Мы, монстры. Книга 3: Зверь
Шрифт:
Ух’эр вырос за его спиной, как из-под земли — пацан поморщился, уловив запах, и подозрительно покосился на принесенную еду. Но ни сказать, ни сделать ничего не успел. А Нивен — успел только вдохнуть и дернуться в его сторону.
Ух’эр резко присел позади, обхватил Итана за шею, второй рукой — впечатал ладонь в лоб. Итан закрыл глаза и обмяк, Ух’эр небрежно уронил его к ногам и поднялся.
Нивен вскочил, но успел только схватить бога за плащ и рвануть в сторону, подальше от упавшего мальчика.
Тот тут же поднял палец, перебивая еще не начатую тираду Нивена:
— Он спит. Он меня не увидел, значит, не испугался, — нахмурился, задумавшись на миг, и добавил. — И вообще, он тебя видел — его теперь ничем не испугать!
И широко заулыбался, обнажая длинные черные зубы.
Нивен незаметно выдохнул с облегчением, но тут же грозно спросил:
— Ты чего вылез? — и, сдержав еще один вздох, теперь разочарованный, покосился на опрокинутый котелок. — Я не звал.
— Вы посмотрите! — возмутился Ух’эр. — Он не звал! Нет, серьезно, эльфёнок, Лаэф был слишком мягок с тобой — так и не научил общаться с богами.
— По-моему, получается, — Нивен дернул плечом. — Вот. Общаемся же.
— Так, — Ух’эр легонько толкнул его, всего лишь ткнул пальцем чуть выше живота, но Нивен согнулся от боли и невозможности вдохнуть, а когда ладонь бога тяжело легла на плечо — упал, вновь упираясь спиной в грифона. Тот недовольно заворчал, так и не высунув, впрочем, морду из ведра.
Ух’эр присел напротив. Приседал он странно — особенно для существа с больной ногой: резко падал вниз, и полы плаща разлетались в стороны, разнося зловонный аромат. Нивен понимал, зачем так делать на поле боя, но не во время беседы же… С другой стороны, иногда ему казалось, что для Ух’эра главные бои разворачиваются в беседах.
Боги — вообще создания на редкость говорливые. Надоело, небось, только друг с другом веками общаться. Стало скучно.
Иногда Нивену казалось, что все происходит исключительно потому, что богам просто скучно.
— Затхэ уснул, — доверительно сказал тем временем Ух’эр. — Тебе пора.
И молниеносно выбросил вперед руку — теперь впечатывая ладонь в лоб Нивена.
На этот раз тот не успел даже дернуться. Только с легким удивлением подумал прежде, чем уснул, что Ух’эр, оказывается, может быть удивительно быстрым. И с еще большим удивлением — что осознал это только сейчас: Ух’эр и правда бог, Ух’эр и правда может быть опасным противником даже в обычной драке.
Вот к чему приводит общение с богами — ты забываешь, насколько они сильны.
А потом он завалился набок и вдруг понял, что грифона за спиной больше нет. Открыл глаза, поднялся на локте и тут же, прыжком, вскочил на ноги.
Йен сидел в десятке шагов от него. Сидел, повернувшись спиной, на краю огромного и плоского черного камня, очень близко к краю, очень беспечно и даже свесив с него ноги. Темная тонкая одежда была ему велика, болталась на нем, как на сухой ветке, ветер рьяно трепал ее и взъерошивал волосы, все еще рыжие, но в серебряном свете Рихан — словно потускневшие.
Далеко внизу шумели волны Мирдэна.
В воздухе парили невесомые, сверкающие в лучах редкие снежинки.
***
— Йен, — позвал его знакомый голос. Ровный, эльфийский, и слегка раздраженный.
Йен с трудом оторвался от водоворота внизу, обернулся.
Медленно поднял брови.
Нивен стоял в десятке шагов за спиной. Скрестил руки на груди. Выглядел бы грозно, если б не растерял где-то все свое оружие. Ну, или хотя бы если б рожа была все еще серой. А так — пытался казаться грозным.
Впрочем, неудивительно. Йен догадывался, что Нивен не одобрит его план. Потому его и не должно тут быть.
Йен перевел взгляд обратно на водоворот. И снова — на Нивена.
Да, эльфа тут точно не может быть. Водоворота тоже.
— Ла-адно, — осторожно протянул Йен, медленно поднялся, развернулся к Нивену, — я сплю, это понятно, но вот почему мне снишься ты, вместо чего-нибудь хорошего… — осекся, потому что почувствовал за спиной смутно знакомый запах, глянул через плечо и понимающе протянул. — А-а…
Серое облако, которое оседлал Ух’эр, будто оно было конем, медленно поднялось над краем утеса.
Ух’эр радостно скалился. Взгляд искрился, словно в каждом глазу было по тысяче снежинок, отразивших свет Рихан.
Йен снова перевел взгляд на Нивена.
— И кто из вас, умников, придумал…
— Что ты делаешь? — перебил его Нивен.
— Я?! — удивился Йен. — Я сижу на обрыве, думаю, никого не тро…
— Я не об этом, — Нивен явно был не настроен на длительную беседу. Что, впрочем, тоже хорошо. Может, получится поскорее от него избавиться.
— Во-первых, — сказал Йен, — это не я вломился в чужой сон с богом смерти наперевес.
Поднял палец, потому что Нивен явно собирался снова перебить. Нивен тяжело вздохнул, но нехотя, коротко кивнул, разрешая продолжать.
— Во-вторых, я специально тебя оставил подальше, чтобы ты в это не лез. Намек, как по мне, очень понятный.
— Оставил? — все-таки не сдержался Нивен.
— Опять переспрашиваем? — угрожающе прищурился Йен.
— Ты бросил меня без сознания! — процедил Нивен. — Рядом с вооруженной Иной!
— Тебе должно было понравиться, — заулыбался Йен. — И Иная, и оружие, все как ты любишь… Кстати, насчет оружия. Тебя и на пару дней нельзя оставить, — окинул его многозначительным взглядом, — все растерял, да?
— Я хотя бы остался в своей одежде, — фыркнул Нивен, окидывая его многозначительным взглядом.