Чтение онлайн

Сначала даже открыл было рот, чтобы спросить что-то еще или, может быть, возмутиться. Это же у них семейное — возмущаться, если что-то непонятно. Но через мгновение до него дошло.

Рэй закрыл рот, так и не издав ни звука. Моргнул. Побледнел.

— Идем, — сказал Дэшону. И обернулся через плечо к Далу. Тот смотрел пристально, напряженно. Чуял неладное. — Ты тоже.

И тут же вновь уставился в глаза с вызовом. Мол, попробуй мне сейчас возразить, вот только попробуй.

Дэшон ответил коротким поклоном, развернулся и направился прочь — в зал для совещаний. Возражать смысла не было.

Это у них тоже семейное: если кто из царской семьи чего решил — спорить бессмысленно. К тому же Рэй уже не раз доказывал: в последнее время он принимает верные решения. Холодные, взвешенные, обдуманные. О Риирдале и говорить нечего — тот всегда был разумен донельзя, спокоен и расчетлив.

Дэшону давно уже пора было научиться иначе воспринимать Рэя. Правильно воспринимать Рэя. И начать наконец ему доверять. Что до Риирдала — если еще пару дней назад Дэшон имел все основания в нем сомневаться, то теперь сомнения понемногу рассеивались. А еще — Дэшону показалось, что его обычно холодный взгляд потеплел, когда Рэй позвал с собой. Риирдал был на своем месте — здесь, за плечом принца Каарэя.

В зале было темно и холодно. Пока Рэй с Далом рассаживались за столом — все так же вместе, на соседние стулья, Дал по левую руку от Рэя — Дэшон зажег парочку факелов.

Плотно закрыл дверь. Запахнул плотнее подбитый мехом плащ. Тут все промерзло к чертовой матери, даже холоднее, чем на улице. Или Дэшону просто было не по себе от предстоящей беседы.

Поежившись еще раз, сел напротив.

— Каарэй, твой отец, — начал сходу, чтоб не тянуть, — приходил ко мне во сне. Говорил, что был и у тебя. Это так?

Дал изумленно вытаращился на Дэшона, потом перевел такой же изумленный взгляд на Рэя. Рэй, все еще слишком бледный, хмурился, глядя в стол.

— Он выглядел иначе, — продолжал Дэшон, — таким он был лет двадцать назад.

Дал не сводил с Рэя взгляда, пока тот не кивнул. Медленно и все так же, глядя в стол. Дал снова уставился на Дэшона.

— Ты не стал его слушать, — сказал Дэшон. — Ни я, ни он не можем тебя в этом винить.

Дал вскинул брови, а к изумлению во взгляде прибавилось немного ледяного презрения. Рэй наконец поднял взгляд и с нажимом переспросил:

— Винить?

— Эй! — возмутился Дэшон. — Не надо тут двустороннего давления! Вы слышите только последнее слово из сказанного, молодые люди? — и громче заговорил, будто они и правда плохо слышали. — Говорю, винить не можем! И не будем! Но он очень хотел сказать тебе кое-что, Рэй. И попросил меня передать...

— А Ух’эр — это такое кривое, да? — спросил Рэй, снова почти превращаясь в Йена: со странной усмешкой, со звенящим голосом. Ему явно не хотелось слышать, о чем там говорил его отец. Кажется, ему хотелось подняться и убежать. Или хотя бы спрятаться за этой усмешкой.

Дал, сидящий от Рэя по левую руку, странно дернулся. Дэшон не увидел, но готов был поспорить: он стукнул Рэя ногой под столом. Попытался то ли поддержать, то ли привести в чувство.

— Да, — мягко ответил Рэю Дэшон и повернулся к Далу, чтоб объяснить. — Ух’эр — это существо, которое умеет ходить по снам, считает себя богом смерти. Но для бога он слишком…

— Мелкий, — подсказал Рэй все с той же усмешкой.

— Даарен, пребывая на грани жизни и смерти, смог договориться с ним, — продолжал Дэшон, глядя Далу в глаза.

Тот выглядел растерянным.

И Дэшон не был уверен: Дал растерялся от самой ситуации и существования бога смерти, или потому что ему сейчас рассказывали, разъясняли, потому что Дэшон тоже смягчился вслед за Рэем — вел себя, как когда-то давно, когда Дал был еще совсем юным. Дэшон помнил: ему всегда нужны были лишние объяснения. Дополнительные, кропотливые и внятные объяснения.

— С помощью Ух'эра король смог посетить сновидение Рэя, — объяснял дальше Дэшон. — Когда Рэй его не стал слушать — пришел ко мне. И очень, — перевел взгляд на Рэя и с нажимом добавил, — очень просил передать то, что хотел сказать.

— Ладно, — пожал плечами Рэй и снова уставился в глаза с вызовом. — Передавай.

Он еще больше побледнел, стал совсем белым, и — это было прекрасно видно — испуганным. Вероятно, только присутствие Риирдала удерживало его от того, чтобы сбежать. Или от того, чтобы снова начать по-Йеновски ухмыляться и нести чушь.

“Риирдал вообще хорош как сдерживающий фактор”, — подумал Дэшон.

И вдруг понял, что если сейчас скажет, что Даарену жаль, что плохой из Даарена был отец — Рэй примет это на свой счет. Рэй привычно ждет от отца не извинений — обвинений.

“Как же это, черт возьми, сформулировать?”

— Он верит в тебя, — произнес Дэшон наконец.

Рэй медленно поднял брови. Так же медленно, с нажимом спросил:

— Это всё, что он сказал?

— Ты победишь врагов, — отозвался Дэшон. — Он сказал, ты справишься. Сказал, что великаны с гномами — не самые опасные твои враги. Что самые опасные — монстры. И что их ты тоже одолеешь.

— Всех? — с холодной насмешкой спросил Рэй.

Теперь он, кажется, не верил Дэшону.

— Думаешь, — хмыкнул Дэшон, — я сам не понимаю, как глупо все это звучит?

— Этот… Ух… эр, — осторожно заговорил Риирдал. — Не мог эм… создать образ короля Даарена в сновидении?

Оба — Рэй и Дэшон — разом обернулись к нему.

— Чтобы отвлечь Рэя от чего-то более важного, например, — попытался объяснить Дал.

— От стрельбы из лука? — фыркнул Рэй. И быстро вопросительно глянул на Дэшона. Будто искал поддержки. Конечно, он не верил Дэшону. Но не верил и Риирдалу. Он хотел, чтобы все сказанное было правдой. Хотел победить и врагов, и монстров.