Чтение онлайн

Женщина постояла так немного, оглянулась на камеру. Я даже зажмурилась, такая она оказалась красивая. Очень яркая, но не от краски. Если на ней и была косметика, то не бросалась в глаза. Женщина откинула на спину волосы, открывая великолепную длинную шею. И вдруг потянулась, поведя руками по своему телу от красивой большой груди полукруглой формы вниз к бёдрам. Потом обратным движением она соединила кисти рук тыльными сторонами и, так же потягиваясь, прошлась ими между сомкнутых бёдер, потом раскрытыми ладонями по животу, по груди, вскинула руки над головой и изогнула поясницу, напрягая мышцы. Кошка предвкушала и готовилась.

На ней не было ни грамма жира, только тренированные мускулы, которые перекатывались под гладкой кожей, как только что прокатилась волна по водному матрасу. Потом она толкнулась ногой и скользнула вперёд сильным скользящим движением, так, что поверхность закачалась. Она улеглась на бок рядом с Серёжкой и некоторое время просто смотрела на него, щурясь и улыбаясь. Потом протянула ногу и провела пальцами по его босой ступне.

Серёжка сдвинул ногу и перестал улыбаться. Кошка придвинулась ближе, будто перетекла, так плавно работали её мышцы.

— Не бойся, — сказала женщина.

У неё оказался глубокий влажный голос. Серёжка шарахнулся от неё, а она засмеялась и качнула матрас так, что Серёжка снова оказался рядом с ней.

— Я сказала, не бойся, — повторила она.

Серёжка замер с подтянутыми к себе коленками. Она проворно схватила его за щиколотку и потянула к себе. Серёжка изо всех сил напрягся, а женщина наклонила голову и поцеловала его ногу в районе согнутого колена. Потом она толкнулась, подавая себя вверх по кровати и мягко опрокидывая его головой на подушку.

Дальше я смотреть не стала, мне стало стыдно и одновременно страшно, и я захлопнула ноутбук.

Родители утром были бодрые и весёлые, чем раздражали меня несказанно. Они поднялись ни свет ни заря, громко ходили и переговаривались. Потом на кухне забубнил телевизор, в мою комнату просочился аромат свежего кофе. Ко мне заглянула мама.

— Полинка, ты уже проснулась?

Пришлось открывать глаза. Я поздоровалась.

— Выспалась? — спросила мама. — Вставай, пойдём завтракать. Мы сейчас уходим.

— А чего так рано-то? — спросила я.

— Мы уходим на сутки.

— Зачем? — вяло поинтересовалась я.

— Зарабатываем отгулы. У папы сюрприз. Вставай давай, хватит валяться!

Мне стало любопытно. Что это они такое придумали. Пришлось вылезать из-под одеяла и тащиться в ванну. От пижамы моей со страшной силой разило дезодорантом. Мама наверняка почувствовала. Хорошо хоть ничего не сказала. Как бы я стала объяснять?

К столу я пришла, когда они допивали кофе и были уже одной ногой на пороге.

— А, привет малыш, — сказал папа, подставляя щёку для поцелуя. — Не выспалась? Сочувствую. Садись. Как ты относишься к идее встретить новый год в лесном санатории?

— Это вы меня туда сплавить хотите? — подозрительно спросила я.

Папа засмеялся.

— Я предлагаю поехать туда всей семьёй! Там собирается большая артистическая тусовка. Только свои, понимаешь? Мне один пациент подарил приглашение. Вот, — папа достал из внутреннего кармана пиджака расписную открытку. — Целая комната в нашем распоряжении. На три дня.

Потом папа стал перечислять имена, кто там будет. Я обалдела.

— Ну, как вам такая идея, девочки мои?

Мы с мамой завопили одновременно и кинулись его обнимать. Папа стал гордый и довольный и важно изрёк в пространство:

— Сделать женщин счастливыми легко! — и добавил, — только дорого. Подумайте над нарядами. И не забывайте, что модные туфли даже жмут приятно.

Мы некоторое время посмеялись над этим его пассажем и другими попытками выглядеть остроумным. Потом родители спохватились и помчались на работу. Я осталась в пустой квартире, совершенно дезориентированная и растерянная. С одной стороны это была хорошая идея. Было бы здорово познакомиться со всеми этими людьми и понаблюдать за ними в непринуждённой обстановке дружеского общения. С другой стороны… Что я там буду делать в одной комнате с родителями? И им лишний раз не дёрнуться, да и мне удовольствия мало.

Мой мобильник выдал фразу из композиции Меладзе «Спрячьте слёзы от посторонних…» Звонил кто-то, кого мой мобильник ещё не знал. Я глянула на определитель и нажала «ответить».

— Принцесса!..

Меня окатило ледяной волной от макушки до пяток. Звонил Серёжка.

— Привет, — сказала я.

— Я вчера у тебя забыл ноутбук?

— Ага, — подтвердила я.

— Я приду?

— Приходи, — разрешила я.

Он примчался минут через пятнадцать. Возник на пороге улыбающийся, смущённый и счастли-и-ивый… просто как дурак… Ну, вот когда мы прошлым летом жили с родителями на даче, нам на пару недель их знакомые оставляли своего щенка. Одно название, что щенок. Породистый — московская сторожевая. Ростом — с крупную дворнягу. Лохматый, плюшевый весь. Лапы длинные, крупные. И вот на этих своих лапах он бегал, заплетался, чуть не падал. Кузнечиков ловил, бабочек. Счастливый такой, радостный. Сунется в очередной раз носом в траву — весь в одуванчиках, чихает. Дитё дитём. Мама всё хихикала — дурномордый. Вот Серёжка мне сейчас этого щенка напомнил.

— Ты чего такая? — спросил он. — Я тебя обидел вчера?

Ах, как мне хотелось выложить всё, что я думаю по поводу его актёрских способностей! Но это ж надо было признаваться, что я без спроса лазила в его файлы.

— А ты чего такой? — спросила я.

Он улыбнулся.

— Да так. Развязался тут просто кое с кем. Пьянящее чувство свободы!

— А-а-а, — протянула я. — Кофе будешь?

— Давай, — оживился он. — И давай я машинку поставлю на зарядку. Она где?

Я обречённо вздохнула.

— Сейчас принесу.

Я выволокла из-под кровати ноутбук, вытерла с него пыль и потащила к нему.

Серёжка потягивал кофе из моей кружки и щурился на лампочку. На физиономии у него застыло мечтательное выражение. Увидев меня с компьютером, он оживился и вышел в прихожую. Вернулся он озадаченным.

— Слушай, а куда я положил сумку? — спросил он у меня.

Я сказала, что у него не было сумки, когда он пришёл. Серёжка крепко потёр лоб ладонью.

— Забыл, — сокрушённо сообщил он. — Что это на меня нашло в эти дни!

Он уселся за стол и принялся звонить кому-то. Долго объяснялся, почему не сможет вовремя выполнить заказ, выслушивал упрёки, извинялся, шаркал ножкой, выражаясь фигурально. Его обругали и добавили что-то хорошее напоследок, потому что он буквально просиял и снова сделался дурашливо счастливым.

— Принцесса, что ты делаешь вечером? — поинтересовался он.

— Боюсь, — сказала я.

— Почему? — немедленно спросил Серёжка.

— Потому что завтра театральный день. Знаешь, сколько Марьяна народу назвала?