Чтение онлайн

Какая-то непреодолимая сила заставила генерала смотреть в глаза королевы, не отпуская его ни на мгновение. Похожие ощущения он испытывал лишь несколько раз, когда также смотрел на него старый король.

– Вы выполните мой приказ, Винсент?
– чуть сощурившись, спросила Талинда. Голос ее был холоден как дыхание зимнего ветра и лишен жизни, как глубины космоса.

– Да, Ваше Величество, - прошептал Бодлер-Тюрри, ощущая, как кто-то невидимый и неведомый крепко держит его за горло.

– Поклянитесь в этом моей жизнью, - потребовала Талинда. Она прекрасно знала, что собственной жизнью и душой генерал не дорожит. Единственная женщина, которую он когда-то любил, погибла, а семьи или близкого существа, хоть кошки, хоть собаки, хоть еще кого, у него нет. Лишь жизнь королевы и благо Розми.

Генерал поперхнулся, осознавая смысл клятвы, которую его за-ставляет дать королева. Неведомая сила не отпускала.

– Генерал, вы будете верны или мне и Розми, или покойному деду. Знаю, что лишь ему вы служили без сомнений и вопросов, но его нет. Есть я. И двух хозяев у вас не будет, - жестоко произнесла она.
– Решайтесь.

– Я клянусь... клянусь Вашей жизнью, Ваше Величество, что я исполню Ваш приказ, - прохрипел Винсент спустя несколько бесконечных минут.
– Любой Ваш приказ.

– Я надеялась на это, - она отвела взгляд от Бодлер-Тюрри. Неведомая сила отпустила вспотевшего генерала. Он выбрал между прошлым и будущим. Это был тяжелый выбор.
– Мой дед хотел только лучшего для Розми. Он жил для Розми и отдал нашей стране все - свою жизнь, душу, семью... Он отдал Розми даже меня, как он сказал перед смертью. Он принес меня в жертву нашей стране, ведь служить ей - величайшее благо, а быть ее правителем - величайший дар. Но он мертв, - Талинда перевела взгляд на окно. В голосе ее проступила невыносимая боль и тоска.
– Он выстлал мой путь к трону трупами своих детей, возведя меня на залитый кровью престол. Он дал мне величайший дар из всех возможных, но обрек на одиночество и на тиранию. Он полагал, что я достойна стать правителем нашей страны, - она вновь замолчала, посмотрела на генерала.
– Он долго умудрялся править из Царства Зулата, и я буду всегда помнить его слова и то, чему он научил меня, принеся в жертву всю мою семью, - голос ее окреп, глаза сверкнули.
– Но он больше не будет править Розми после своей смерти. Поэтому от-ныне вы выполняете только мои приказы. Все приказы моего деда должны быть вами забыты. Это вам ясно?!

– Да, Ваше Величество, - ответил Винсент.
– Я сделал свой выбор. Это вполне в духе Вашего деда, он бы этого хотел.

– Прекрасно, - она кивнула.
– Какие еще приказы он отдал вам перед смертью или еще когда, о которых вы мне ничего не сказали?

– Только о смерти принца Лоуренса и о том, что я должен любыми силами помочь Вам удержаться на троне, - признался генерал.

– Хорошо, - вновь кивнула королева, голос ее оставался ледяным, словно заснеженные пики Великих Гор.
– Как вы думаете, он мог еще кому-то отдать приказ устранить Лоуренса?

– Нет, - покачал головой Винсент.
– О гибели Вашей семьи знал только я. Остальные технические исполнители мертвы.

– Камеры и записи уничтожили тоже вы?

– Конечно.

– Хорошо. Господин Фокс догадался, что покушения на Лоуренса - ваша работа, - огонь погас в глазах Талинды.
– Про мою семью он не знает. Может быть догадывается. Я расскажу ему все, потому что это висит страшным камнем на его совести. Он должен снять этот камень со своей души.

– Конечно, - вновь согласился Винсент, признавая ее правоту.

– Но никто другой не должен знать об этом ничего. Никто. Тех, кто был арестован по обвинению в убийстве - отпустить, - приказала Талинда.

– Они могут представлять для Вас опасность, - не согласился генерал.
– Они - заговорщики, которые постоянно плетут заговоры и финансируют других заговорщиков. В сложившейся ситуации - это равносильно самоубийству.

– Нет, хватит. Они свое получили сполна, их надо отпустить, если они не усвоили урок - арестуем и казним. Пока же отпустить. Я приказываю. С ними НИЧЕГО не должно случиться!
– приподняла бровь королева.

