности, могли проводить все выходные вместе, не вылезая из постели, куря и попивая пиво. Мне было хорошо с ней, как ни с кем другим до этого. Поэтому, когда она предложила мне съездить на две недели в Брайтон, я не раздумывая, согласился.