Чтение онлайн

Дальнейшего развития конфликт между казаками и центральной властью не получил.

Станица Луганская пока еще жила своей прежней жизнью.

Атаманская печать оставалась с царским двуглавым орлом. По письмам, которые станичники получали от сыновей из армии, становилось

ясно, что 10-й Донской казачий полк снят с позиций и направлен в глубокий тыл под Петроград.

НА ПЕТРОГРАД

Сентябрь 1917г. Только что был ликвидирован Корнилонский “мятеж”.

3-й Конный корпус, куда входил 10-й Донской казачий поли, двигался на

столицу с целью установления порядка и поддержания твердой власти, но застрял на ее подступах.

В этот момент командиром 3-го Конного корпуса вместо генерала Крымова был назначен П.Н. Краснов.

Из его записок, а также воспоминаний казаков станицы Луганской, служивших в то время в 10-м ДКП, мы узнаем всю сложность и драматизм

событий, в которые оказались вовлечены наши земляки3.

7 сентября в 10 часов утра генерал Краснов прибыл в Пулково, в район, где были размещены сотни 9-го и 10-го ДКП.

Это были полки, знакомые ему по периоду мирного времени и началу

мировой войны.

Особенно близки Краснову были казаки 10-го полка, кагорым он сам

командовал и с которым начал первые бои в 1914 году.

В просторной сельской школе были собраны все офицеры, большая

часть урядников, прибыло много рядовых казаков посмотреть на своего

командира. Краснов предельно четко и откровенно обрисовал сложившуюся обстановку и цель похода на Петроград.

Перед собой он видел знакомые и добродушные лица, их взгляды говорили о сочувствии и понимании задачи. Своим среди своих чувствовал

себя Петр Николаевич в окружении старых сослуживцев.

«Ваше превосходительство!
– раздавались гулом голоса, - не извольте

беспокоиться. Мы - корниловцы. Ведите - мы вам самого Ке|юнского представим. Мы понимаем порядок».

Старый полковник Толоконников, с длинными седыми усами и такой

же бородой, поднял руку и остановил поток голосов.

Многие подумали, что сейчас будет произнесена ответная речь, но седой полковник звучным и чистым голосом произнес первые строки Донского Гимна. Все офицеры и казаки, не сговариваясь, дружно грянули: «Всколыхнулся, взволновался Православный Тихий Дон…»

Что тогда подумал генерал Краснов о казаках 9-го и 10-го полков: «надежны, не подведут?».

Однако надежны были не все.

250

Вот что пишет Ф.М.Хряпкин, казак ст. Луганской (из воспоминаний о движении на Петрогэад):

«Почему нас перебросили в глубокий ты л ? В один из дней по тр е воге мы с т а л и гр у з и т ь с я в эшелоны. Были предприняты меры повышенной го т о в н о с т и : к м аш инисту паровоза приставили дежурного, эш елон вооруж или пулем етам и, казакам раздали боевые п а троны.

Вскоре узнали, ч т о движемся на П етроград. Э то известие ста ло д о ступ н ы м благодаря нашему казаку Василию Золотареву, кото р ы й на одной из с та н ц и й с т а л свидетелем спора начальника эшелона есаула Абрам ова и дежурного по станции. Последний отказы вался п р о п у с к а т ь наш эш елон, ссьтая сь на предписание железнодорожного н а ч а л ь с тв а . После т о г о , как есаул Абрамов достал из

кобуры ревопьеер и предложил еще раз обдумать сложившуюся ситуац ию , т о т с огласился п р о п у с т и т ь наши эшелоны по заданному

м арш руту.

На ст.Л ун а ком андир 1-й Д онской казачьей дивизии, наш станичник Грекой*, п о с т р о и л л и ч н ы й с о с та в и обратился к казакам с некоторы м и р-эзъ чснвниями. Он обвинил Временное правительство и

генеральный ш т а б Германии в причинах хаоса и разрухи в стране, разъяснил стр е м л е н и е генерала Корнилова, навести порядок. После э т о г о с т а л а ясна причина наш его появления в ты л у.

Далее ген ерал заявил, ч т о лично поддерживает Корнилова и все, к т о с ним солидарен, долж ны в ы й т и из с тр о я и с т а т ь за его спиной…

Первыми пош ли оф ицеры , за ними казаки. На м есте пока оставалась наша кома чда. В се с м о т р я т на нее молча. Наконец наш правоф ланговый пош ел, за ним последовали все, кроме меня и урядника

Иванова из Х о п е рско го округа, если не ошибаюсь, Преображенской

станицы . Д во е нас о с та в а л и с ь с т о я т ь на м есте, ч т о вызвало интерес у генерала, он о б р а ти л с я ко мне, обвиняя меня в малодушии.

Я ему о т в е т и л : «Господин генерал, с какой целью ночные движения, зачем напрасно п р о л и в а ть кровь?».

Гэнерал Грегов меня пр ер ы вае т и предлагает начальнику ш таба полковнику П опову за п и са ть наши фамилии для доклада командиру корпуса.

К вечеру вахмистр Богучарский дал нам совет - немедленно скрыться в каком либо из эш елонов, что мы и сделали.

Через д е с я т ь м и н у т после наш его ухода прибыла команда казаков для наш его а р е с та ».

6 октября штаб Северного фронта приказал Краснову экстренно поспать в г.Осташков (Новгородской губернии) две сотни казаков с двумя орудиями. Скрепя се рдце, Краснов направил туда казаков 10-го Донского казачьего полка. 21 октября потребовали еще шесть сотен и четыре орудия

в Боровичи для усмирения местного гарнизона.

Таким образом, чем ближе продвигался корпус к Петрограду, тем боль251

ше сокращалась его численность.

Что представлял из себя 3-й Конный корпус осенью 1917 года?

Кроме 1-й Донской казачьей дивизии, состоявшей из 9-го, 10-го, 13-го

и 15-го донских казачьих полков, в него входили: Приморский драгунский

полк, 1-й Нерчинский казачий, 1-й Уссурийский казачий полки, шесть донских и одна амурская артиллерийские батареи.

В конце октября большевики стали активно готовиться г, захвату власти, вооружались рабочие дружины, велась революционная пропаганда

среди гарнизона.

Но в Зимнем дворце не спешили ввести корпус Краснова в город. И

лишь 25 октября, когда на улицах Петрограда уже шли бои, генерал Краснов получил телеграмму:

«Донскую дивизию спешно направить в Петроград; В Петрограде беспорядки, поднятые большевиками».

Подписали: главковерх Керенский

полковник Греков5.