– Как прикажете, - недовольно согласился Бодлер-Тюрри.

– И еще... Винсент, я оставляю вас главой РСР, т.к. заменить вас невозможно, и я полностью вам доверяю, - была вынуждена признаться королева. Она увидела мелькнувшее облегчение в глазах генерала, прикусила губу и покачала головой. В словах ее звучали боль и отчаяние.
– Но открывшаяся правда столь чудовищна, что я не могу ее до конца осознать... Я просто не могу... Не могу и не хочу сейчас видеть вас... Я понимаю, что вы пошли на такой шаг мне во благо, но... Но я еще не стала настоящим правителем... И я не могу... Не могу... Вы убили мою семью, - она старалась тщательно подбирать слова, но это у нее плохо получалось: ужас, гнев и одновременно понимание действий деда, не давали ей связно излагать свои мысли. Противоречивые чувства переплетались в ее истерзанной душе клубком опасных ядовитых змей.

– Мне подать в отставку?
– осведомился Винсент, голос его дрогнул.

– Нет. Лучше вас с РСР никто не справится. Нет, как бы чудовищно это не звучало, - она помотала головой.
– Нет, я верю вам, вы мне нужны, просто... Просто, я не могу вас видеть. Отправляйтесь в Джорджию и продолжайте работать. Когда я буду в силах вас снова видеть... простить... вряд ли простить, но видеть вас, работать с вами, как и прежде - я дам знать. Но не сейчас.

– Я понимаю, Ваше Величество, - кивнул головой генерал.
– И я благодарен Вам, что Вы решили оставить меня на службе и в прежней должности. Я рад, что моя преданность Вам не вызывает у Вас сомнений, и прошу мне поверить, я действительно сожалею о содеянном. Но, если вернуть все назад, я поступил бы также, - честно признался он.

– Спасибо за вашу искренность, - она горько улыбнулась, еще раз убеждаясь в правоте своего решения.
– Я это тоже знаю. Вы можете быть свободны, Винсент.

– До свидания, Ваше Величество, - Бодлер-Тюрри поднялся из-за стола и поклонился.

– До свидания, генерал, - ответила Талинда.

Дверь за убийцей ее семьи захлопнулась, отрезая королеву от прежней юной девушки, которой она была совсем недавно, всего год назад. Первая дверь захлопнулась за ней в день коронации, вторая - сегодня. Сколько еще будет дверей на ее жизненном пути? И кем она станет к концу своих дней?

Лоуренса надо все же перевести в другое место, и так, чтоб об этом никто не знал. Не то чтобы королева усомнилась в клятве Винсента, просто он мог не знать о том, что ее дед дал кому-то еще аналогичное поручение. Вот немного оклемается мальчишка и поедет во Фритаун. Не на виллу "Белая Роза", конечно, но туда... Фритаун - большой город, в нем никто не обратит внимания на нового обитателя какого-нибудь дома средней руки.

4

Через час пути по сосновому лесу, медленно превращавшемуся в смешанный, впереди среди деревьев появился просвет. Постепенно лиственных деревьев становилось все больше и больше. По зимнему времени лес стоял голым, поэтому был очень светлым и несколько тревожным, растеряв всю свою летнюю загадочность и немалую долю привлекательности. Опавшие листья лежали бурым ковром под ногами путников. На каких-то кустах еще держались красные и черные ягоды, пока их не все склевали птицы. В овражках и с северной стороны у толстых стволов лежали кучки подтаявшего снега, скованного морозом, что опустился этой ночью на предгорья.

Горе-путешественники радовались, что Эстель отдала им их одежду, иначе они бы замерзли насмерть. Кати же снабдила их теплыми носками, варежками, шарфами, шапками и выдала по еще одному теплому свитеру, пояснив, что это вещи ее детей, уехавших в город. Они себе еще накупят и привезут, а эта одежка придется весьма кстати замерзающей троице.

Из облетевшего леса путники вышли на каменный обрыв. Сам лес кончался метров за десять от края пропасти, уходившей на добрую сотню метров вниз, в другую облетевшую лесную чащу, так же состоящую из лиственных деревьев. Весной или летом внизу простиралось бы зеленое море, осенью бы окрасившееся золотом или запылавшее багрянцем и пурпуром. Километры и километры леса перемежались горными породами, выступавшими небольшими пиками в самых неожиданных местах, да изредка леса прорезали узкие ленты быстрых речушек.